За грехи отцов
– Ты говоришь это, потому что у него был роман с директором музыкальной школы? – нахмурился Аксель.
– Да. Это нетипично для отчима-садиста. Да и вообще как-то не вяжется.
– Хорошо. Я начну с середины, с 1997 года. А ты с начала.
Аксель положил сигарету в пепельницу, вернул на руки предварительно снятые, чтобы покурить, перчатки и разделил тетрадки на две аккуратные стопки.
Три часа спустя
Трель звонка рабочего телефона Грина вырвала друзей из глубокого сосредоточенного чтения. Они не обменивались впечатлениями. Только иногда кто-то из них откладывал тетрадь в сторону и надолго зависал, глядя в потолок или в окно. Личная бездна Лоран Лоурден оказалась им не по зубам. Они узнали, что Вонг действительно не был насильником, что она его соблазнила, будучи в него влюбленной. Ей было четырнадцать. Через год они действительно повздорили. Она напилась, начала его бить, он оттолкнул, и девушка упала, врезавшись в стол. Удар был неудачным. Написанное в дневнике оставляло много вопросов, но общая картина вроде бы прояснилась. Вонг действительно оказался мерзавцем, не сумев противостоять созревающей девочке.
Но не это шокировало детектива. Дикое, ни на чем не основанное предположение о том, что и второй отчим мог оказаться мудаком, нашло подтверждение в самом жестоком и извращенном варианте. Джим Преттингс был насильником. Он положил глаз на падчерицу, как только переступил порог дома. И пользовался каждой доступной минутой, чтобы провести с ней время. Если Вонг ее пленил и по нему она скучала, то Преттингс пугал до истерики. Она пыталась покончить с собой – напилась таблеток. Но отчим нашел ее раньше матери, вызвал скорую. Ее откачали. А потом – это было описано подробно – он насиловал ее почти сутки, пока Изольда была на работе. Отвлекался на еду, питье, туалет. Лоран писала, что, скорее всего, он принял какие-то транквилизаторы. Все это невозможно было осознать.
Но главным оказалось другое. Она сидела на каком-то онлайн-форуме девушек, подвергшихся домашнему насилию. Она ходила в компьютерный клуб рядом с училищем и часами изливала душу таким же, как она, девочкам. О форуме Лоран писала с предельной аккуратностью. Она отметила, что решила его найти через несколько месяцев после попытки самоубийства. Отчим не давал ей жить, но и умереть не дал. И ей нужна была поддержка, которую не мог оказать никто.
Эту ниточку стоило проверить.
Жаль, что у нее не было домашнего компьютера. Это бы существенно упростило жизнь полицейским.
Грин взял трубку. Лив Люнне сообщила, что внизу дожидается Изольда Преттингс, явившаяся по приказу детектива. Аксель велел позвонить Джейн Абигейл, предупредить ее о визитере и отвезти Изольду вниз. Сказал, что подойдет через несколько минут. А после этого посмотрел на Марка.
– Карлин, ты в порядке? – спросил он.
Тот вздрогнул и покачал головой, отказываясь отвечать.
– Что-то в дневниках?
– И там тоже.
– Я могу помочь?
– Я бы… Тебе нужно идти. Свидетель ждет. Сейчас мы точно узнаем, Вонг это или не Вонг.
– Или не точно, – возразил Аксель. – Я запрошу фотографию Джима Преттингса у его бывшей жены. Ты меня беспокоишь.
Марк криво улыбнулся. Потом достал телефон, нашел переписку с женой и молча протянул ее Грину.
– Я хорошо разбираюсь в психологии серийных убийц, знаю, как функционирует их психика, проводил диагностические интервью с десятками, а может уже и сотнями преступников, Аксель. Но я до сих пор не понимаю психологию женщин. Что это? Послеродовая депрессия? Проявление истинной натуры?
– Это называется «вы чертовски рано женились, доктор Карлин», – сказал детектив, возвращая ему телефон. – Сколько вы встречались? Месяцев шесть? Зачем ты влез в это дерьмо?
Марк пожал плечами.
– Ну, я же уже влез. И теперь нахожусь в нем.
– Это значит, что ты уязвим. Как прошла поездка?
Карлин покачал головой, посмотрел в окно. Он молчал, видимо, ища способ уйти от допроса, но не находил его. Грин сверлил его взглядом, не торопясь разрывать тишину. Время шло. Секунды перетекали в минуты. Карлин сидел, погруженный в свои переживания. В его карих глазах отражалась накопленная за последние месяцы усталость, которая накладывалась на ужасное в своем выражении дело. Тема домашнего насилия никого не оставляла равнодушным и живо перекликалась с эмоциональным насилием, которому подвергалось большинство. Включая лучших представителей человеческой породы.
– Она мне нравится, – наконец признался Марк. – И после этого, – он кивнул на телефон, – я не вижу причин сопротивляться.
– Субординация уже не в чести?
– Стажер – не сотрудник и не подчиненный.
– Секс со студенткой?
– Она выпускница. И ей двадцать три.
– Если захочешь уйти в загул по Ночному кварталу, скажи.
Марк благодарно кивнул. Улыбнулся.
– Нас ждет свидетель, Аксель. Пошли.
16. Аксель
5 октября
Центральное управление полицией
Новый Треверберг
Аксель легко сбежал по лестнице. Изольда Преттингс сидела в просторном помещении перед моргом. Она держала в руках чашку с дымящимся чаем, а доктор Джейн Абигейл методично и негромко объясняла ей суть процедуры. Подписанные бумаги о неразглашении лежали здесь же. Грин невольно замер у входа, наблюдая за женщиной, которую когда-то без памяти любил. За эти несколько лет внешне Джейн почти не изменилась. Те же тонкие черты лица, вздернутый волос, голубые глаза и ярко-рыжие волосы, которые на работе она собирала либо в пучок, либо в короткую косу. Иногда она срезала длину до уровня каре, но чаще держала ее примерно до лопаток, чтобы можно было перевоплощаться из строгого врача в нежную женщину и обратно. Грин любил рыжеволосых девушек. Ему нравилось ощущение пламени, которое шло от них всегда, независимо от характера и темперамента. А Джейн была пламенем во всех отношениях.
А потом она сделала то, что он не смог простить. И он ушел. А она через четыре месяца вышла замуж за своего однокурсника, который давно на нее засматривался и ходил хвостом.
Эта мысль охладила.
– Доктор Абигейл. Миссис Преттингс.
– О, детектив, – тепло улыбнулась Джейн.
Грин на ее улыбку не ответил.
– Все готово? – сухо спросил он.
Мать Лоран испуганно посмотрела на него.
– Я не готова, детектив, – сказала она, поднося к губам платок. – Доктор Абигейл рассказала, что сделали с этим мужчиной. Как я смогу его узнать? Прошло столько времени. Он мог измениться.
– Миссис Преттингс, просто попробуйте, ладно? Если не получится, ничего страшного. Мы найдем другой способ установить личность. Но вдруг вы сможете помочь? Вдруг это действительно Вонг? Тогда ваша помощь будет неоценима.
Изольда собралась. Поднялась с места. В ее взгляде больше не было испуга. Нарочито твердой походкой она пошла вслед за помрачневшей Джейн. В морге было спокойно, чисто и тихо, как всегда. Аксель замыкал шествие. Просочившись в холодное помещение, он остановился у дверей, будто бы для того, чтобы никто оттуда не вышел. Или не зашел. Доктор Абигейл провела женщину к огромному стальному стеллажу, в котором располагались выдвижные полки с трупами. Нашла нужный ящик и потянула за ручку. Преттингс стояла, обхватив себя за плечи. Ее ощутимо трясло, но женщина держалась. Аксель невольно проникся к ней уважением.
Только вот знала ли она, что творили выбранные ею мужчины с ее единственной дочерью?
Абигейл откинула простыню. Изольда прижала пальцы к губам, сдерживая то ли крик, то ли дурноту. А потом на ее лице, которое Аксель очень хорошо видел под белым светом ламп, отразилось изумление. Да нет. Шок.
– Это точно не Вонг, – пробормотала она. – Снимите, пожалуйста, простыню до пояса.
Джейн повиновалась. А Изольда взглянула куда-то под правую грудь трупа, осмотрела зашитый Y-образный разрез после вскрытия с видом привыкшего ко всему человека и отшатнулась. Оглянулась на Грина.