За грехи отцов

Они вызвали на допрос жену Вонга, но та не смогла сказать ничего нового. Экспертиза подтвердила личность, и эта зацепка рассыпалась пеплом.
– Четвертого, – повторил Артур. – Мы еще долго будем разбираться с последствиями шумихи, которую нам обеспечил Карлин своим выступлением на радио. Как водится, нас завалили тысячами звонков. И в каждом втором – «я знаю, кто ваш убийца». Пока, конечно, попытки подставить бывших превалируют. Но есть несколько интересных версий, мы их проверяем.
– Рассказал, что вы велели, – буркнул Карлин. Он сидел, вытянув ноги и сложив руки на груди, в дальнем кресле. – Немножко блефа, немножко правды. Каплю догадок. Все как любит публика.
– Блефа? – подала голос Кейра.
– Ну на момент шоу мы понятия не имели, что зацепка с форумами сработает, – сказал Дилан Оуен с неизменной улыбкой. – Мы еще расшифровывали восстановленные доступы и искали след былых переписок. А то, что находили, не давало никакой информации. А потом наткнулись на эту их комнатку. Господи, они накрутили себе, конечно, степеней защиты. Понабирали никнеймов из фильмов и мультиков.
– Ты можешь установить участников переписки, Дилан? – спокойно спросил Аксель.
– Ну я восстановил, наверное, две трети айпишников, – будто нехотя проговорил Оуен. – И почти все они принадлежат компьютерным клубам в разных частях города. И я не представляю, как нам кого-то поймать и надо ли пугать этих девочек.
– А ты уверен, что там все – девочки? – Грин посмотрел ему в глаза.
– Ты имеешь в виду – не убийца ли одна из этих красоток? – хохотнул Тресс.
– Именно это я и имею в виду, – кивнул детектив с холодной улыбкой. – У нас нет никакой ретроспективы? Кто когда зарегистрировался, кто как часто туда приходил?
– Нет, – покачал головой Дилан. – Как я и думал, это обычный чат-болталка с ежесуточно обновляющейся сессией, история стирается каждую полночь. Но теперь мы сидим там круглосуточно и отслеживаем все сообщения.
– Да? – спросила Кейра дрогнувшим голосом. – И кто же это делает? Спать-то надо когда-то.
– Я не один в IT-отделе работаю, стажер Коллинс, – с неожиданным холодком сообщил Дилан. – Распределились по сменам.
– И когда начали?
Аксель бросил на нее озадаченный взгляд. Кейра собрала волосы в строгий пучок, выглядела хорошо и собранно, но от нее буквально веяло паникой.
Что она скрывает?
Почему в этом городе каждый что-то скрывает?
– Стажер Коллинс, вы хотите нам что-то сказать? – спросил он, не отводя от нее глаз.
В кабинете повисла напряженная тишина. Кейра бросила на Акселя озадаченный взгляд, как будто он застал ее на месте преступления. Карлин выпрямился и в свою очередь посмотрел на нее, только в его взгляде Грин заметил неподходящее деловой обстановке тепло. Тресс скользнул по ней глазами без особого внимания, а Дилан уткнулся в свой ноутбук. Он провел с командой неделю и предпочитал держаться в стороне. Кейра перевела дыхание, скрасила напряжение несмелой улыбкой и заговорила:
– Если убийца действительно сидит в этом найденном вами чате, в котором собрались жертвы сексуального насилия со стороны отчимов и отцов, и находит себе мишени там, то у меня лично есть несколько вопросов. Первый: как он устанавливает их истинные имена? Второй: как он выбирает среди одинаковых по сути случаев? Третий: как нам предупредить этих девочек, что они в опасности, если мы уверены в этом?
Дилан улыбнулся, подняв глаза от компьютера.
– Отвечаю на первый вопрос, – сказал он, не позволив вступить кому-то еще. – Скорее всего, он будет действовать одним из двух способов. Первый – профессиональный. Выследит IP конкретного участника, ну или участницы, в Интернете все бесполы, придет в нужный компьютерный клуб и засядет там до момента, пока жертва не появится. Познакомится с ней. И начнет слежку. Я вообще не удивлюсь, если он уже знаком с большинством из участниц. По меньшей мере, знает их в лицо и, скорее всего, выследил домашние адреса. Вариант второй. Вытащит максимум личной информации из участниц чата.
Кейра покачала головой:
 
– Но есть правило. Никаких личных данных.
– Любые правила кто-то да нарушит. Я думаю, нам следует пойти путем номер один. Детектив Грин, сообщите, пожалуйста, шефу, что нам нужно пять волонтеров. Можно без оперативного опыта. Мы посадим их в клубы. Они будут сидеть в чате и ждать появления участников, соотносить с гостями компьютерного клуба.
Аксель задумчиво погладил подбородок и посмотрел в окно.
– Нам нужны смены, – заявил он после паузы. – И нужно, чтобы администрация самого клуба ничего не заподозрила. А это значит, не пять, а пятнадцать человек плюс время на пересменку. Найджел не одобрит такой человеческий ресурс для проверки слабой гипотезы.
– Давайте возьмем студентов, – неожиданно предложила Кейра. – А что, до сессии еще почти четыре месяца, на четвертом курсе занятий меньше, на третьем тоже. Поставить им задачу, пусть выслеживают.
– Коллинс права, – сказал Карлин. – Я позвоню директору и договорюсь.
Аксель кивнул.
– Хорошо. Марк, мы с тобой будем следить за переписками отсюда. У нас другая задача. Нам нужно понять, кто из участниц чата – преступник. То, что он маскируется под жертву насилия, скорее всего, факт. То, что он прекрасно знает, что чувствует такая жертва, – тоже. Он это видел и ощущал.
– Если он проник на этот форум и подкован в IT, есть некоторая вероятность, что он скроет свой истинный IP-адрес, – задумчиво протянул Дилан. – Я бы не рассчитывал на быструю победу.
– Если он будет сидеть в компьютерном клубе – не скроет.
– То есть для нас приоритетны те клубы, где под одним адресом зашли двое в один момент? – спросил Карлин.
Дилан подмигнул ему.
– Браво, доктор. Обычно люди вашей профессии не врубаются и в половину из того, что я им пытаюсь втолковать.
Доктор Карлин посмотрел на коллегу с легкой улыбкой, которая озарила его лицо. Он будто сбросил несколько лишних лет. Грин скользнул по нему озадаченным взглядом.
Эта неделя прошла странно. В жизни Марка что-то происходило, но он не торопился делиться своими мыслями и чувствами. Хотя бы потому, что неделю назад их снова вызвали на место преступления. Правда, на этот раз им повезло меньше. В особняке трупы нашли сразу, буквально через несколько часов. А в недостроенном концертном зале в старой половине, инвестиционном и громком проекте, о котором пару лет назад трубили все радио– и телеканалы, а сейчас подзаброшенном из-за кризиса, инсталляция простояла около тридцати шести часов, прежде чем бригадир, которому поручили скорректировать смету, зашел и увидел ее посреди огромной сцены. Удивительно: в здании успели возвести все стены и перекрытия, не провели отделку, но сцену отделали полностью. За тем лишь исключением, что пока не положили специальное покрытие и не повесили оборудование и занавес. К сцене вели две витые лестницы справа и слева от нее, а также одна в центре. Кострище собрали в середине, а мужчину посадили в зал. В отличие от первой жертвы, Лоран, девушка по имени Саманта не просто висела на бревне. Ее крепко привязали за талию, тоже обожгли. Но оставили в порядке лицо и руки. Рукам сделали проволочный каркас, закрепив кисти так, будто она держала микрофон. Вместо микрофона на стойке укрепили кусок дерева, который неаккуратно обстрогали.
С мужчиной проделали все то же самое. Долгая и мучительная смерть от перекачки крови в область перикарда с помощью большого шприца. Отрезанные руки, пенис и удаленные глаза. Никаких религиозных упоминаний полиция не нашла. Мужчина просто сидел в зале. Голый. Держал в руках билет на концерт Саманты (реальный концерт, который прошел чуть больше месяца назад). А еще убийца зашил ему рот. Видимо, тот любил сквернословить. Или хвастаться перед дружками, как предположил Карлин. Мужчина занимался грузоперевозками. В отличие от отчима Лоран он не умел зарабатывать, перебивался. А еще он не пил. Но очень много курил. Так много, что заработал рак легких. По сути убийца, сам того не зная, подарил ему смерть сравнительно более легкую, чем медленное удушье и раковая агония.