Призраки прошлого (СИ)
- Когда свадьба? – интересуется мама.
- Должны в июне сыграть свадьбу, мы только подали заявление в ЗАГС! – бормочет Маша.
- А если не доживем? – практически одновременно бросают эти женщины, с хитрой улыбкой.
- Вы уж постарайтесь, - смеюсь я.
Ванька неожиданно спрыгивает с колен и бежит к каким-то лопухам, торчащим из огромного горшка.
Маша подхватывается следом. Что там углядел наш мальчик? Неважно! Лишь бы не поранился.
- Вань, не трогай, - вскрикивает жена, вытаскивая из рук сына грязный совок.
- Оля, дай Ване новый, - приказывает мать прислуге, и как только Ваня устремляется к маминым пальмам копать землю, мать хлопает ладошкой по стулу рядом. Приходится пересесть. Бабушка ушли с Машенькой в комнату.
- Удивительно, мам, - говорю, когда мамина кисть накрывает мою ладонь, - ты же за свои растения безбожно нас гоняла с Лешкой.
- Жизнь проходит, Саша, - говорит мама, постукивая меня по руке, - кому нужны эти пальмы и фикусы. Так, для души и хобби. Но я любила возиться с растениями, а Евгешка потакал. Пусть играет Ванечка.. Они мне нравятся, береги их. Пусть и от твоего отца, но все равно, ребенок же. Живой.
Стараюсь не поперхнуться от неожиданности.
Нихрена себе! А где же кровожадные идеи, цели, а? Маман? Что же так повлияло?
- Ты на свободе, сынок, и это главное. Хорошо, что тебя выпустили. Я звонила Полине Семеновне, она все никак понять не может, ко подложил пистолет в зимний сад.
- Вы и это обсудили? С Семеновной? – мне хочется заорать. Но пытаюсь совладать с собственной злостью. Ну какого, Семеновна?
- Ну, конечно, а с кем мне еще обсуждать, - тяжело охает она, - ну, Семеновна точно не при делах, она еще на твоего отца работала, да и двоюродная сестра деда твоего. Долго живет.
- Что? Сестра двоюродная деда? – везде одни родственники. и тут я просто охреневаю. Ладно, подожди, тихонечко себе напоминаю, чтоб не спугнуть. Пусть сама все расскажет. Не спугни. Не перебивай, а то свернет важный разговор и снова начнет молоть глупости.
- Да. Дед хотел, чтоб рядом была, - я слушал находясь, где-то не здесь. В прострации. Первый в моих списках Вовка Гусев. Ты ему не доверяй сыночек.
- К-какой Вовка? – спрашиваю с придыханием. И сам себе готов настучать по репе. Все так просто, твою мать!
- Как кто? Твой телохранитель. Это была идея твоего отца! Когда ребенок родился, конечно, его не могли принять, а так, хоть кто-то. Хотел, чтобы тебя охранял родной человек. Зов крови и все такое. Только я всегда говорила..
- Подожди, мама, - охаю, как старый дед, - почему я только сейчас узнаю..
- Как я уже сказала, считали, что родная кровь все скажет. Помогал, чем мог. Никогда не выпускал из поля зрения. И даже радовался, когда вы с Вовкой подружиться.
А вот и мотив! Тру лоб и затылок, пытаясь осознать незамысловатую картину. Демины славно покуролесили по молодости. Вот только признали не всех. Сколько же еще вокруг меня обиженок ошивается? Всех проверить что ли?
- Спасибо, мам, - говорю, целуя морщинистую щеку, - я бы без тебя никогда бы не осилил этот пазл.
Задаю сам себе риторический вопрос: «А почему я узнаю только сейчас?» Все оказывается, было так просто. И самое главное, ответ был под рукой и очень близко. Спрашивать этого у матери, естественно нет смысла. Они там с отцом намутили всего, завязали узлы, а теперь на те вам, расхлебывайте! Да и не расскажет, она ничего. Знаю. Уже поняли и проходили.
И дорогой в поместье, звоню Стасу.
- Поболтать бы, - роняю, не здороваясь.
- Вечером заеду, обниму, - говорит старый знакомый и сбрасывает звонок.
А я, приятнув к себе Машу, пытаюсь вычислить, кто именно подложил в мой дом и сколько и Гусева пособников.
Глава 29. Двоякий друг
- Какие известия? – сходу спрашиваю старого знакомого.
- Сейчас расскажу, - кинул Стас, направляясь за мной в кабинет.
- Поужинать хочешь?
- Да, с утра ничего не ел, - спокойно рассаживается в кресле напротив он.
Семеновна начала накрывать на стол в кабинете. Как рад, что она на моей стороне, а то вообще был бы кирдык. Теперь я еще и знаю, что это двоюродная сестра деда, точно понимаю, почему я ее любил с детства.
- Ситуация такая. Вообще все очень сложно и странно. Никогда такого бреда не было в моей практике. Так вот, как я уже говорил: тебя выпустили из-за недостатка доказательств. Непонятно, кто написал заявление, кто подбросил нож.
Я слушаю это и понимаю, что это такой трындец. Я три месяца просидел в этой вонючей конуре, только ради того, что ситуация оказалась странной? Три месяца коту под хвост! С каждым словом я становился все злее и злее.
- Зато, мы отыскали твоего Гусева и узнали, с какими подельниками он совершал убийство твоего братца, - говорил он радостно, но с натяжкой, понимая, что я готов был перевернуть тут все к чертям, - по твоей наводке, мы сгоняли на зимнюю базу. Связались с бывшим владельцем. Михаил Сергеевич, узнавший твою ситуацию, сразу же согласился помочь следствию. Так, вот, - продолжает, тяжко вздыхая, - засранец этот действовал со своими друзьями с базы. И как только согласились идиоты? Он походу, наобещал им золотых гор, а в итоге пожрал говна, – ругаясь, причитал он, - там же, Леха ездил не один? С друзьями. Он договорился, что фуникулер нихрена сам не ломался, если ты понимаешь, о чем я. Погубили дружков. С Гусевым было сложнее. Нашли старые архивы с видеокамер, на которых ясно видно, что в фургон, который выезжал из-за угла, тупо врезались на тачке. Именно с той стороны, где сидел Леха.
Я сидел все опуская и опуская голову вниз. Я будто повесил камень себе на шею и хожу с ним. Сейчас бы не это, а полежать с женой в постельке и прижать к себе. Забыть о всех проблемах, жить долго и счастливо! И жили они, да добра наживали..
Но нужно сосредоточиться на деле. Уже надо найти всех тварей. Надоели гадить.
- Твою ж, за ногу. Как же все просто на самом деле. Все гусево-малиновская душонка гнилая виновата. Совершенно ничего не замечая, я строил бизнес и доверял убийце. А он все знал! И главное, как запарился, чтобы его не раскрыли, даже свое имя сменил с фамилией! Гусев был полностью знаком с ситуацией! Теперь-то я все понимаю, почему вся семейка стала разом помирать! Только я не понимаю, к чему все эти сложности.
- Ну, как? Наш двоякий друг видимо решил, что так проще. Он остался с ребенком, которого сдал в детдом. Идиот! – закатил он глаза, - надо содержать, сестре ничего не досталось, потому что умерла. А как же так? Есть наследник, а ему ничего.
Я задумался над его словами. Его слова имеют смысл, по крайней мере они самые логичные. Только, не на того напал малиново-гусевская бошка! Слишком сложно убить всех. И на балу тоже же, в меня он пытался целиться, косой придурок!
- Ладно, с этим вроде решили, осталось только найти Гусева и задержать. Только нужно понять, где он. Далеко с простреленной ногой он не мог уйти.
- Ищем, стараемся... – философски замечает Стас.
- Ищи! Знаешь же, бабками не обижу! – чуть ли не кричу, сжав кулаки.
Проводив друга, я отправился в спальню к будущей жене. А так же и зашел в комнатку к Ваньке. Спит, посапывая, прижавши к груди собачку. Я потрепал его по волосам, улыбаясь.
- Прости, что появился так поздно, родной, - шепчу я, чтобы не проснулся.
На маму твою я не обижаюсь. Не думаю, что она хотела именно такой истории. Обязательно нужно будет сходить на кладбище. Поговорить. Хоть так.
Зайдя в комнату к жене, увидел, как она свернулась калачиком. На тумбочке горит лампа. За своими дурными поисками и разговорами со Стасом опять проворонил самое главное. Осторожно ложусь рядом. Обнимаю, вдыхая запах любимой. Млею, чувствую жену каждой клеточкой. Простыни пахнут лавандой. А в голове появляется эйфория от ощущения дикого счастья!
Я дома. С женой. Жизнь налаживается! А с остальным разберемся!
- Маша! Машенька! – шепчу, как заведенный, - я тебя люблю… Всегда любил и давно.