Двойная тайна для босса (СИ)

Зачем Вересову держать меня в редакции, если он не знает о детях?
Думаю, что следует пока притормозить с заявлением и заняться работой над статьёй. Вадим ведь тоже пообещал мне помочь с работой. Может, у него что-то получится? А нет, так попробую сменить род деятельности, хотя последнее делать мне совсем не хочется. Я живу своей работой.
- А мы и книжку можем написать, - звонко хохочет Таня. – Если захотите. Про такого красавца грех не написать историю.
Я оборачиваюсь в сторону коллеги и кривлю губы. Уж слишком откровенно она флиртует с каждым симпатичным мужиком, позволяющим делать это. А ведь могла просто уже повысить свою самооценку и найти нормального.
«Рядом с тобой круги нормальный нарезает, а ты от него бегаешь», - упрекает меня совесть голосом мамы.
Нарезает.
И что дальше?
Что я теперь должна делать?
Сразу бросаться ему в объятия и ставить штамп в паспорте?
- Лер, ты слушаешь, что рядом с тобой происходит? – зовёт Таня, и я вздрагиваю, поглядывая на неё.
- А что происходит?
Кроме твоего нелепого флирта…
Ребята сказали, что им нужно бумаги у босса подписать, можешь сходить?
Таня хлопает глазками.
Я встаю из-за стола, беру бумаги, которые мне суёт один из парней и выхожу, а потом понимаю, что из-за своих размышлений повела себя, как девочка на побегушках.
Вообще-то, они наёмные рабочие, должны сами таскаться с бумагами.
Я-то тут причём?
И Танька ещё… удружила.
Не хотелось бы мне снова заходить к Вересову.
Вот только бумаги уже взяла, и как-то некрасиво назад возвращаться.
Ругаюсь себе под нос, приближаясь к кабинету бывшего, но постучать не успеваю. Я едва отшатываюсь от двери, когда она распахивается. Вересов хватает меня за локти и тянет на себя.
- Прости. Я не ушиб тебя? – спрашивает мужчина, окидывая меня взволнованным взглядом.
- Н-нет.
Он отпускает, и я делаю шаг назад.
- Что ты хотела?
- Бумаги подписать. Установщики камер попросили.
- Идиоты, - ругается Вересов. – Лер, ты ведь на колёсах сегодня?.. Можешь подвезти меня в одно место?
Глаза широко распахиваются, и я часто хлопаю ими в попытке понять, что это за изощрённый способ сблизиться.
- Я на работе же… - только и могу выдавить я.
- Да плевать сейчас на работу. Понимаешь, я попросил отогнать мою машину в сервис до вечера, а тут случилось кое-что. Дашка попала в реанимацию. Невеста моя. Мне нужно туда попасть, и нет времени ждать такси. Сейчас час пик, пока назначат машину, времени уже уйма пройдёт. Подвезёшь? А потом можешь поехать домой, я засчитаю тебе сегодняшнюю смену, как полный день.
Сложно понять, какие именно эмоции разрывают меня в данную секунду.
Бывший попросил меня отвезти его в реанимацию к его нынешней невесте.
И тут по сознанию бьёт оглушающая мысль.
В реанимацию.
- Конечно, подвезу. А что с бумагами-то?
Смотрю на них, а потом на Дмитрия и снова пытаюсь понять, на что я сейчас подписалась, и главное - зачем?
Не так уж долго ему ждать такси, если уж на то пошло.
Ещё бы смерти мне на совести не хватало.
- Да к дьяволу бумаги. Выбрось их. Нужно будет, ещё напечатают.
Киваю и оборачиваюсь в сторону своего кабинета.
- Я только сумочку с ключами возьму.
- Давай.
Захожу в кабинет, бросаю бумаги на столик, ничего не отвечаю на вопросы работников и Таньки, а просто хватаю сумочку и спешу на парковку.
Чувствую, я пожалею, что согласилась на эту авантюру.
Говорила мне всегда мама, что доброе сердце меня погубит.
Выскочив на улицу, оглядываюсь. Вересов стоит около моей машины и разговаривает с кем-то по телефону. Он ругается, а когда видит меня, скидывает звонок и хмыкает.
Решаю, что не стану говорить с ним о его невесте. Меня это касаться не должно. Попала она в реанимацию. Ну и что? Сколько людей там оказывается ежедневно? Это не моя забота. Отвезу его, а потом поеду домой, к деткам. Внеплановый выходной – это даже хорошо. Смогу провести время с детьми и сводить их в парк. Давно обещала, между прочим. Пусть с деньгами сейчас туго, но хоть как-то развеятся.
 
Вспоминаю о том, что отец этих детей сейчас стоит рядом со мной и даже ничего не подозревает, и по коже пробегает табун мурашек. Прикусываю губу, снимаю машину с сигнализации и киваю бывшему, чтобы садился.
- Праворульная? – удивляется Вересов.
И что тут удивительного?
Неужели никогда таких машин не видел?
Хочется съязвить, но я молча пожимаю плечами и завожу свою ласточку. Вроде бы меньше суток её не было рядом, а я успела соскучиться. Мотор отзывается греющим душу урчанием, и на губах расцветает улыбка, но быстро сползает, стоит подумать о предстоящей поездочке.
- Адрес скажешь?
Вересов вздрагивает.
- Да, давай вобью его тебе в навигаторе.
Протягиваю ему телефон, и пальцы наших рук соприкасаются.
Неловко, но пережить можно.
Сколько раз я соприкасалась с коллегами мужского пола? И ничего, жива до сих пор. Не растаяла. Вересов ничем не отличается от них. Такой же носитель причиндала, думающий только о нём родимом. Вспоминаю его слова о том, что он давно спит с другой женщиной, сказанные так легко в день нашего расставания.
Противно.
- Вот, - Вересов возвращает мобильный и смотрит на меня несколько секунд, а я ставлю телефон на магнитный держатель и медленно выруливаю с парковки.
Волнуюсь ли я?
Удивительно, но нет.
Всё-таки отболело.
Нет у меня этих бабочек в животе, как их описывают в книгах.
Ничего нет.
Я на мгновение вспоминаю поцелуи Вадима и думаю, не разучилась ли я любить?
Могла ли рана прошлого навсегда отбить желание влюбляться и доверять мужчинам? Такое допустимо. А может, я просто не встретила того самого?
- У тебя кондиционера нет? – спрашивает Вересов, когда я открываю окна из-за духоты.
- Есть, но он сломался, а на ремонт у меня…
Замолкаю.
И чего это я разоткровенничалась с ним?
Я не планировала жаловаться на жизнь.
Да. Денег на ремонт кондиционера выкроить мне неоткуда, но ему совсем необязательно знать, как напряжённо у меня обстоят дела.
- Нет времени у меня. Работы много.
Говорю с Вересовым сухо, как говорила бы с любым едва знакомым мне человеком. Вот только в ту же секунду понимаю, что с Вадимом веду себя точно так же. Нормально ли это? Я должна быть мягче и теплее с мужчиной, который хочет видеть меня в качестве своей жены.
«А ты разбрасываешься нормальными мужиками», - звучат слова мамы, и я резко торможу из-за выскочившего на пешеходный человека.
Ну нельзя вот так выскакивать на дорогу!
Вересов молчит, хоть я и была уверена в том, что обязательно прокомментирует мою оплошность: задумалась и чуть не сбила человека. И пусть он появился из ниоткуда – всё равно ведь виновен будет водитель.
Переключаю всё внимание на дорогу и наслаждаюсь ею, полностью игнорируя присутствие бывшего рядом.
Вересова стоит благодарить, что не загружает меня разговорами. Я больше всего боялась, что он попытается воспользоваться ситуацией, но ему, вероятно, не до того. Видно же, как он опечален состоянием своей невесты. Пусть в ресторане мне казалось, что ему плевать на девушку.
Подъезжаю к больнице и останавливаю машину рядом с воротами. Вересов сидит, словно ему толчок нужен.
- Дальше я не проеду, - мягко намекаю, что ему пора на выход.
- Да. Понимаю, - кивает мужчина, но не спешит выходить.
И что мне делать с ним?
- Ты спешил к невесте. Разве нет?
Дмитрий поднимает голову и какое-то время смотрит мне в глаза.
- Лер, можешь со мной сходить?
Глаза буквально ползут на лоб от удивления.
Зачем мне идти вместе с ним?
Он уже совсем с дуба рухнул?
Однако бледные покровы кожи и лёгкая испарина пота на лбу мужчины говорят о том, что он в ужасе, не знает, что ему делать.