Гнилые плоды моей любви (СИ)

Собака выглядела не то чтобы прямо тощей, но ее вид определенно оставлял желать лучшего: шерсть заметно потускнела, глаза стали мутные, а ребра болезненно торчали с боков.
- Вы что, не водили ее гулять? - поинтересовалась я, с ужасом разглядывая пеленки, которые валялись на полу по углам. Поначалу я приняла их за грязные скомканные тряпки. - Отвечайте мне!
Младшие дети начали наперебой что-то тараторить, но я не сводила глаз с Власа. Он был старшим и уже вполне мог позаботиться не только о себе и братьях, но и о собаке.
- Мы заказали ей пеленки, теперь она ходит на них, - ответил он. - Какая ей разница, где ссать? Это ж просто собака.
- Понятно, - сказала я. У меня не было ни малейшего желания воспитывать шестнадцатилетнего подростка. На это у него есть отец.
«Кстати, где он?» - мелькнуло в голове, но Влас сбил меня с мысли:
- Бросила своих детей и мужа, потом притащилась домой, и при этом больше всего тебя сейчас волнует какая-то псина? Хороша мамаша. Просто мать года. Вау! Знаешь, до чего ты довела папу? Он чуть с ума не сошел. Мы вызывали ему скорую!
Откуда-то издалека послышался знакомый голос:
- Тихо, Влас. Не повышай на маму голос. - Сергей вышел из спальни и вскоре показался в коридоре. - Где ты была, Нина?
Бывший муж двинулся в мою сторону, шаркая тапками по полу. Его лицо осунулось, глаза впали, он весь зарос щетиной, а его волосы были сальные и грязные. Я никогда не видела его таким.
- Вы тут хотя бы ели? - спросила я, полностью проигнорировав вопрос Сергея.
- Мы ели, мам, - сказал маленький Валя, - курьеры каждый день нам привозили еду. Было здорово! Папа заказывал пиццу, картошку с соусом, мороженое и куриные ножки!
- Ну вот и славно. Главное, чтобы вам нравилось. А Принцессу кормили?
- Ага, мы ей сначала насыпали корм в миску, а потом она сама стала есть еду прямо из мешка, - развеселился Валя. - Ела, сколько хотела. А потом ее еда закончилась, и мы стали давать ей нашу. Даже мороженое!
Сергей встал рядом с Власом. Теперь они оба сканировали меня взглядом.
- Ты что, был не в состоянии позаботиться о собаке?? - обратилась я к главе семейства. - И во что ты превратил квартиру? Тебе почти сорок!
- Заткнись! – вдруг заорал на меня Влас. Его глаза сверкали злобой. - Ты должна была убирать, готовить и ухаживать за всеми нами! Папа ничего не должен. Этотынас бросила и теперь обвиняешь во всемего??
Сергей положил руку на его плечо.
- Влас, тихо. Главное, что мама вернулась. Скоро все придет в норму, вот увидишь.
- Ты пустишь ее обратно?? Эту предательницу?
- Да! - хором закричали младшие.
Потом Валя стал дергать Сергея за руку:
- Пап, ты же пустишь маму домой? Она будет снова убирать, стирать, готовить еду, слушаться тебя. Только пусти ее.
- Видишь? Дети в стрессе, Нина. Устроив эту демонстрацию, ты в первую очередь не подумала о них. Твой побег из дома уже отпечатался в их памяти, и еще не известно, каковы будут последствия.
- Пап, да не объясняй ты ей ничего, - поморщился Влас. - Почему она до сих пор стоит в коридоре? Если мы решили, что пустим ее обратно, то она должна доказать, что пришла не зря. Пусть уберет здесь все. Хотя бы для начала. А потом посмотрим.
Я взирала на все это одновременно с ужасом и недоверием. Неужели меньше месяца назад я жила в этом аду и терпела унижения? И ради чего? Дети без меня не пропадут. У них шикарная квартира, возможность не только заказать продукты, но и нанять специально-обученный персонал, который приведет жилище в порядок, приготовит поесть, постирает одежду и даже поможет с уроками. А вот останься я здесь, дети бы точно пропали. Кто вырастет из мальчиков, если отец потворствует издевательствам над их родной матерью? Садисты, бытовые инвалиды и психопаты, по которым плачет то ли тюрьма, то ли психбольница. Уйдя от мужа, я тем самым спасла своих детей.
А еще в тот момент, стоя в загаженной прихожей среди людей, которые продолжали видеть во мне лишь обслугу, я четко понимала, что мое решение уйти было самым удачным за всю мою жизнь.
   
Жертвы
 
- Что скажешь, Нина? Влас прав. Не хочешь слушать меня, так хотя бы послушай сына. - Муж нервно покусывал щеки с внутренней стороны. В последний раз он делал так лет двенадцать назад, когда его компания не совсем гладко прошла какую-то проверку, и ей грозили огромные штрафы. - Мы все тебя ждем. Заходи в дом. Можешь ничего не убирать. - Влас хотел было возразить, но Сергей шикнул на него, заставив замолчать. - Уборка подождет. Ее можно сделать и завтра.
Я низко поклонилась бывшему мужу:
- Спасибо, что позволил повременить с уборкой. А то я уж не знала, за что хвататься в первую очередь: за швабру или пылесос.
- Твой сарказм здесь неуместен. Все, что ты сейчас видишь перед собой - результат толькотвоихнеобдуманных решений. Твоих, а не наших, Нин. Мы с детьми -жертвы. Своим побегом ты чуть не разрушила семью.
Я не собиралась комментировать этот бред и просто хмыкнула, одарив муженька соответствующим взглядом.
Принцесса тихонько заскулила, лежа на грязном полу перед моими ногами. Я присела на корточки и принялась обнимать и целовать ее. Чувства брезгливости не возникало совсем, эта собака была мне как родная. Единственное существо в этой квартире, которое ни в чем меня не обвиняло, а просто от всего сердца радовалось тому, что я снова здесь, снова рядом. И я точно так же радовалась ей в ответ.
- Прости, девочка, что оставила тебя тут, - начала приговаривать я, - прости меня. Знаю, я очень плохо поступила и ужасно перед тобой виновата, но обещаю, что исправлюсь. Мы будем с тобой гулять, ходить на специальную площадку, будем вместе засыпать и просыпаться. Я никогда больше тебя не оставлю.
- Мам, ты совсем сбрендила? - раздался над моей головой голос Глеба. - Тебе сейчас будет не до собаки. Посмотри, какой беспорядок кругом. И в холодильнике нет нормальной еды! Мы с папой уже не можем есть бургеры и пиццу, нам это надоело. А еда из ресторанов какая-то невкусная. Мы хотим завтракать кашей, на обед есть суп, а на ужин - салат, пюре и котлеты. В ресторанах это все не так готовят. Пап, Влас, ну скажите ей.
- А мне нравится есть бургеры, - пискнул Валя. - Суп мне надоел, а бургеры и мороженое никогда не надоедают!
- Вы тут сами прекрасно разберетесь, - проговорила я, поднимаясь на ноги. - Папа наймет домработницу или сразу несколько. И они будут варить вам суп и кашу, заказывать бургеры и мороженое, а еще стирать, убирать и все такое прочее. А мы с Принцессой уходим.
Младшие дети начали реветь, Влас резко развернулся и направился в свою комнату, после чего громко хлопнул дверью, а Сергей недобро прищурился. Только собака радостно повиливала хвостом и в нетерпении тыкалась носом в свой ошейник, который валялся возле придверного коврика.
- Это такая шутка, Нин?
- Нет, это такой очевидный факт. Я ухожу и подаю на развод, а дети остаются с тобой. Все как ты хотел.
- Решила напугать меня или что? Мы оба прекрасно знаем, что ты не оставишь детей. Пытаешься разыграть здесь спектакль? Хорошо, я сделаю вид, что очень испуган. А теперь, будь добра, заходи в квартиру. Нам есть о чем поговорить.
- Нам не о чем разговаривать. Я уже сказала, что будет дальше. Мы с собакой уходим, вы с детьми остаетесь.
- Это кто, интересно, так решил?
Мои губы растянулись в довольной улыбке:
- Этоятак решила. Удивительно, правда?
- Решила? Решила, Нина?? Бросить детей - это, по-твоему, можно назвать решением?
Я присела на корточки перед плачущими детьми:
- Глеб, Валя, послушайте меня внимательно. Я вас не бросаю и никогда не брошу. В любой момент вы сможете мне позвонить или приехать в гости, а, если захотите, оставайтесь у меня насовсем.
- Нет, Нина, - покачал головой Сергей, - если ты сейчас уйдешь, детей больше не увидишь. Клянусь.
Мальчишки стали реветь еще громче. Из комнаты выглянул обеспокоенный Влас.