Готова на все (СИ)

- Да пожалуйста, не публикуйте! У меня уже английский вариант в печать приняли, так что мне все равно.
Это был сильный удар! Завкафедрой грозно набычился и тяжело задышал, словно бык, получивший дубиной по башке. Теперь получалось, что в англоязычном журнале научную ценность Элиных материалов разглядели, а он – не сумел. Зав покосился на декана, ожидая торжествующей усмешки вечного соперника, но декан смотрел только на Элю:
- Что за публикация? По разработкам Савчука? Кто ее принял? Этот Цви? – подавшись к ней, переспросил он.
- При чем тут Цви, - слегка растерялась Эля. – Статья моя собственная.
- Элина Александровна, вы за последнее время передавали мистеру Цви какие-либо материалы савчуковских проектов? – напряженно глядя на нее, вопросил декан.
- Олег Игоревич, я вам говорю: я не виделась с американцем с поминок, куда он делся – не знаю, и конечно же, я ничего ему не передавала! – снова повысила голос Эля и тут же сама смущенно огляделась по сторонам.
Так и есть – пялятся! Бесплатное шоу для посетителей и бармена.
- Значит, вы отсылали их прямо в фонд? – продолжал давить декан.
Эля мученически вздохнула:
- Олег Игоревич, я – младший научный сотрудник. Я ничего и никуда не могу отсылать без прямого распоряжения руководителя проекта, а шеф таких распоряжений мне не давал. Отчеты по работе, кроме бухгалтерских, передаются в фонды по окончании исследований. Американский грант рассчитан на два года, а мы и года еще не проработали, так что никаких материалов у них пока нет. И вряд ли будут! – невольно вырвалось у нее.
- Почему? – быстро переспросил декан.
- Ну-у, - Эля замялась, давать объяснения ей совершенно не хотелось, - Размытый проект, неконкретный. У нового руководителя с ним будут большие сложности.
- Не удивляюсь. Всегда знал, что Савчук – величина дутая, - пробормотал зав.
- Как эти сложности собирался решать Савчук? Какие у него были планы? – не слушая зава, наседал декан.
- Я не знаю, Олег Игоревич, шеф мне не докладывался, - проникновенно сообщила Эля.
- А Цви что на этот счет говорит? – зашел на новый круг декан.
- Не знаю! – теперь уже Эля просто вопила, не оглядываясь на заинтересованно внимающих ей посетителей. Сейчас у нее начнется истерика – еще интереснее будет! - Я с Цви с поминок не разговаривала!
Декан еще некоторое время побуравил ее взглядом, потом вдруг впервые за весь разговор расслабился, быстро переглянулся с завом, и откинулся на спинку стула, прихлебывая кофе.
- Ну хорошо, Элина Александровна, будем считать, что все так и есть, - по его тону невозможно было понять, поверил он ей, или просто решил, что сейчас Эля ни за что не сознается в несанкционированных контактах с гражданином США, - Я только очень рассчитываю, что вы будете помнить собственные слова и вести себя соответственно.
- Какие слова?
- Что вы – всего лишь младший научный сотрудник, - он старательно подчеркнул слово «младший».
- А кто виноват, что при таком количестве дипломов – она до сих пор «младший»? – встряла Светлана Петровна, но декан предпочел не обращать на старую профессоршу внимания:
- Так что извольте умерить ваши беспочвенные амбиции…
Эля поглядела на него изумленно – какие еще амбиции? Потом вдруг сообразила:
- Скажите, Олег Игоревич, а как вы узнали, что нас надо здесь искать? – спросила она.
И увидела как декан и зав замялись:
- Нам эти… милицейские ребята подсказали… - наконец выдавил зав.
Та-ак! Мало ее на допросах мытарят, так еще и делятся с начальством своими идиотскими версиями, что она хочет захватить руководство темами! То-то зав с деканом занервничали! А что, для начала охмурит Цви… Как в их американском кино: научная сотрудница-вамп, коварная и соблазнительная, в халатике-мини и сугубо сексуальных очках. Интимное мерцание мониторов, обнаженные тела сплетаются на лабораторном столе под эротичный стрекот осциллографа…
Не, не получится! Во-первых, ее полным ляжкам мини противопоказано. А во-вторых, у них в лаборатории сейчас такая холодина, что у бедняги Цви весь эрос заледенеет и отвалится. И вообще, любезно перенесенный гроб с покойным Савчуком еще не означает мужского интереса американца к ней, Эле.
 
В сумочке у Эли пронзительно завопила мобилка.
- Hello, my dear lady. You’ve forgotten to give me your visit card. To find your cell number I had to use all my contacts…*
Господи, только не он! Только не сейчас! Всплыл, г… такое! Когда она едва-едва сумела поколебать убежденность начальства в том, что она интригует с американцами у них за спиной! Если они сейчас услышат в трубке английскую речь…
Эля вскочила, изо всех сил прижимая мобилку к уху.
- Извините… Я сейчас… - бессвязно пролепетала она, - Мне нужно выйти…
- Опять выйти, Элечка? – с недоброй усмешкой процедил зав, - Может, мне вас сопроводить, чтоб за вами снова кто не погнался? – и он начал медленно воздвигаться над столом.
- Кто вам звонит, Элина Александровна? Почему вы уходите? Что вы скрываете от нас? – декан тоже начал подниматься.
А в трубке Бен Цви, столь желанный им представитель американского фонда, нетерпеливо спрашивал:
- What’s happened? I don’t hear you…
Темные лужи подозрения в деканских глаза начали перетекать в уверенность, Эле показалось, что сейчас он просто выхватит у нее трубку.
- Эх вы, мужики! Чего привязались к девчонке? Хахаль ей звонит, что непонятно? – профессорша одарила мужчин презрительными взглядами, - Не при вас же ей с ним «за секс» договариваться!
Декан с завом приостановили свое грозное наступление на Элю, дружно опустили глаза – вроде как даже смущенно – и столь же дружно плюхнулись обратно на стулья. Сидение под завом жалобно скрипнуло.
- А вы не могли бы попросить своего …э-э …поклонника позже перезвонить? Скажите, что вы сейчас заняты, разговариваете с начальством.
- Ну и дура будет! – благодушно сообщила Светлана Петровна, - Начальство на разведенку с дитем всегда найдется, а вот поклонников, в смысле, хахалей, может и не хватить.
- Я сейчас! Я только скажу ему… Предупрежу… Какого… вы пропали и какого… вы названиваете мне теперь? – проходя мимо барной стойки, прошипела Эля в трубку. Торопливо пробежав крохотный зал – все до единого посетители проводили ее пристальными взглядами – она быстренько нырнула в туалет.
Последовала короткая пауза…
- Я не пропал, - ошеломленно пробормотал Цви, - Я всю прошедшую неделю пытался позвонить вам на работу. Но вас почему-то не звали, а к трубке подходил или этот скользкий господин – ваш декан, кажется, или другой – толстый, громогласный.
- И вы что – отказались с ними разговаривать? Требовали меня? – замирающим голосом выдохнула Эля.
- Безусловно! – с явным возмущением в голосе откликнулся Цви, - Позвольте узнать, как бы я мог с ними общаться: с их незнанием английского, а моим – русского? К тому же, они мне совершенно не нужны! Я приехал говорить с тем, кто знаком с работой покойного профессора!
Все, это конец! Теперь ей точно не видать грантовских зарплат – новое начальство не простит. Эля бессильно прислонилась к белой кафельной стене и тихо, сквозь зубы застонала.
- Мисс Элина? Что с вами? Вы плачете? Я вас… как-то подвел? – встревожился голос в трубке. - Я не должен был звонить вам на работу?
Ты глянь, чуткий какой! Размазывая макияж, Эля зло провела ладонью по мокрым глазам! Поздновато его чуткость прорезалась.
- Я пытался позвонить вам домой – миссис Савчук была так любезна, что дала мне ваш телефон. Но там какой-то крайне недовольный господин на превосходном английском сказал мне, что вас здесь нет, и чтобы я больше его не беспокоил.
О, Господи! Эля снова застонала и слезы неудержимо покатились по щекам. Отец, скотина такая, всего лишь не позвал ее к телефону, и Цви, которому она понадобилась - вынь да положь – начал названивать на работу! А озверевший декан с завом накинулись на нее – подай им американца. Нет, их все-таки слишком много, этих понимающих только себя и свои цели мужиков – на нее одну. Ей не выстоять.