Готова на все (СИ)

- У нас образовалось взаимопонимание, Элина Александровна? – продолжал с ласковой настойчивостью журчать декан.
- Образовалось, - ненавидя саму себя, мрачно пробурчала Эля. Взаимопонимание с деканом представилось ей гнойным прыщом. На заднице.
- Вы понимаете, что чем скорее я получу все, повторяю, абсолютно все материалы по грантам, тем скорее мы сможем определить на какой стадии остановилась работа, а значит – тем скорее сможем ее продолжить.
Монотонное шелестение его круглых слов напоминало шорох трущихся друг о друга жуков-вонючек.
- Хорошо, - так же монотонно согласилась Эля, окончательно сдаваясь. Пусть будет как будет, нет у нее больше сил. – Все материалы в компьютере, завтра можем посидеть, разобраться, я вам все объясню.
- В компьютере? – растерянно переспросил декан, - В вашем компьютере? Я могу подъехать к вам.
Эля вяло удивилась:
- Подъезжайте, конечно, буду рада. Но вообще-то все в университетском компьютере. Я сниму для вас пароль.
- Пароль – замечательно, - задумчиво пробормотал декан, - Но, боюсь, наше взаимопонимание все-таки не совсем полное. Давайте говорить открытым текстом, Элина Александровна. Меня не устраивает частичная информация, меня не устраивает получить только то, что хранится в университете. Для успешной работы мне нужно абсолютно все!
- А там и есть – все, - равнодушно вздохнула Эля. Ну что ему еще надо? Да он пока и с этими тремя грантами разберется – пупок развяжется.
- Все? – с сомнением переспросил декан.
- Все, - подтвердила Эля, - Во всяком случае, ни о каких других материалах я понятие не имею.
- Вы уверены, Элина Александровна? – жестко потребовал декан. – Уверены, что не совершаете ошибку? Было бы неразумно с вашей стороны исключить какую-то часть материалов, - он помолчал и в молчании его явственно слышалось предостережение, - Или передать их кому-то другому.
Совсем мужик стыд потерял. Так все под себя подгрести охота, так боится, чтоб зав чего не перехватил, что даже перед подчиненной позориться не стесняется. А потом пожалеет о своей несдержанности и начнет ставить ее на место – отыгрываясь за мгновение своей зависимости от Эли, за необходимость ее подкупать и уговаривать. Нет, ну как она с ним работать будет, с таким?
- Ну хорошо, - тем же тоном, что и в кафе, выдал декан – то ли согласился, то ли отложил неприятный разговор. – Мы еще обсудим.
Во зануда! Бормашина ходячая! Прыщ на заднице!
- Когда мне завтра подъезжать? – покорно поинтересовалась Эля.
- Э-э, - с сомнением протянул декан, - Даже не знаю, у меня завтра много работы. - из голоса исчез весь напор, словно он в одно мгновение потерял интерес к предмету их разговора, - Я посмотрю, как у меня сложится и позвоню вам, когда мне будет удобно.
- Но у меня ребенок… из садика забирать… - попыталась пояснить ему Эля, но из трубки уже неслись короткие гудки.
Так и есть, уже начал. Рассчитываться и ставить на место. Эля повертела трубку и бросила на рычаги.
- Что он от тебя хотел? – настороженно поинтересовалась бабушка, отрываясь от «Карлсона».
- Как тебе сказать… В принципе, того же, что и вся наша братия: денег и научного признания, - задумчиво пробормотала Эля. Она не совсем понимала, что она сделала неправильно – может, восторга недостаточно выказала? – но чувствовала, что и на сей раз факультетское начальство осталось ею недовольно.
Телефон зазвонил снова. Эля испуганно поглядела на него и поторопилась схватить трубку. Неизвестно, как отреагирует отец, если они снова подойдут к телефону одновременно.
- Ну, Элька, и здорова ты языком чесать! – густой бас завкафедрой гудел так, что даже пластиковая мембрана трубки, казалось, ощутимо вибрировала у Эли под ухом, - Телефон у тебя – чисто Смольный, тридцать минут наяриваю, пробиться не могу! С кем можно столько трепаться?
- Да так… - промямлила Эля.
- «Так!» - передразнил зав, - Вот потому у тебя по грантам дело и встало вмертвую, что треплешься много, а научного руководителя – по заднице дать и работать наладить – нету. Ладно, раз все равно на телефоне висишь, и со мной уж поговори. А то как я с тобой слово сказать пытаюсь, так Олег Игоревич тут же нарисовывается – хрен сотрешь. Вот и звоню – авось прослушку на твой телефон наш декан еще поставить не догадался, - и он захохотал, предлагая Эле присоединиться к веселью.
 
Эля присоединилась. Щекочущее нервное хихиканье всплыло из глубины желудка, и она зашлась неудержимым, обессиливающим хохотом, всхрюкивая и в изнеможении откидываясь на спинку дивана.
Ой, Господи! Ой, какие ж вы одинаковые! Ой, не могу!
* Соответствующая работа в милом доме
  
Глава 23
 
Sweet home again*
- Не могу сказать, что он полон энтузиазма, но кажется, готов поговорить насчет раздела. Определенно – готов! - Светлана Петровна воинственно стиснула губы и лицо ее стало лицом скромной, даже застенчивой триумфаторши. Казалось, неукротимое довольство собой сочится изо всех пор морщинистого лица, стекает по подбородку и звучно капает в чашку с остывшим кофе.
Зато бабушка выглядела совершенно раздавленной. Остановившимся взглядом она смотрела прямо перед собой и тихо бормотала:
- Я, мать, его уговорить не могла, дочь он не слушал, а…
Эля торопливо ткнула ее кулаком в бок, пока бабушка не наговорила лишнего.
- Не пинай старушку, - тихонько буркнула ей Светлана Петровна и возвысила голос, - Хотя… - она поглядела на бабушку чуть виновато и торжества на ее лице стало меньше, - Если вы действительно хотите добиться раздела квартиры, вам потребуется вся ваша выдержка. Честно скажу – похоже, он не ожидал, что старая вешалка я, вот так внаглую влезу в ваш квартирный вопрос. По-моему, теперь он собирается как следует повыпендриваться, вдруг вам надоест, и вы сами откажетесь от продажи, - она недоуменно пожала плечами, - Убейте меня, так и не добилась, зачем ему это надо.
При этих ее словах бабушкины глаза вдруг полыхнули безумным, фанатическим блеском:
- А если он… Если он просто хочет нас удержать? – она вскочила и заметалась по комнате. Стаканы в шкафу тонко зазвенели в такт ее быстрым грузным шагам. – Не мог он вот так отречься от матери, дочери, внука! Это все она его заставляет, а сам он в глубине души…
- Ну очень-очень глубоко, - с тягостной безнадежностью пробормотала Эля.
Бабушка замерла посреди комнаты. Прижав руки к сердцу, она лихорадочными, полными мучительного вопроса глазами поглядела на Элю, потом на Светлану Петровну.
Воцарилась долгая пауза. Бабушка все смотрела и смотрела в их одинаково мрачно-иронические лица и надежда медленно уходила из ее глаз:
- Вы же не знаете его так, как я! – словно надеясь уговорить их, пробормотала бабушка, - Он всегда был очень самолюбивым мальчиком!
- Насчет любви это ты верно подметила, - не удержалась Эля и тут уже сама получила кулаком в бок от Светланы Петровны.
Еще помолчали. Бабушка быстрым, каким-то вороватым движением отерла ладонью глаза:
- Когда мой сын хочет поговорить о разделе? – звонким от напряжения голосом спросила она.
- Лучше сразу, пока я здесь, и у него нет возможности передумать. – отозвалась Светлана Петровна, - Если, конечно, вы в состоянии это выдержать.
- Я выдержала, когда его рожала, я выдержала, когда он в детстве болел, я выдержала, когда он делал карьеру и надо было помогать… Выдержу и сейчас, когда должна выпрашивать у него крохотную часть квартиры, которую он получил от меня! – горделиво сообщила бабушка и тут же лихорадочно ухватила Элю за запястье, - Ты пойдешь со мной?
Светлана Петровна болезненно поморщилась:
- Мне показалось, что против Эли он особенно дурно настроен. - ее глаза задержались на бабушкиных опухших пальцах, крепко, до боли, сомкнутых на Элином запястье и она осеклась, - Больших творческих успехов достиг мужик в деле построения семейного счастья… А, черт с ним, если договоримся, все равно ему с Элькой встречаться, так лучше при мне!