Мефистон. Кровь Сангвиния

Следующие десять минут Властелин Смерти внимательно читал и бормотал что-то на языках, которые Антрос не узнавал. Они звучали как путаница разных наречий, словно одновременно говорили много людей. Антрос задумался, не стоит ли ему уйти, и уже хотел подняться по лестнице, но остановился у подножия.
— Мой господин… В Остенсорио…
— Ты больше не неофит, Антрос, — отрешенно сказал Мефистон, не переставая читать. — Со временем и не такое увидишь.
— Я понимаю. Но я говорю не о созданиях, преследовавших вас. Когда вы вернулись в либрариум, то прямо перед нападением сказали что- то в моем разуме. Нечто о поиске ответов. О чем вы говорили? Ответы на что? — Он запнулся, понимая, что такие вопросы могут стать очередным нарушением правил. — Вы имели в виду события на Термин?
Мефистон отвлекся от книги и пристально взглянул на Антроса. Черное пламя замерцало на ладонях, отбросив на лицо странные тени.
— Я говорил у тебя в голове? — тихо спросил он.
— Я так думал, — выдавил Антрос, чувствуя, что совершил ошибку.
Мефистон шагнул к нему, и тьма последовала за ним, клубясь словно дым, отчего Властелин Смерти показался выше и массивнее. Без лишних слов он протянул руку и прижал палец ко лбу Луция. Черное пламя пробежало по коже. Луцию хотелось отпрянуть, однако прикосновение не обожгло его — оно оказалось холодным, мертвенным. Это был пугающе многозначительный жест, похожий на обвинение.
Мефистон нахмурился, отвел руку и проследовал к столу. Он сел, посмотрел на медленно вращающиеся саркофаги и тихо заговорил словами, которые Антрос не понимал. В какой-то миг старший библиарий слегка кивнул, словно ему ответили.
— Увиденное тобой на Термин застало меня врасплох, — наконец нарушил молчание Мефистон, все еще не глядя на Антроса.
Как и всегда, в его голосе не было ни следа эмоций, но одних слов было достаточно, чтобы повергнуть Луция в замешательство. Мефистон казался ему непогрешимым. Нечеловечески мудрым. Всеведущим хозяином либрариума. Конечно же, он предвидел все, как могло быть иначе?
— Старший библиарий, — выдохнул Антрос. — Боюсь, мое поведение на Термин заставило вас сомневаться во мне. Когда я говорил о видениях, то был просто ошеломлен. Я видел вашу славную победу, вы были неостановимы.
— Неостановим? — Мефистон откинулся на спинку кресла. — Да, Антрос, как ты видел, меня было не остановить.
Эта беседа тревожила и вместе с тем вызывала у Луция восторг. Он сказал что-то не то? Или, напротив, впечатлил своего господина? Он никогда не слышал, чтобы Мефистон с таким доверием общался с другими лексиканиями, но это казалось скорее испытанием, чем честью. Словно сомнения, а не доверие, побуждали старшего библиария приблизить Антроса к себе. К чему мог привести такой разговор — к нежданному повышению или к внезапной гибели?
— У меня, как, уверен, и у тебя, остались вопросы после битвы у ямы. Вопросы, на которые еще нет ответов. Но возможно, их нам даст исповедник Зин в обличье Дивинуса Прим.
— Вы намерены вернуться?
— Да. И не один.
— Исповедник Зин пойдет на все, чтобы помешать вам.
— Он пойдет на все, чтобы найти Дивинус Прим, и его выбор проводников невелик. — Мефистон покосился на жертвенник Ангела. — Я связал с этим миром свою душу, и теперь переход между реальностями пройдет быстрее и надежнее. У меня хватает мастерства делать то, что другим кажется невозможным. Я пройду через Имматериум.
Он поднял руку, и над ладонью его возникла сфера из пыли. Антрос пригляделся, видя, как та превращается в планету, медленно танцующую в пустоте и накрытую слоями облаков, закручивающихся, словно змеи. В остальном планета казалась вполне обычной. Крошечный мир был столь точно воспроизведен по памяти Мефистона, что проступали даже очертания океанов и континентов.
— Зин обманывает нас или же сам введен в заблуждение. Кто-то скрыл от него Дивинус Прим, это уже понятно. Эта тайна возникла по умыслу, а не случайно. — Мефистон взмахнул рукой, рассеивая образ. — И это меня заинтриговало. Я уже говорил с советом ордена и подал прошение командующему Данте. Мне нужно… — Он сделал паузу, и Антрос заметил в глазах Властелина Смерти проблеск эмоций, а может, голода. — Я не в состоянии найти источник этих видений, не могу понять, кто взывает ко мне. Но я уверен в одном. На Дивинусе Прим есть нечто столь драгоценное, что заслуживает не просто почтения церковников…
 
Антрос уже набрал воздуха, намереваясь что- то сказать, когда Мефистон приказал ему уйти:
— Возвращайся в свою башню, лексиканий, и пусть твои эрудиты примутся за работу. Выясни, кто такие эти Дети Обета.
  
Глава 7
 
Либрариум Сагрестия, Аркс Ангеликум, Ваал
После возвращения Мефистона с Дивинуса Прим и последовавшего разрушения Остенсорио прошла неделя. Все это время лексиканий Антрос провел, стараясь выполнить пожелание старшего библиария. Он нашел десятки фолиантов, описывающих храмовые миры Кронийского сектора и правившие там имперские культы. Несмотря на все его изначальные сомнения в старшей слуге, схоласте Димитре Гор, она оказалась весьма полезной, поскольку была живой энциклопедией и каталогом всех хранящихся в Округлой башне книг, тогда как для самого Антроса его новые владения пока что оставались загадкой. Но, несмотря на все старания, они так и не смогли найти упоминаний о Детях Обета.
В то утро Луций встретил Гор, когда та шла по выложенным дамастом залам Округлой башни, что-то горячо обсуждая с несколькими рубрикаторами. Ее высокая худощавая фигура затмевала остальных писцов, следовавших за ней шумной гурьбой мимо плотных, расшитых узорами стенных штор. При виде Антроса слуги неловко поклонились и засеменили прочь, оставив его наедине с Димитрой. Выглядела она такой же пугающе истощенной, как и всегда: запавшие глаза с темными кругами, тонкая сухая кожа, напоминающая старый пергамент. Она неторопливо поклонилась ему в знак уважения.
— Лексиканий, — приветствовала Антроса Димитра, с виноватым видом передавая ему целую стопку книг. — Это последние из бревиариев, повествующих о Дивинусе Прим. Ни в одном из них нет упоминаний обета.
— И наше время истекло, — покачал головой Луций. — Старший библиарий намерен вернуться на Дивинус Прим, и я отправляюсь с ним.
— Мой господин, я слышала о произошедшем в Остенсорио. — Гор тревожно взглянула на него. — Понимаю, старший библиарий обладает невероятной силой, но вы уверены, что подобный способ перемещения действитель…
Суровый взор Антроса заставил ее умолкнуть на полуслове.
— Старший библиарий предвидит все! — отрезал он.
— Старший библиарий предвидит все, — повторила слуга, но тревога в ее чернильно-черных глазах никуда не делась.
— Ах да, — добавила она, — я заметила в этих книгах кое-что необычное, достойное упоминания. Может, пустяк, но в них присутствует код. Своего рода криптограмма, попадающаяся в каждом фолианте.
Димитра взяла одну из книг, открыла и провела пальцами по выцветшей бумаге:
— Некоторые из выделенных заглавных букв отмечены этим странным символом. Вот, видите? Некий стержень, а может, перевернутая «Т».
— Вижу, — кивнул Антрос.
— Но если вы выпишете отмеченные буквы и прочтете их в обратном порядке, то увидите, что они складываются в нечто вроде названия реликвии или оружия, которое не упомянуто больше нигде.
— И что же это за название?
— Окаменелый меч. — Димитра с надеждой посмотрела на него. — Вы о таком слышали?
Она разочарованно вздохнула, когда Антрос поджал губы, нахмурилась и передала ему книгу.
— Вот и я о том же. Упоминаний в других бревиариях нет. Этот мир скрыт под таким покровом секретности… Никогда с таким не сталкивалась. — Она кивком показала на ветхие писания. — Надеюсь, вы найдете то, что они скрывают.
— «Они» это кто?