Богоборцы 2 (СИ)

— У него родители погибли от рук то ли ренегата, а то и эмиссара, — просветил меня здоровяк. — Батю сразу вроде прихлопнули, а мать навесила на младенца щит-зеркало, от которого этот самый эмиссар и подох в итоге. Оставив на память о себе Гончарову шрам на лбу и инициацию. Так что Роберт официально самый молодой пробудившийся одарённый.
— Если честно, вообще насрать, — мне действительно было плевать, какие там достижения у этого урода, хотя насчёт родителей я чисто по-человечески сочувствовал. — Теперь это и моё дело тоже. Если интригу затеял Гончаров, значит, надо её обломать.
— А ты что с ним не поделил? — с любопытством спросил Матвей, но тут же замахал руками. — Нет, если что-то личное, то я не настаиваю…
— Он хотел развалить мою команду, — не стал таиться я. — Пытался меня подкупить, чтобы мы провалили аттестацию. Как я понял, Роберту нужен кто-то из моих девчонок, а поскольку человек он говно, я буду защищать их всеми правдами и неправдами. Но это всё лирика. Пошли, а то на занятия опоздаем. Вон, пока мы трепались, все наши уже в классе сидят.
Действительно, почти все курсанты уже были в помещении, хотя до начала занятий оставалась ещё пара минут, но старлея ещё не было. Как раз мне хватило времени, чтобы осмотреться и заметить то, на что раньше я не обращал внимания. А именно, как расположились группы. Казалось, что в небольшом классе нельзя было отгородиться от других, но тем не менее, приглядевшись, я заметил чёткое деление на коалиции или сообщества.
Центром одного, несомненно, был Гончаров. Хоть он и держался довольно тихо, да и со мной не пересекался, но было заметно, что вокруг него сгрудились друзья или товарищи. Хотя скорее их следовало назвать подчинёнными, учитывая характер самого Ричарда, пусть даже они думали иначе. В их состав вошли группы как Раевского, так и Голенищева, хотя последний сидел с краю, видимо, пытаясь подчеркнуть свою независимость. Получалось не очень.
Две другие группы в коалиции Гончарова я не знал, но получалось, что из девяти прилетевших на сборы команд пять тем или иным образом были связаны с ним. Ещё две прибыли из области и в тёрках не участвовали. Они стали буфером, отделившим группировку Роберта от нас и примкнувшего Стаса с бойцами. Те, кстати, вполне разделяли мнение командира и не рвались общаться с подхалимами «мальчика-который-выжил».
Ситуация сложилась крайне интересная. Я не ожидал, что у него окажется столько сторонников, хотя сейчас было сложно сказать, насколько плотная связь между этими группами. Тот же Голенищев явно пытается дружить с Гончаровым против меня. И это не зазнайство, а объективный анализ. Одному нужна Катерина, второму в принципе мешает наша команда. Почему — уже дело десятое, но попытки сорвать аттестацию я ему не прощу. Даже если придётся воевать.
И пусть количество было не на нашей стороне, оно, в принципе, ничего не решало. Всё же у нас не гуляй поле, есть законы, правила, а ещё за каждым из ребят стоит владетельный Дом. Какой-то побольше, какой-то поменьше, но тем не менее. Значит, открытые боевые действия исключены, максимум стычки, а вот тут количество нивелируется качеством. И нет, я не считал себя самой большой лягушкой на болоте, однако и головастиком тоже не был.
Мой талант в силу необычности давал неплохое преимущество. Тот же щит, например, мог как замедлить или остановить выстрел, так и предотвратить магический удар. Казалось, ему было без разницы, какой природы атака. Всё, что попадало в область действия, тормозилось и застывало. А это как минимум позволяло удивить и ошеломить соперника, а значит, победить его, если верить великому полководцу.
— Смирно! — прервал мои мысли вернувшийся старлей, ведущий за собой семь или восемь солдат, нагруженных автоматами. — Вольно, садитесь. Сегодня у нас будет занятие по стрелковой подготовке. Начнём мы с самого базового, а именно с умения разбирать и собирать автомат Калашникова. Сейчас вам раздадут оборудование. Не радуйтесь, настоящее оружие вам никто не доверит, это массо-габаритные макеты. На них и будете отрабатывать основные задачи, а именно, неполную разборку, включение и выключение предохранителя, взвод ударно-спускового механизма и, соответственно, его спуск.
 
Бойцы принялись обходить класс, выкладывая на стол перед каждым курсантом автомат. Ну, точнее, макет, однако выглядел он по-настоящему. Богоборцы тут же хватали игрушку, принимаясь тискать, нажимать на всё, что можно, и пытаться открутить всё, что нельзя, словно те самые пресловутые обезьяны. Причём девчонки участвовали на равных с парнями. Мне даже стало понятно, почему занятия по оружейной подготовке начали не с гранат. Но как только мне самому выдали оружие, я тоже схватил его, будто никогда раньше в руках не держал. Хотя и из карабинов стрелять приходилось и из АКМ тоже. В школе возили на стрельбище в военную часть, в рамках начальной военной подготовки. Но, как говорится, мужчина — это тот же мальчик, только писька больше и игрушки дороже.
Время занятия пролетело незаметно. В принципе, большинство одарённых имели представление, что такое оружие, и чего с ним надо делать, так что Цветков мог сосредоточиться на тех, кто видел его в первый раз в жизни. Например, на Алле-Изабелле. Не будет большим преувеличением сказать, что автомат был большее неё самой. Да и силёнок у девчонки не хватало. А главное, когда у русской итальянки что-то не получалось, она включала принцессу, мол, фи, какая гадость, уберите и принесите розовой воды и канапе. Что дико бесило старлея и веселило нас, отчего он злился ещё сильнее.
Короче замкнутый круг, хорошо ещё, что понятие дисциплины для богоборцев было не пустым звуком, так что мы старались громко не ржать, а то неизвестно, чем бы это всё кончилось. А так вроде программу минимум все выполнили, даже Изабелла. И на ужин все ушли с чувством выполненного долга. А вот когда после сытной еды я лежал на койке, расслабившись после тяжёлого дня, как-то заполошно зазвонил смартфон, и я понял, что начались неприятности.
— Тор, давай бегом к нам! — голос Тани в трубке был серьёзным, с нервными нотками. — Они уже здесь и хотят забрать Дару!
 Глава 8 
 
— Никуда я с вами не поеду! — услышал я крик Дары ещё до того, как повернул за угол. — И ты не заставишь меня…
— Наглая девка! — слова девушки прервал грубый мужской выкрик и звук пощёчины. — Думаешь, я с тобой играться стану?! Ты будешь делать то, что я сказал или…
Именно в этот момент я и вылетел из-за угла, перехватывая повторно занесённую для удара руку. Напротив девушек стояли несколько человек, в основном мужчины лет тридцати, плюс молодой парень, надменно поглядывающий на происходящее. Ну и тот, кого я остановил, самый старший, но далеко ещё не старик, скорее всего, сам Монгушев. Он с гневом уставился на меня и попытался выдернуть руку, но у него не получилось.
— Ты ещё кто такой?! — мужчина налился кровью от гнева. — Руки убери!
— Успокойся, — я отпустил его, одновременно задвигая за себя Дару. — И грабли не распускай.
— Ты попутал что-то, пёс?! — тут же влез один из группы поддержки. — Дичь…
Это были его последние слова, потому что я, не раздумывая, пробил хаму в грудную клетку. Тот сложился пополам и кулем рухнул на землю, забыв, как дышать. Остальные тут же оскалились и схватились за оружие. Кто за ножи, а у Монгушева и молодого в руках возникли луки, такие же, как у Дары, только попроще.
Я напрягся, готовясь поставить щит и дико сожалея, что не взял с собой никакого оружия, тем более что привёз ведь пару интересных штуковин вдобавок к молоту. Девчонки тоже не остались в стороне. Катерина шагнула вперёд, загораясь алым пламенем, Дара выглянула из-за моего плеча, держа в руках лук со стрелой на тетиве. Таня крутанула в воздухе посох, заметно дыхнув холодом, а в следующее мгновение я почувствовал, как маленькие ладошки Мико хлопнули меня по спине, приклеивая печати.
 
Драки мы не боялись, к тому же правда была на нашей стороне. Несмотря на просьбу лучницы, её родственник ничего не сделал, так что не имел морального права чего-то требовать. Однако гордость и наглость одарённого и главы ветви крупного клана, привыкшего получать всё, что хочет, по щелчку пальцев, не позволяли мужчине отступить, и я его даже в какой-то мере понимал. Правда, потакать хотелкам не собирался.