Пленница греха

Она посмотрела ему в глаза. Гидеон выглядел спокойным и решительным и, что больше всего ее успокаивало, уверенным в себе.
— Я доверяю вам.
Она сказала то, что думала и чувствовала. Ему она доверяла больше, чем кому бы то ни было с тех пор, как умер ее отец.
— Хорошо.
Он передал ей фонарь и проводил взглядом, пока она не ступила внутрь. Она оказалась на верхней площадке лестницы, которая вела вниз.
Дверь закрылась за ней. На мгновение ее охватил сильный, неподвластный логике страх. Вдруг что-нибудь случится с Гидеоном и Талливером — и никто не узнает, что она тут? Что, если она окажется запертой здесь навечно?
Тихий стук по панели немного успокоил Чариз.
— Вы в порядке? — спросил Гидеон. — Да.
— Вы можете слушать, что происходит в гостиной, если спуститесь на один пролет вниз. Если захотите выйти, проход выведет вас в пещеру на пляже.
— Спасибо.
Она была благодарна ему не за одну лишь эту обнадеживающую информацию.
— Не за что, — ответил Гидеон.
Она слышала, как стучали его сапоги по паркетному полу. Затем услышала нечто зловещее. Большой железный дверной молоток ударил о дубовую дверь. Раз, затем еще раз.
— Отправить ублюдков туда, куда им дорога?
Талливер разминал кулаки.
Гидеон тихо рассмеялся.
— Нет, давай сыграем с этими гиенами как цивилизованные люди. По крайней мере вначале. Проводи их в гостиную, а я сейчас туда приду.
— Что вы задумали? Девушка в безопасности?
— Думаю, настала пора извлечь выгоду из проклятого звания героя Рангапинди.
В глазах Талливера блеснул озорной огонек.
— Да, начальник. Давно пора.
Внизу миссис Полетт открыла дверь. Гидеон не стал терять времени. Перепрыгивая через ступени, он помчался к себе в спальню, предвкушая возмездие.
Ему ничего не стоит расправиться с этими ублюдками.
Гидеон намеренно выводил своих непрошеных гостей из себя, заставляя их ждать. Если им придет в голову искать Сару у него в доме, Талливер, который стоит у двери в холл, перекроет им дорогу. Сэр Джон Холланд, местный мировой судья, повернулся, чтобы поздороваться с ним.
— Сэр Джон, рад вас видеть.
Сэр Джон выглядел раздраженным, хотя особой тревоги или обеспокоенности Гидеон в нем не заметил, что означало, что его визит скорее носит характер разведки, чем вражеского набега.
— Сэр Гидеон, я не видел вас с тех пор, как вы были совсем мальчишкой, а теперь ваше имя у всех на слуху. Вы должны прийти к нам на ужин и рассказать леди Сьюзен и мне о ваших приключениях. — Он внезапно помрачнел. — Сожалею о вашей потере. Я, конечно, знаю о смерти вашего отца и сэра Гарольда, Грустно, что именно эти печальные обстоятельства заставили вас вернуться в наши края.
— Сэр Джон, вы заглянули ко мне пообщаться по-соседски?
Игра кончилась. Гидеон не собирался рассыпаться перед судьей в любезностях. Сэр Джон выпрямил спину и с досадой взглянул на своих сопровождающих.
— Не совсем, хотя я, так или иначе, собирался засвидетельствовать вам мое почтение.
Наступила неловкая пауза. Гидеон, безупречно разыгрывая роль светского льва, в недоумении приподнял брови, глядя на двух незнакомцев, которые с молчаливой угрозой взирали на него из-за спины сэра Джона.
Разумеется, он изучал их с первой минуты своего появления, как и они все это время пристально изучали его.
Он заметил их удивление при виде элегантного хозяина дома. Спасибо лондонским портным, которые сшили ему одежду после его возвращения из Рангапинди. Пусть эти негодяи поймут, что имеют дело с солидным человеком.
Сэр Джон кашлянул, прочищая горло.
— Сэр Гидеон Тревитик, позвольте представить вам Хьюберта Фаррела, лорда Баркета, и его брата, лорда Феликса Фаррела!
Лорд Баркет? Господи, старший брат был ни много, ни мало маркиз. Сара решила умолчать об этой пикантной подробности.
Гидеон знал, что на кону стояла солидная сумма, и догадывался, что она происходит по меньшей мере из мелких дворян. До настоящего момента ему и в голову не приходило, что он связался с аристократией высших эшелонов.
— Конечно, мне чрезвычайно приятно, — с демонстративно скучающим видом протянул Гидеон, небрежно поклонившись в ответ на более чем сдержанные поклоны гостей.
 
Лорду Баркету было лет двадцать шесть — двадцать семь. Крупный, мощного телосложения. Гидеон едва подавил грозящую приступом тошноты ярость, когда представил себе, как эти кулаки молотят нежное тело Сары. Лорд Феликс был моложе брата на год или два. Стройный, светловолосый, хорош собой, лорд Баркет выглядел растерянным. Феликс смотрел недоверчиво. Даже при столь непродолжительном знакомстве Гидеон догадался, что лорд Феликс из них двоих более опасен.
— Давайте перейдем к сути вопроса, Холланд, — рявкнул Баркет.
— Как я уже говорил, уверен, что сэр Гидеон не знает…
Баркет злобно смотрел на Гидеона через плечо судьи:
— Мы потеряли нашу сестру, леди Чариз Уэстон.
Гидеон непринужденно сел и пригласил гостей последовать его примеру. Хотя первым его побуждением было выгнать этих псов голубых кровей пинком под зад, предварительно, конечно, устроив им трепку. После той мучительной сцены на чердаке кипевшие в нем эмоции требовали выхода. С каким наслаждением он сейчас отделал бы их по первое число.
Сэр Джон присел на диван возле камина. Лорд Феликс опустился в кресло рядом. Баркет оставался стоять посреди комнаты в почти борцовской стойке. Итак, что же стояло на кону, ради чего Саре пришлось перенести все эти муки опекунства Фаррелов?
И тут Гидеон вдруг осознал, что только что сказал Баркет. Очевидно, настоящее имя вверенной их заботам девушки было не Сара.
Чариз Уэстон.
Лорд Феликс пристально изучал его лицо, стараясь поймать любые признаки страха или чувства вины. Смотри, смотри, чертово отродье. По сравнению с набобом Рангапинди Феликс был просто младенцем.
Гидеону не пришлось особенно напрягаться, чтобы изобразить безразличие.
— Мои соболезнования. Но при чем тут я?
— Вас видели вместе с ней в Уинчестере и Портсмуте, — сказал Феликс. Он пытался не показывать этого, но его отчаянное стремление прибрать Чариз к рукам без труда угадывалось по тому, с каким напряжением он держался. — Полагаю, она наплела вам с три короба о том, что нуждается в помощи. Она девица легкомысленная, я бы даже сказал, не совсем в своем уме, и убежала во время очередного умопомрачения. Ради ее же блага мы должны найти ее как можно скорее, пока с ней не случилось настоящей беды. Она здесь?
Проклятие, должно быть, несмотря на все принятые им меры предосторожности, ее отъезд из Уинчестера все же заметили.
— А, так вы имеете в виду несчастную оборванку, которую я подбросил до Портсмута, где у нее живет тетя?
— Нет у нее никакой тети в Портсмуте, — рявкнул Баркет.
Гидеон пожал плечами.
— Такова история, которую она поведала мне в Уинчестере. Девушка сказала, что на нее напали разбойники. Она была зверски избита. Вся в синяках. Даже лицо.
Баркет почувствовал себя неуютно, стал переминаться с ноги на ногу, но взгляд Феликса оставался все таким же холодным и пристальным. Гидеон не менял выражения лица, хотя мысленно уже отправил обоих в ад.
— Сожалею. Женщине, путешествующей в одиночестве, грозит множество опасностей. Вот почему нам так не терпится вернуть ее в лоно любящей семьи.
— Похвальное стремление, — пробормотал Гидеон, мысленно обозвав смазливого ублюдка лжецом и обманщиком.
Синяки на теле Сары — нет, Чариз — были очевидным свидетельством того, насколько любящим было ее семейство.
— Мы не нашли ее по дороге в Пенрин, значит, она здесь, в вашем доме. Заклинаю вас, пошлите за ней. И этот неприятный инцидент мы будем считать исчерпанным. Мы готовы заплатить вам за все неудобства, которые вам пришлось испытать, сэр Гидеон.
Лорд Феликс поднялся. В голосе его появились мерзкие елейные нотки. Гидеон едва подавил дрожь отвращения.
— Совершенно очевидно, что вы честный человек и что леди в вашем обществе ничто не угрожает. Но общество может быть не столь снисходительным в своей оценке. На кону репутация нашей сестры, поэтому мы надеемся, что вы не станете распространяться о подробностях этого досадного инцидента.