Единственная для черного дракона

– Как думаешь, сколько мне лет? – спросила я однажды у Тэмзи, который предпочитал быть поближе ко мне, видя во мне ту, кто могла бы с ним разделить интересы и игры.
– Ну, – почесал он вихрастый затылок, – больше тринадцати и не дашь, – пожал он плечами.
– Думаешь? – задумалась я, надеясь, что когда мы прибудем в это самое «домой» у кого-нибудь найдётся зеркало.
Почему-то мне иногда думалось, что если я увижу свое лицо, то возможно и память вернётся ко мне. В конце концов, от моей прошлой жизни осталось только оно. Или я хотя бы начну себя чувствовать тем самым «ребёнком», о котором все говорили. На деле же, мне иногда казалось, что что-то со мной всё же не так. Может быть, отражение в зеркале заставит почувствовать себя комфортнее? Поможет осознать, кто я?
– Фэй, – позвала меня Ола, когда до окончания нашего пути оставалось менее дня перехода.
– Да?
– Пойдем со мной.
Всё это время я помогала с приготовлением еды для караванщиков. Оказалось, я совсем не умела резать и чистить овощи, как и готовить в целом. Разве, это не та безусловная память, которая должна была бы быть при мне, как у любой простолюдинки? Но, я срезала шкурку с корнеплодов так, что от самого плода едва ли оставалась половина. Хотя, спустя две недели я в этом немного поднаторела. Поэтому, отложив в сторону нож и бросив очищенную картошку в котелок, я направилась за Олой.
Стоило нам выйти на безлюдную полянку, как женщина сунула мне в руку небольшую, аккуратно сложенную, белую тряпочку.
– Что это? – нахмурилась я, разворачивая тряпицу.
– Это было при тебе, когда мы нашли тебя. Я переодевала тебя и решила спрятать…ведь эта вещь баснословно дорогая, милая, – коснулась она моего запястья, когда я с интересом рассматривала потрясающе изящный, почти невесомый, ажурный золотой браслет, усыпанный прозрачными и светло-зелёными камнями. – Но, возможно, совсем скоро наши пути разойдутся, думаю, будет правильно вернуть его. Чего уж греха таить, – хмыкнула женщина, – сначала хотела забрать его в качестве платы за спасение и переход вместе с нами, но думается мне, что добра эта вещица мне не принесёт…
– Как это может быть моим? – прошептала я.
Даже не помня много, я могла понять, что такая вещь не может принадлежать бедняку.
После этих слов Ола крепко сжала моё запястье и, наклонившись к моему лицу, почти прошипела:
– Всё, что ты о себе знаешь – это выдумки наших мужиков! Пусть так и остаётся. Запомни, девочка, обычная бесовка никому не интересна, гораздо интереснее та, что владела такой вещью… Или та, на которой зажили глубокие раны от меча и не осталось ни одного ожога после того, как сгорела вся одежда… Понимаешь? – проницательно взглянула она мне в глаза.
Я понимала. На каком-то почти зверином уровне, я была с ней согласна. Я не спрашивала её детали о ранах, просто потому, что не хотела, чтобы это лишний раз было озвучено. Я и сама понимала, что для такой битвы, из которой я вышла живой, я непозволительно хорошо сохранилась. Даже ни одной царапины, как оказалось, на мне не было.
Потому молча сложила тряпицу и убрала в карман штанов. Мне приходилось носить старые вещи Тэмзи, так как он был самым маленьким из всех. Они больше всего, хотя бы в ширину, подходили мне.
Не знаю, что произошло в Тавире. Не знаю и знать не хочу, как я оказалась в той канаве, и почему у меня был этот браслет, что тяжким грузом лёг в карман почти протёртых брюк. Хотя, караванщики и говорили о страшном падении города, в моём сердце царила звенящая пустота. Может быть, это и неплохо? Уже вечером я нашла кусок жесткой толстой нити и соорудила из тряпочки мешочек, который повесила на шею так, что никто не мог разглядеть, что именно там у меня.
Утром следующего дня наш караван вошел в город. Не знаю, бывала ли я когда-либо так далеко на севере? Видела ли эти суровые, крепкие города, укрытые со всех сторон внушительными крепостными стенами? Как знать? Но, сейчас я глядела во все глаза на огромные ворота, что были открыты настежь, позволяя простому люду свободно входить в город. И, лишь караваны вроде нашего, сперва проходили досмотр и оплачивали въездной сбор.
  
Все это не так сильно интересовало меня, как то, как выглядели жители севера и их город. Хотя погода была достаточно прохладной и лично я действительно замерзала, но мало кто вокруг носил теплые вещи. Конечно, здесь жили демоны хорошо приспособленные к низким температурам. Внутренний зверь почти каждого, кто был в нашем караване, как и в городе, мог легко согреть своего обладателя даже в самый студеный мороз.
– Больше ни за какие деньги не отправлюсь на юг, – глубоко вздохнул Радо, мужчина, что управлял повозкой, на которой сейчас сидела я.
– Почему? – поинтересовалась я больше из вежливости, чем из интереса.
– Жарко уж очень, – пожал он плечами, – по природе своей мы – волки и наш организм к такой жаре не приспособлен. Дома хорошо, что ни говори. Каждый из нас демон севера, а стало быть, и жить нам лучше дома.
Он говорил о том, как хорошо, что они наконец-то вернулись, рассуждая о прелестях севера, а я с тревогой в сердце готовилась к тому моменту, когда кто-то из караванщиков скажет, что на этом наши пути расходятся. Момент страха и неопределённости приближался с каждым шагом лошадки, что тащила повозку. Совсем скоро я останусь одна? Иллюзия того, что я принадлежу к кругу караванщиков вот-вот исчезнет…
– Фэй, – грубый голос Римана, вывел меня из омута невесёлых дум. – Как войдём в город, пойдёшь со мной. Поживешь пока при моем дворе, а дальше видно будет, – пробасил этот огромный мужчина и как ни в чем ни бывало пошёл заниматься другими делами.
Я смотрела ему в след, испытывая действительно глубокую признательность за такой его жест. Хотя бы пока я не пойму, как можно выжить в этом суровом городе севера, что носил такое же краткое и жесткое имя, как и выглядел снаружи – Нар.
Стоило нам войти в город, как караван, не сговариваясь, начал разделяться. К моей повозке вновь подъехал Риман и протянул ко мне свои огромные руки. Я больше не сомневаясь ни минуты, потянулась ему навстречу, а уже через секунду оказалась в седле прямо перед ним.
– Что ж, Фэй, надеюсь, ты не боишься оказаться в логове медведя, – хохотнул он у меня над головой, пришпорил коня и мы весьма споро начали продвигаться вглубь города.
Нар оказался гораздо интереснее изнутри, чем снаружи. Широкие мощёные улицы, добротные каменные дома. Должно быть, мы двигались по центральной торговой улице, так как практически в каждом доме, что стоял вдоль улицы, был магазин, лавка, таверна или какая-то контора.
«Сластёна»
«Свиной пятачок»
«Портной»
«Шляпки»
«Готовое платье»
Я с интересом читала вывески, чуть слышно шепча название лавочек себе под нос. Какое хаотичное нагромождение всего, думалось мне. Сладости, мясо, пошив одежды и тут же шляпки…
– Ты умеешь читать? – вопрос Римана застал меня врасплох.
Нахмурившись, я поняла, что действительно умею. Наконец-то! Хоть какое-то полезное умение из прошлой жизни!
– По всей видимости, так и есть, – согласилась я.
Риман больше ни о чем не спрашивал, хотя я будто почувствовала, как его напрягло это открытие. Почему? Нужно будет поговорить с ним, как только окажемся у него дома.
Совсем скоро мы съехали с центральной улицы. Магазинов стало в разы меньше, хотя улицы оставались столь же широкими. Появилось больше деревьев. Чем дальше мы продвигались, тем больше людей здоровалось с Риманом. Прохожие с интересом разглядывали меня, иногда даже принюхивались, но тут же теряли интерес и отворачивались. Причем так поступали все встреченные нами демоны и неважно, какие именно.
– Почему они нюхают меня? – поинтересовалась я у Римана.
– Пытаются понять, какой у тебя внутренний зверь, – просто пояснил он.
– А, так разве не видно? – я правда не поняла, зачем они нюхают меня.
Лично я и так могла определить, кто есть кто. Это было просто, и я считывала энергетические структуры встреченных нами демонов очень легко.