На рубеже (СИ)

— Может, всё-таки воды? — поинтересовалась Стеф, протягивая Николь стакан.
— Да что уж воды? Неси шампанское. Всё-таки я уже совершеннолетняя.
Рената с сомнением поглядела на дочь. Стеф так и осталась стоять, держа в руке стакан с водой.
— Да сядьте вы уже, — Николь выглядела слегка расстроенной. — Я в порядке. Нет, я, конечно, шокирована. Ничего себе семейка собралась: мама вампир, папа оборотень, а дочь вообще неизвестно что. Постойте, — вдруг воскликнула она, — мне же восемнадцать лет, а вы говорили про девятнадцатилетие. Почему так?
— А вот так, — возмущённо произнесла Рената и поднялась с дивана. — Старейшины сами устанавливают правила и с нашей семьёй решили поступить по-своему.
— Но справедливости ради хочу заметить, — заговорила Стеф, — что раньше они так не поступали.
— А почему сейчас всё изменилось? Что такого произошло, что они изменили правила? — Николь ждала ответа. — Мама, чего я ещё не знаю? Давай уже, выкладывай.
— В свои девятнадцать лет я была далеко отсюда, в Голландии, — начала рассказ Рената. — Там я училась в университете, там же познакомилась с твоим папой. Вскоре мы поженились, и через некоторое время я поняла, что беременна. Когда я сказала об этом своим родителям, они были в ужасе и бросились в бега, так боялись гнева старейшин. Мы с Тони остались одни. Его сородичи тоже затаились. Никто не знал, чем всё закончится.
— Я уже тогда была не с твоей мамой, — вступила в разговор Стеф. — Меня определили наставником в другую семью, полагая, что Рената готова к самостоятельной жизни. Так у нас всегда было принято: помогать во время обращения, а потом, по решению старейшин, идти к другому воспитаннику.
— Когда нас нашли, — продолжила Рената, — я уже была на последнем сроке и старейшины долго решали, что с нами делать. Ведь такого никогда не было, чтобы создавалась пара из полувампира и оборотня. Но тут неожиданно подключилась Тонина сторона. И нам дали шанс.
— Так ты не чистокровная? — удивилась Николь.
— Нет. Моя мама была обращена уже после моего рождения. Но такое в истории нашего клана случалось и раньше, и старейшины с этим смирились. Даже считалось, что такие, как я, приведут к обновлению линии нашего рода. Они сходились с вампирами или с людьми, но с оборотнями — никогда. Это было табу.
— И что было дальше? — нетерпеливо спросила Николь. — Вас не стали разлучать?
— Не стали, — Рената грустно улыбнулась и снова присела рядом с ней. — Нам разрешили жить вместе на определённых условиях, под присмотром. Что-то вроде эксперимента. Они это любят. А когда родилась ты, нас стали периодически навещать, чтобы посмотреть, как идёт твое развитие.
Николь вспомнила, что у них действительно очень часто кто-то гостил.
— Подожди, так мои бабушка и дедушка не погибли, как ты мне рассказывала?
— Нет, не погибли. Где-то бродят по белому свету. От них давно не было никаких вестей.
— А папины?
— Те живут в Италии, но по договору им запрещено с нами общаться до твоего определения в 21 год.
— Что за бред! — воскликнула возмущённо Николь.
— Таковы были условия старейшин, и мы их приняли. Вот поэтому у меня нет медальона.
Все замолчали. Николь пыталась осмыслить информацию, которая так внезапно свалилась на её голову.
— И кто у нас в клане на «эн»? — наконец спросила она.
— Сыновья есть у Ньютонов, Невелов и Нордаленов, — произнесла Стеф. — Я слышала, что сын Ньютонов, Джек, где-то в дебрях Амазонки. Пытается разобраться в происхождении нашего вида. Совсем помешался на своих изысканиях. Говорят, он и слышать не хочет о возвращении к цивилизации.
— Значит, остаются Нордалены и Невелы, — Рената задумчиво потирала подбородок. — У первых — Роберт, у вторых — Гарольд.
— Что за дурацкое имя — Гарольд, — произнесла Николь, скорчив рожицу.
— Имя как имя, — пожала плечами Рената.
— Меня другое волнует, — задумчиво произнесла Стефани. — Эти ребята из благородных семей, хоть и не обращенные. Их матери были обыкновенными женщинами, а отцы — чистокровные, и к тому же — члены совета. Старейшины всегда предпочитали сохранять чистоту линии, а тут такой поворот. Они же не знали заранее, кого выберет Николь.
 
— А может, это опять эксперимент, — произнесла Николь. — Что получится из связи полувампира-полуоборотня с полукровками. Вы же говорите, что они любят эксперименты.
— Да, но это их собственные отпрыски. Очень странный эксперимент, — произнесла в задумчивости Стеф.
Все замолчали.
— А у тебя ведь тоже был ритуал? — нарушила молчание Николь, обращаясь к Стеф. — Тебе предлагали выбор, но ты отказалась. То есть можно отказаться? — радостно воскликнула Николь.
— Можно, — ответила Стеф. — Только на определённых условиях. Так легко тебя старейшины не отпустят. Давай попозже об этом поговорим. Пойдёмте уже к гостям. Тони, наверное, там забегался.
— Да. Надо идти к гостям, — Рената поднялась с дивана, — а то мы про них совсем позабыли, как-то некрасиво. Да и с Ниной мы так и не поговорили.
— Забудешь тут, когда такое творится, — произнесла ей вслед Стеф. — Ты, кстати, как? — обратилась она к Николь, когда они вышли из дома.
— Ничего, жить буду.
— Тебе нужно не просто жить, а веселиться и принимать гостей. У тебя сегодня праздник. И мы должны показать всем, что у нас всё хорошо.
— Я понимаю, — произнесла Николь с грустью. — Просто у меня в последнее время в голове полный кавардак. Мне нужно подумать. Ты иди, а я немного побуду одна. Переведу дух.
Стеф понимающе покачала головой.
— Смотри только не долго. Рената будет беспокоиться.
Когда наставница ушла, Николь присела на садовые качели и начала медленно раскачиваться. Ей вспомнилась детская песенка, и она начала тихонько напевать. Как ни странно, это немного успокоило. «Я подумаю об этом завтра, — решила она.
— А сегодня у меня праздник, и я никому не дам его испортить». Она поднялась с качелей, выпрямила спину и, расправив плечи, грациозной походкой направилась к танцующей молодёжи.
Отыскав взглядом Богдана, она направилась к нему.
— Ты куда пропала? — улыбаясь, спросил он.
— Принимала поздравления. А ты что, в таком цветнике заскучал? — Николь обвела взглядом присутствующих.
— Нет, мне было не скучно. Составишь мне пару?
— Давай попозже, я хочу что-нибудь выпить.
В этот момент её подхватил одноклассник Майкл и, громко крича «Николь, с днём рождения!», принялся кружить по танцполу. От неожиданности она оторопела, но тут все начали громко выкрикивать поздравления, и она с хохотом влилась в этот хоровод.
Богдан отошёл в сторону и с улыбкой наблюдал за происходящим. Ему здесь нравилось, и настроение у него было отличное. Заметив Стефани, он задержал на ней взгляд. А она как будто его не замечала, на ком-то сосредоточившись.
Проследив за её взглядом, он с удивлением отметил, что это Николь. Стеф неотрывно смотрела на неё, словно была готова в любой момент броситься на помощь.
Решив немного успокоить Стеф, Богдан пробрался к Николь и перехватил её из рук Майкла.
Весь вечер они протанцевали вместе. Он был её кавалером. Им нравилось общение и казалось, что знакомы они не несколько часов, а много-много лет.
«А может, это она?» — мелькнула у Богдана мысль. Он пытался представить, что Николь стала его спутницей. Но почему-то мысли возвращались к темноволосой девушке, которая никак не желала подпустить его к себе ближе.
  
Глава 23
 
Праздник был в разгаре. Рената крутилась как белка в колесе, стараясь успеть везде и всюду. Хорошо, что её сущность позволяла делать всё быстро и не уставать. Она была то на лужайке, где танцевала молодежь, то под навесами, где были расставлены столы с закусками. И тут же успевала уделить внимание другим гостям, которых было немного: несколько близких друзей с семьями да Нина с Марком. Тони как мог ей помогал.
 
Наконец, удостоверившись, что всё идеально, Рената присела рядом с Ниной. Они вспомнили студенческие дни, а затем поделились друг с другом, как протекает их жизнь сейчас.