(Не) могу быть твоей, Дракон

Он что, правда, может так сделать – насильно забрать меня из дома?
– Сама, – решаю подыграть дракону. Главное – получить относительную свободу хотя бы на время, чтобы всё обдумать. – Но дайте мне возможность побыть дома хотя бы до завтра, чтобы я могла собрать вещи.
– Нет, – безапелляционно отвечает дракон. – У меня не так много времени, чтобы потакать твоим капризам. К тому же, что ты собираешься брать отсюда?
Лорд Ардэн всё-таки выпрямляется и отпускает меня.
Стою, красная как рак, а дракон подцепляет пальцами какую-то рюшечку на моём платье и резко дёргает. Треск. А затем он подносит кусочек ткани к моим глазам.
– У тебя все наряды такие? Мы отправимся через центр Шардена и всё купим тебе по дороге. Ты должна прибыть в мой замок как леди.
Мелькает картинка. Замок. Уютная комната, потрескивающий огонь в камине, тёплые полы. Волшебная сказка.
Так почему внутри меня всё криком кричит против того, чтобы я пошла за этим драконом? Разве это хуже, чем жизнь у мачехи?
– Идём, Айви, – словно подслушав мои мысли, мягко убеждает Лорд Ардэн и предлагает свой локоть. – Не думаю, что здесь у тебя была лёгкая жизнь.
И я, поколебавшись, продеваю руку под его локоть. А что я могу сделать? Мои протесты бессмысленны. Не только для окружающих, но и в моих собственных глазах. Законы всех драконьих миров на его стороне.
А мои предчувствия – это просто галлюцинации в глазах остальных.
Никто не пытается нас остановить. Мачеха куда-то исчезла, наверное, переживает, что её выгнали из её собственной гостиной, а вот Паэлла не может пропустить такое событие. Вижу, как колышется тяжёлая штора окна.
Дворецкий открывает перед нами дверь, низко кланяясь, но я замечаю любопытный взгляд, брошенный в мою сторону. Ну да, для слуг подобное событие – это прямо праздник, всем кварталом будут обсуждать.
Мы проходим по дорожке, вымощенной цветной плиткой, к воротам. Там уже ждёт открытый экипаж. Неприятно! Вся улица увидит, как я уезжаю с посторонним мужчиной. Хотя… какое мне дело? Как бы ни сложилась моя жизнь, я отчётливо понимаю, что в дом, который все эти годы был для меня чужим, я не вернусь.
Колёса экипажа стучат по брусчатке. Квартал, где живут пустые (люди без дара), довольно далеко от центра. Я ездила туда всего несколько раз с отцом, когда он был ещё жив, очень давно. И сейчас я, в сущности, впервые так хорошо могу разглядеть город, на окраине которого прошли восемнадцать лет моей жизни.
Экипаж останавливается у двухэтажного дома, окружённого садом.
Лорд Ардэн выходит и подаёт мне руку. Не думая, вкладываю пальцы в его ладонь и только потом запоздало удивляюсь, как элегантно у меня получилось. Как будто всю жизнь только и ездила в экипажах.
– Сейчас мы зайдём к хорошей портнихе, – объясняет дракон. – Закажем несколько платьев. В этом невозможно ходить.
Кровь приливает к моим щекам из-за его прямоты. Но в следующий момент вообще всё становится неважным.
Детский крик заставляет меня замереть.
– Ма-а-ма! – по саду прямо на нас несётся темноволосый мальчишка лет четырёх или пяти, очень похожий на…
Вскинув на мгновение глаза, он огибает меня и спешит к незнакомой женщине. Но одного его взгляда мне достаточно, чтобы вспомнить всё.
 
Глава 3. Вспомнить будущее
 
 Айви 
Живот скручивает от невыносимой боли. Как будто кто-то намотал на кулак все мои внутренности и то тянет их из меня так, что натягиваются жилы во всём теле, то отпускает ровно настолько, чтобы я могла со всхлипом втянуть воздух.
Ноги подкашиваются, и, если бы не Рональд, подхвативший меня на руки, я бы не мило осела в обморок, как положено леди, а рухнула бревном.
«Арвен!» – едва не вырывается у меня, но горло сдавлено спазмом, и из него вылетает хрип.
Сын, мой похищенный сын.
А вот этот дракон, который несёт меня на руках, мой муж, но не сейчас, а в том будущем, где я потеряю… потеряю всех: и его, и сына, и саму себя. Я так виновата.
 «Ты плохая мать. Когда я найду сына, ты больше к нему не подойдёшь». 
  
Он, правда, так сказал? Да, помню это отчётливо. В тот момент я думала только о своей вине и о том, чтобы найти сына. И жестокость слов мужа настигает меня только сейчас. Потому что о сыне мне больше не надо думать, спасать больше некого.
Мой. Сын. Не. Родился.
И, если я не хочу его потерять, нельзя допустить, чтобы он родился.
Эта мысль вызывает внутри новый приступ боли такой силы, что я уплываю в темноту.
Прихожу в себя от ощущения тёплой волны, вливающейся в моё тело, расслабляющей, размывающей островки спазмов. Но память о физической боли ещё остаётся, и я боюсь пошевелиться.
– Как часто у тебя бывают такие приступы? – спрашивает Рон, наклонившись надо мной. Его ладонь лежит на моём солнечном сплетении.
Смотрю на хмурую морщинку между его бровями и начинаю понимать: моего бывшего-будущего мужа очень волнует вопрос: «А не досталась ли ему больная истинная?»
– Ты меня слышишь? Как часто…
«Первый и надеюсь, последний», – думаю я, но вслух говорю другое: – Очень часто, Ваша Светлость. Не думаю, что вам стоит связывать свою судьбу с настолько бесполезным и никчёмным существом.
Ну, разумеется, Рон не уловил сарказма. Не может же он помнить те слова, которых ещё не произнёс.
– Я покажу тебя лучшим целителям, – цедит он сквозь зубы. – А пока продержишься на моей магии.
Так вот откуда тёплая волна. Мне бы повернуться, чтобы сбросить его ладонь, но я всё ещё чувствую слабость во всём теле. А для того осуществления той задумки, которая начинает зарождаться в моей голове, силы понадобятся.
– Где я?
– В доме швеи, – мрачно отвечает Рон. – Но боюсь, сегодня не до нарядов.
 «Отвлеклась на шмотки, др-рянь!» 
– Госпожа Анита, – зовёт кого-то дракон, отвернувшись от меня.
Горько усмехаюсь. Пожалуй, бегать по портнихам за шмотками я в ближайшие пять лет не захочу. И Лина, моя Лина, тоже останется жива. При этом воспоминании я содрогаюсь.
Спокойно, Айви, всё теперь будет по-другому.
С чего вдруг разнылась? Ничего не случилось и не случится. На этот раз всё уже сейчас начинает отходить от того пути, по которому я когда-то прошла.
В том сегодня, которое случилось пять лет назад, я побежала за своим истинным, как послушная собачонка, очарованная его мужественной красотой, бархатным голосом, зелёными глазами, восхищённая перспективами блестящей жизни. Но тогда он не говорил мне, что обошёлся бы без брака и детей ещё лет пятьсот. Не говорил, потому что я ему не противоречила. О да! Я с восторгом смотрела в рот благородному дракону, не замечая пренебрежительного отношения к себе. Глупая влюблённая левретка. И покорная до тошноты.
Тогда я совершенно позабыла о своей мечте. Просто выбросила её на помойку. Хотела ведь поступить в Академию, но Рон сказал «нет», и та я послушалась. Согласилась на женское счастье в варианте, о котором с детства твердили в том болоте, где я выросла: муж, дети, благополучие.
Я точно хотела именно такую жизнь?
Арвен… Арвен – вот кто действительно был счастьем.
Сердце болезненно сжимается. Только не думать о потерянном ребёнке. Как-то принять, что он не у мерзкого мага в руках. А значит, всё к лучшему. Не вспоминать тёмные кудряшки, зелёные глаза, как у отца, голос, зовущий «Ма-а-ма». Как он… Стоп!
Он. Не. Родился.
И снова сжимается моё бедное сердце.
– Не переживайте, Ваша Светлость, я подберу фасоны и ткани такие, чтобы на подгонку ушло минимум магии, – звучит рядом негромкий голос, и я прикрываю глаза. – Я всё пришлю по тому адресу, который вы указали.
– Благодарю.
Слышу звон монет. Рон расплачивается с портнихой.
Ещё одно несовпадение. Прошлый раз я вышла отсюда разряженная, как доро – красивая, неспособная летать птица, у которой мозг не крупнее виноградины. А сейчас…