За грехи отцов

– Проходите, – низким приятным голосом проговорил Карлин. Кейра разозлилась на себя и чудовищным усилием воли заставила посмотреть ему в глаза. Ее личные чувства к преподавателю – полный бред. Надо сосредоточиться на работе. На карьере. На мечте. А не вот это вот все.
– Детектив Грин, это лучшие студенты своих курсов. Кейра Коллинс, будущий профайлер. Тим Дженкинс – криминалист.
– Дженкинс? – удивился Аксель, посмотрев на стажера.
– Да, фирма его отца перестраивала часть управления в прошлом году.
В холодных глазах Грина скользнула эмоция, которую Кейра расшифровать не смогла. Смесь презрения и надменного удовлетворения. И еще что-то. Надежда? На что? На то, что Тим здесь не только из-за отцовского протектората? То есть он готов дать шанс. Значит, с ним можно договориться.
– Садитесь, – сказал детектив. Голос у него был почти таким же приятным, как у Карлина. Мягким (конечно же, обманчиво) и звучным. Только вот от ощущения, что от каждого произносимого им звука в кабинете становится на четверть градуса холоднее, избавиться Кейра не могла. – Доктор Карлин, они в вашем безраздельном пользовании. Если мне что-то будет нужно, я скажу сам. Стажеры, этот офицер, – он указал на криминалиста, – Артур Тресс. Он второй заместитель руководителя отдела криминалистической экспертизы. Нам несказанно повезло, что он вошел в рабочую группу, это редкость. Доктора Карлина вы знаете. Здесь он – профайлер. Я так понимаю, вы, мисс Коллинс, будете работать с ним. Что касается вас, мистер Дженкинс, Карлин ваш руководитель в рамках этого дела, но ваша задача – внимательно слушать офицера Тресса. Заодно и подучитесь. Я руковожу расследованием и имею право вето на любое распоряжение коллег. Обычно им не пользуюсь, надеюсь, и в этот раз не придется.
Грин прервался, чтобы стажеры наконец заняли свои места. Кейре было крайне некомфортно на перекрестье взглядов трех взрослых профессионалов-мужчин. Она опустилась на кресло поближе к Артуру, как самому нейтральному из присутствующих, подумала, что не хочет быть единственной женщиной в мужском коллективе, вспомнила, что она обречена на это, раз выбрала такую профессию, и подняла глаза на Грина, который почему-то смотрел на нее в упор.
Краем глаза она заметила, что Тим занял место рядом с ней, и в кабинете повисла тишина.
– Приказ о вашем назначении передадут ближе к концу дня, – сказал Карлин, отвлекая на себя внимание. – Соглашения о конфиденциальности подписываются в момент зачисления на курс. Детектив Грин, вы можете погружать ребят в суть нашего расследования.
Аксель оторвался от Кейры и перевел взгляд на Карлина, который встретил его с легкой улыбкой. Сколько раз она пыталась нарисовать эту улыбку. Не получалось.
– Хорошо.
Слова детектива Грина вырвали ее из задумчивости. Кейра вздрогнула и посмотрела на него. Детектив в свою очередь перевел взгляд на белую стену, мысленно формируя речь. Судя по всему, он не любил говорить, но право вести брифинг никому не передавал.
– Вчера в одиннадцать утра на горячую линию управления поступил звонок от гражданки Ритолины Рэксон, ведущего риелтора девелоперской компании «Мун Девелопмент». Она проводила показ особняка «Екатерининские мечты», расположенного в Старом Треверберге в районе усадеб, потенциальным покупателям: мужу и жене Арнольд. Особняк выставлен на продажу, право его реализовать получила вышеупомянутая компания, а мисс Рэксон выиграла этот проект в свое портфолио. Риелтор сообщила о двух трупах в фойе особняка. Дежурный приказал свидетелям выйти из особняка и дожидаться полиции и передал звонок в управление. Получив сообщение, я выехал на место, не дожидаясь криминалистов…
– Как всегда, – буркнул Тресс, вызвав у Карлина улыбку.
– …и прибыл к особняку через двадцать пять минут после звонка, – спокойно продолжил Грин, будто не заметив, что его перебили. – Я переговорил со свидетелями, принял меры предосторожности с точки зрения порчи улик и осмотрел особняк и тела. К счастью, первые снимки за ночь подготовили. У нас есть общий вид и несколько крупных планов. Коллеги их уже видели, а Тресс был на месте преступления. Артур, передай, пожалуйста, снимки стажерам.
 
Тим чуть не подпрыгнул, когда криминалист отдал тонкую пачку фотографий Кейре, а не ему. Он хотел вскочить и подойти к ней, но застыл, повинуясь решительному, но миролюбивому жесту криминалиста. А Коллинс взяла в руки фотографии и замерла. То, что она увидела, не укладывалось в голове.
– Если вы подумали, что это кадр из фильма, мисс Коллинс, то вы ошибаетесь, – проговорил Грин, будто прочитав ее мысли. Кейра подняла на него глаза. – Это реальное преступление и реальное место. Два трупа. Девушка лет двадцати. Сожжена. Оставлена на кострище на манер средневековой инквизиции. Мы ее называем «ведьма», надеюсь, она не обидится. – По кабинету разлетелись короткие смешки. Смеялись все, кроме оцепеневшей от ужаса Кейры. – Второй – «священник» – стоял напротив «ведьмы» на коленях. Запястья, глаза и, как позже выяснилось, пенис удалены острым предметом. Мягкие ткани – предположительно ножом с коротким, не более пяти сантиметров, тонким лезвием. Что касается запястий, разрез слишком гладкий, тут не обошлось без хирургической пилы, но точной информации у нас пока нет. Равно как и нет пятен и брызг крови в самом особняке.
– Нет, – подтвердил Тресс. – Мы облазили каждую пядь, изучили все с люминолом [1], ничего не сияет. Кровь не разливалась. Либо ее удалили специализированным химическим составом, либо в особняк принесли уже мертвые тела.
– «Священник» сидит перед «ведьмой» в молитвенной позе, которая выражает сожаление, – продолжил Грин. Кейра отдала первые несколько снимков Тиму, перегнувшись через стол, и остановила взгляд на изображающем «священника». – Пока что личности обоих установить не удалось. Отсюда первое задание. Нам нужны данные по всем пропавшим за последний месяц, кто подходил бы под описание. С описанием тоже сложности – тела обезображены. У нас есть только вес, рост, телосложение и примерный возраст. Дженкинс, эта задача для вас. Также доктор Абигейл, наш судмедэксперт, сделала запрос в госпиталь имени Люси Тревер, чтобы те сравнили рентгеновские снимки зубов. У девушки была сложная реконструкция челюсти, пара зубов вставные. Если она делала операцию в Треверберге, мы ее найдем, но на это требуется время. Данные доктор Абигейл мне передаст, когда получит. Кроме этого, Коллинс, выясните, кто занимался уборкой усадьбы. Уход за садом, дом. Дорожки подметены. Тресс, тебя я попрошу поднять на уши химиков. Установите, что за веревки такие огнеупорные, что за брус, откуда он… ну и ты сам знаешь. Для стажеров: речь о брусе, к которому была привязана «ведьма», веревках, которыми она была привязана. Обычно криминалисты такие детали подмечают самостоятельно. Изредка я подчеркиваю на брифингах то, что считаю важным.
Тим и Кейра синхронно кивнули. Кейра передала коллеге оставшиеся фотографии и уперла взгляд в нервно сжатые руки. Какая невиданная жестокость. Хотелось бы верить, что эти двое не невинные жертвы. Что кто-то решил добиться справедливости. Что этот «священник» никакой не святой человек, а такой же урод, как…. Нет, не здесь.
Кейра быстро заморгала, чтобы не позволить слезам брызнуть из глаз, улыбнулась и огляделась. К счастью, за ней никто не следил. Кроме, кажется, Грина, с чьим взглядом она опять встретилась. Да что с ней не так? Детектив будто видел насквозь ту ее бездну, к которой она даже с психоаналитиком прикоснуться не решалась уже три года терапии. Тот страх, который цепко держал ее столько лет.
– Тресс, – позвал Грин, будто с трудом отрывая от нее взгляд. – Сколько твоим ребятам понадобится на отчет?
– День.
– Оптимистично. Доктор Карлин, задержитесь, пожалуйста. Остальные свободны. Тресс, покажешь ребятам их кабинет?
– А мы будем работать не с вами? – удивилась Кейра. И тут же прикусила язык.
– Со мной, – спокойно ответил Грин. – Но в соседнем кабинете. Жду вас на вечерней планерке с результатами по вашим задачам. Планерка в пять.