Восходящая бессмертная (ЛП)
«У нас были тонны и тонны книг, — продолжал Торн, продвигаясь глубже под навес. «Моя мать потребовала их и настояла, чтобы Дресслер покупал их на регулярной основе. Она даже записалась в несколько книжных клубов, и мы продолжали читать даже после того, как у нас появился телевизор. Фильмы были скорее «раз в неделю», а книги — каждый день».
Стефани кивнула, а затем спросила: «Итак, ты учился дома?»
Когда она увидела, что он остановился и оглянулся на нее, она объяснила: «Я предполагаю, что на острове не было школы, но ты правильно говоришь и, очевидно, умен. Домашнее обучение могло бы стать ответом».
«Да. Я был на домашнем обучении. Моя мама следила за этим, и Мария тоже иногда помогала».
«А что стало после освобождения? Ты посещал онлайн-курсы по информатике или что-то в этом роде?
«Нет. Я самоучка, — ответил он.
«Серьезно?» — удивленно спросила Стефани.
«Да.» Торн вопросительно изогнул бровь. — Почему ты так удивлена?
«Потому что компьютеры для меня в принципе непонятны», — призналась она с гримасой, которую он не мог видеть. «Похоже на греческий. Но гораздо полезнее, чем греческий, поскольку я писатель. Нет ничего более неприятного, чем потерять историю, над которой работал, и не знать, как ее вернуть».
— А, — пробормотал Торн. «Ну, я считаю, что в компьютерах легко разобраться. В отличие от людей, они работают на чистой логике».
Стефани немного переместила фонарик, чтобы лучше освещать дорогу Торну, и лукаво спросила: — Хотите сказать, что вы находите меня не очень логичной, мистер Дресслер?
— Вовсе нет, — заверил он ее. — А моя фамилия Солтер.
— Солтер? — повторила она с замешательством. — Я думала, что Дресслер — это твой…
«Моя мать вернула свою девичью фамилию после того, как шесть лет назад улеглась пыль», — прервал он, чтобы объяснить. — И я тоже взял ее. Теперь мы оба Солтеры.
— А-а, — с пониманием пробормотала Стефани. «Мне жаль. Я не знала.
Она почти могла слышать, как он пожимает плечами, когда Торн сказал: «Откуда бы тебе знать?»
Стефани просто кивнула сама себе. Она без труда поняла, почему он и его мать вернулись к ее девичьей фамилии. Сама она тоже не хотела бы иметь никакой связи с человеком, который ставил над ней ужасные эксперименты.
Дресслер был совершенно бессовестным. Чудовище, подумала Стефани и немного содрогнулась при воспоминании о своей встрече с мужчиной. Она до сих пор чувствовала тот ужас, который испытала, когда он решил забрать ее с собой и «положить на свой стол». Слава богу, Тайни и Декер прибыли вовремя, в противном случае, она сейчас бы была заперта в клетке, подвергаясь ужасным и болезненным экспериментам этого ублюдка.
Она слышала о некоторых вещах, которые он делал с бессмертными, которых держал в плену на острове: отрезал конечности, разрезал их пополам, топил их, поджигал. Очевидно, он не испытывал ни малейшего угрызения совести из-за того, что пытал этих людей. Для него это была просто наука.
Удивленное ворчание Торна заставило ее наклониться, чтобы заглянуть под навес. Луч ее фонарика попал на его крылья, когда он лежал в грязи, но он достиг стены, где проходил кабель, и фонарик, который она ему дала, светил на какую-то коробку.
«Что это такое?» — она спросила.
«Я не уверен. Его. ".
Она увидела, как он открыл коробку, и ее брови поднялись, когда он начал что-то бормотать себе под нос.
— Мне нужны кусачки, — внезапно сказал он.
Стефани взглянула на принадлежности, которые Торн разложил рядом с ней. Он не смог утащить все это с собой, поэтому оставил кое-что, чтобы она могла передать ему, если понадобится. Отложив на минуту зонт, она взяла кусачки и наклонилась вперед, чтобы хорошенько рассмотреть, куда ей нужно целиться. Затем она бросила их в его левый бок. Боясь ударить его, она не вложила достаточно силы в бросок, и они приземлились у его бедра, а не плеча, как она надеялась. К счастью, он все же смог дотянуться до них, немного потянувшись.
«Спасибо.»
«Тебе нужно что-то еще?» — спросила Стефани, пытаясь понять, что он делает.
«Нет. Я все понял.»
Кивнув, Стефани вернулась в исходное положение и огляделась, а затем шлепнула комара, посмевшего сесть на нее и попытавшегося взять кровь. Их было много, они гудели в кустах вокруг нее. Она также ненавидела комаров. Вампиры мира насекомых. Стефани поморщилась при этой мысли, а затем заглянула под навес, когда услышала какое-то движение. Торн возвращался назад, таща за собой картон и другие предметы. Она держала фонарь включенным до тех пор, пока его ноги не показались в проеме, а затем выключила его, схватила зонтик и встала, чтобы уйти с дороги.
— Ты нашел проблему? — с любопытством спросила Стефани, пока он вытаскивал все из-под навеса и закрывал дверь, которую мужчины вставили для таких случаев. Ее взгляд был прикован к маленькому черному ящику, который он принес с собой.
«Ага. Я так и думал, — мрачно сказал Торн, а затем огляделся, прищурив глаза, прежде чем сказать. «Давай уберем все это, а потом я проверю Интернет и посмотрю, все ли работает».
Стефани быстро огляделась, пытаясь понять, что он ожидал увидеть или искал, а затем помогла ему собрать картон и инструменты. Она оставила ему черный ящик, но с любопытством разглядывала его, пока они обходили дом.
Они вошли через гаражную дверь, выбросили картон обратно в мусорную корзину, убрали инструменты, а затем направились в дом с черным ящиком. Трикси приветствовала их так, как будто они отсутствовали несколько дней, а не двадцать минут или полчаса. Торн оставил ее, чтобы погладить и успокоить животное, а сам пошел прямо к своему ноутбуку, чтобы снова начать стучать по клавиатуре.
«Содовая, вода или кофе?» — спросила Стефани, принося Трикси угощение.
— Кофе, пожалуйста, — почти рассеянно ответил Торн, сосредоточившись на компьютере.
Стефани приготовила им обоим кофе, ее взгляд с любопытством возвращался к коробке, когда Торн открыл ее и вытащил один из предметов, чтобы быстро изучить его, прежде чем продолжить печатать на своем компьютере. Мгновение спустя он проделал то же самое с тем, что показалось ей маленьким маршрутизатором или чем-то в этом роде. К тому времени, когда она закончила и принесла кофе на остров, он уже закрывал коробку, выражение его лица было еще более мрачным, чем с тех пор, как он вылез из-под навеса.
«Хорошо. Расскажи мне, — сказала Стефани, ставя кофе и занимая свое место. «Что было в коробке и почему она была там?»
— Коробка… Ну, там муфта, ступица и… — Он сделал паузу, заметив выражение ее лица, нахмурился и неуверенно спросил: — Что?
— Ничего, — тут же ответила она, а затем усмехнулась и добавила: — Я просто нахожу очень милым, что ты упоминаешь об этих вещах, как будто ожидая, что я знаю, что это такое или что они делают.
«Ой». Торн криво усмехнулся и покачал головой, но затем вздохнул и сказал: «По сути, кто-то шпионил за тобой».
«Что?» — она ахнула от изумления, и Торн кивнул.
«Они подключились к твоей линии и перехватывали все, что ты отправляла, и все, что ты получала, и передавала третьей стороне», — серьезно сказал он. — Это было причиной зависания.
Стефани с минуту безучастно смотрела на него, а затем покачала головой и неуверенно спросила: «Под отправленными и полученными ты имеешь в виду мои электронные письма?»
«Электронные письма и все, что ты искала в Интернете», — сказал он.
Стефани еще мгновение смотрела на него, пока эта информация крутилась у нее в голове, а затем выпалила: «Ну, это не имеет смысла. Я имею в виду, как они вообще могли забраться под навес, А как же охрана? И зачем заморачиваться? Я не… О! — внезапно прервала она себя и поморщилась. «Конечно. Должно быть, им нужна деловая информация Харпера. Он разрабатывает какое-то новое… Что ты качаешь головой?
«Потому что это не передает им информацию о Харпере и Дрине», — объяснил он. «Только твою.»
«Что? Но это безумие! Я не делаю ничего, чтобы кто-то этим заинтересовался. Я пишу Элви, Бо, Дрине и Дэни по электронной почте раз в неделю. Я также общаюсь с ними в видеочате, но это все. Просто скучные вещи типа, как дела? Что происходит? В остальное время, все, что я делаю, это время от времени изучаю что-то для своих книг и отправляю электронное письмо моему редактору и… Хорошо. Почему ты выглядишь так, будто у тебя что-то щелкнуло в уме?