Назвался эльфом - женись! (СИ)

– Виктор Сергеевич знает, где ты.
– В смысле?
– Я был у него после того, как ты пропала. Пообещал, что найду тебя и уберегу от опасностей. Мы даже можем передать ему послание или какой-нибудь небольшой предмет. Я начертил пентаграмму переноса у тебя дома и объяснил, как с ней обращаться.
– Это же замечательно! – обрадовалась Арина. – Напишу дедушке записку, он не будет так переживать!
– Так ты останешься тут на какое-то время?
– Конечно! Когда еще представится такая возможность погостить в другом мире?
– Тебе понравится, – оживился Мэл. – Поживешь пока у меня. Тут недалеко есть дома для работников центра и их семей. Я там снимаю жильё на последнем этаже.
Он замолчал, вспомнив, что люди боятся высоты, и, вполне возможно, Арине будет неудобно у него. Девушка заметила, что эльф замолчал, и решила, что квартирка у него не особенно хорошая. Может, и вовсе комната в общежитии. В любом случае, отказываться она не собиралась. Тем более, им все равно идти к Мэлу, чтобы послать письмо дедушке.
Жилищный комплекс превзошел все её ожидания. У эльфов была весьма необычная архитектура. Дома оказались многоэтажными и замкнутыми в фигуру, напоминающую овал. В центре овала располагался внутренний дворик, хотя размеры этого дворика вполне позволяли называть его дворищем. А все потому, что внутри был устроен небольшой сад (деревья в нем были поменьше того, что Арина видела напротив здания центра, но тоже весьма высокими), искусственный ручей, небольшой пруд, теплица и подземная пещера для выращивания грибов.
Кроме этого, стены дома, обращенные во внутренний двор, не были отвесными, а ступенями спускались вниз. Каждый этаж – новая широкая «ступень», на которой росла трава, цвели цветы на клумбах, стояли навесы, качели, горки и песочницы для детей. Ограждение тоже было «живым»: какое-то вьющееся растение опутывало специальные решетки, не давая упасть с края.
На крыше исполинского здания были оборудованы площадки для летающего транспорта, который, по мнению Арины, был похож на сосиски с приделанными к ним прозрачными крыльями. Но и это еще не все. Таких домов рядом с центром было четыре. Они сходились в одной точке. Мэл сказал, что жилищный комплекс называется «Четырехлистный клевер».
Арина подозревала, что сверху, с большой высоты, дома действительно могли напоминать лепестки клевера, но вблизи от монументальности строений захватывало дух. И, конечно, эльфы везде, где только можно, сажали растения: деревья, кусты, цветы, травы. Больше всего встречалось «лопухов». Мэл объяснил, что это особый сорт, выведенный с помощью магической селекции. Днем они накапливают свет, а ночью его отдают, освещая довольно большое пространство вокруг.
Квартира Мэла поразила Арину. Она готовилась к классической дыре холостяка или вовсе комнате в общежитии, но у эльфа было очень уютно. Необычная двухуровневая планировка, высокие потолки, просторные комнаты.
– Тут здорово! – с восторгом поделилась Арина своими впечатлениями.
– Я рад. А тебя не пугает высота? Просто обычно люди боятся…
– Это потому что у тебя большое окно как раз напротив лестницы на второй уровень, и, когда по ней спускаешься, такое ощущение, что падаешь, а поскольку твоя квартира высоко, то не всем комфортно.
– Это обычная планировка. Эльфы, как правило, любят высоту, и лестницы проектируют напротив окон. Идешь, словно по небу. Хорошо, что ты не боишься.
– Я уже стреляный заяц, на прозрачных лифтах много раз каталась, и здания были не в пример выше, – махнула рукой Арина.
– Правда? А ведь я не видел в твоем мире особенно высоких домов…
– Ну что ты хочешь? Окраина города, старые пятиэтажки.
– Понятно, – кивнул Мэл, понимая, что его знания о мире невесты поверхностные. – Арина, я тебе сейчас дам письменные принадлежности, напиши письмо дедушке. А я пока подготовлю малый портал.
Девушка кивнула и, получив самопишущее перо, занялась письмом. На самом деле, Мэлу надо было бы сначала рассказать о помолвке и о том, почему её перенес Тар-риас, и что это значит для народа эльфов, но он сознательно оттягивал этот момент. В мыслях Мэл пытался построить сложный разговор и волновался, потому что понимал, что реакция его невесты непредсказуема. Слишком мало пока он её знает.
 
Арина справилась с письмом быстрее, чем Мэл с порталом, и теперь с удовольствием наблюдала за его работой.
– Вообще, такие порталы запрещены, – говорил он, чертя мелом на полу сложную фигуру, – потому что считается, что они приводят к разрушению структуры мира, а потом к оттоку магии. Однако, это не совсем так. Порталы действительно могут привести к разрушению структуры, но это должны быть большие разрывы пространства, выполненные без учета магических и физических особенностей мира. А у нас будет аккуратный прокол, учитывающий структурные нюансы наших миров.
– И, тем не менее, такие порталы запрещены?
– Да. Информация о том, что они являются главной причиной оттока магии из мира, устарела и является ошибочной.
– Тогда почему не отменят запрет?
– Потому что … – Мэл потер лоб, подбирая слова, – причин много на самом деле. Во-первых, разрешение на межмировые порталы может привести к непредсказуемым результатам. Во-вторых, нужно будет привести доказательную базу. А она такова, что правительству придется признать угрозу, что давно нависла над нашим миром.
– А что за угроза? – прошептала Арина. – Это опасно?
– Нет. Точнее, опасность есть, но непрямая. Дело в том, что наш мир теряет магию. И это плохая новость для всех, в ком она содержится. Но все это происходит медленно, и пройдет как минимум около тысячи лет, прежде чем здесь не смогут полноценно жить магические растения, животные, ну и эльфы, конечно. Пока у нас снизилась рождаемость, но некритично, однако у некоторых животных уже сейчас появляется менее одаренное потомство и тоже заметны проблемы с рождаемостью.
– Но ваше правительство эту опасность все равно не признает? – нахмурившись, спросила Арина.
– Официально не признает, но это не значит, что они ничего не делают. Просто считается, что такое признание приведет к панике, правда лично я так не думаю.
– Почему?
– Потому что все давно уже заметили тревожные показатели оттока магии из мира. И Ависаль своим молчанием лишь добавляет проблем. Если бы он объявил об этом, убедил народ в том, что ищет решение, эльфам жилось бы спокойно.
– А кто такой Ависаль? Ваш правитель?
– Нет, это высший орган управления государством. Туда входят восемьдесят советников. Обычно это пожилые эльфы, заслуги которых значимы для всего нашего общества. Советник Эндион – один из тех, кто участвует в заседаниях Ависаля.
– А что вообще можно сделать, чтобы остановить это обезмагичевание?
– Ничего. По крайней мере, если есть такой способ, то мы о нем не знаем. Этот процесс можно только замедлить, но не остановить.
– Получается, что выхода нет? – тихо спросила Арина, удивляясь спокойствию Мэла.
– Почему нет? Есть! Мы переселимся в другой мир так же, как переселились в этот.
– Что? Переселились?
– Да, – буднично ответил Мэл, – примерно тридцать тысяч лет назад наши предки бежали сюда. Мир-прародитель тоже в какой-то момент начал терять магию. Древние пытались справиться с этой болезнью, однако ничего не получалось. Тогда они создали Врата – особый артефакт, который позволил перенести горстку выживших эльфов в этот мир. Это сейчас здесь полно жизни: есть множество животных, растений, как магических, так и нет. Тут живут люди, гномы, дриады, драконы и, конечно, эльфы, а раньше ничего этого не было. Семь материков, на которых простиралась безжизненная пустыня, слишком соленые моря, реки и океаны – вот что представлял из себя этот мир тридцать тысяч лет назад. Пресная вода была, но только в замороженном виде на полюсах. Однако древние маги смогли изменить сначала остров, на котором поселились, а потом и весь мир.
– С ума сойти! – воскликнула Алина, – такие подробности в голове не укладываются. Тридцать тысяч лет! Слушай, получается, что мир, в который вы переселитесь, через какое-то время тоже может начать терять магию?