Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара (СИ)

Если бы мои глаза могли выскочить из орбит, они бы выскочили, настолько сильно они у меня округлились.
— Что? Что… ты сказала?
— Я в твоей полной власти, госпожа, — и косится с ненавистью на кулон.
— Ой, как интересно! — Семен тут же приземляется с потолка обратно на спинку кровати. Опасность позади и птица тут же расправил перья и вздернул голову. — Так ты, значит наша служанка?
Ах, Семен! Маленькая вредная жадная до власти птица! Нигде выгоду не упустит!
— Только госпожи! И я не прислуга! Я священная дева зеленого королевства! — шипит на него, но не нападает. — Только прикажи, переводит взгляд на меня, — И я мокрого места от этой птицы не оставлю.
— Э не! Так не пойдет! Семена не тронь! — выкрикиваю грозно.
— Как скажешь, госпожа, — тяжело вздыхает.
Хм, как скажу, значит. Очень любопытненько!
— Сентелла, а теперь выкладывай, откуда такой перепад в твоем настроении? Что за дивное послушание?
— Все из-за него, — с ненавистью смотрит на медальон в моей руке. — Я обязана исполнять все желания того, в чьих руках окажется амулет, и кто сможет его активировать.
— О, так у меня, что появилась собственная версия джина?
— Кого? — хмурится.
— Неважно, — отмахиваюсь. — И ты можешь мне помочь выбраться из замка?
— Да, — кивает.
— Как?
— Подскажу очевидный выход. Ты должна превратиться в феникса и улететь, — снова взгляд полный ненависти на медальон и сквозь зубы добавляет, — Госпожа.
  
Глава 9
 
— И навсегда остаться птицей? — такая перспектива меня точно не прельщает.
— А мне ты говорила, что я отлично выгляжу! Что сама теперь не хочешь? — подкалывает Семен.
— Я тебе подбадривала! Много ты понимаешь!
— Аналогично! — ворон машет хвостом, обсыпая нас с девой радужной пылью.
— Тьфу! Никогда не делай так! — Сентелла чхает. Морщится! — О святой вулкан, за что мне это?!
— Только не начинай снова биться головой о стену, — предупреждаю. — Твоя голова-то выдержит, а вот шум ненужный поднимешь!
— Пусть этот держится от меня подальше! — указывает когтем на птицу. — Я плохо переношу радужную магию! А еще совмещенную с огнем… фррр, — кривит нос.
— Хочешь сказать, что мой огонь и магия Семена активировали кулон? — уточняю.
— Да, — нехотя отвечает.
— И теперь я могу тебя вызывать, когда захочу?
— Да, — у нее такое выражение лица, будто ее сейчас стошнит.
— И что ты можешь? Какой толк от тебя? Вывезти из замка не можешь. Даешь сомнительные советы.
— Не вызывай, — пожимает плечами.
— А Августина что не пользовалась этим кулоном?
— Нет. Он был утерян много лет назад. Я полагала, что навсегда. Но эта пронырливая девица его где-то раздобыла. И теперь я снова привязана.
Ага, но без Семена она его активировать не могла. А ворон изменился с нашим переходом. Ну хоть где-то ясность.
— А что у моей птицы за радужная магия?
— Гипноз и мелкие иллюзии, усыпление, все зависит от навыков, — косится в сторону птицы. Семен ей явно не нравится.
— Ничего подобного я не замечал, — задумчиво протягивает котоворон.
— Умений нет, талантов ноль, вот и собственная магия тебе неподвластна! — ехидно скалится дева.
— Это говорит мне зеленая прислужница! Ха! — и намеренно снова обсыпает ее радужной пылью.
— Хочешь узнать, как страшен мой гнев, жалкая птица! — перья у Сентеллы встают дыбом.
— Стоп! Угомонились! Мне еще только драки между вами не хватало. Проблем вагон.
— Вернемся к началу. Ты говоришь, что единственный способ мне выбраться — это превратиться в феникса? И что потом без вариантов, я такой и останусь?
— Кто знает, — равнодушно качает головой. — Может, да. Может, нет.
— Мда… очень обнадеживающе…
— Перестань пить эту гадость, — указывает на кувшин с напитком. — Он блокирует твой огонь.
— И тогда я очень быстро обрасту перьями.
— Да.
— Неправильный ты джин какой-то. А где магическое исполнение желаний, как по щелчку пальца!
Пока я так и не разобралась, какой с нее толк. Или, наоборот, только проблемы?
— Я служу в силу своих возможностей. За все надо бороться, дорогуша, — скалится.
 
Похоже, ее мои неудачи только радуют. Вот же злобная, зеленая мегера!
— Как мне вернуться домой? — пытаюсь вытянуть с нее хоть что-то. Должна же быть польза от зеленой девы, раз Августина берегла этот медальон.
— Это знает хранитель трав. К нему надо держать путь.
— Кажется, я слышала про него от пони.
При слове «пони» глаза Сентеллы загораются.
— Его надо забрать у Мирграда и отдать мне!
А вот и скрытый мотивчик нарисовался! Она меня подбивает стать фениксом, чтобы я помогла ей прибрать Эсвеля к рукам. Фиг ей, а не пони!
— Чего это тебе?
— Таков был договор с Августиной. Амулет или нет, клятвы данные на крови надо выполнять, — она явно что-то темнит.
— Только на крови клялась не я!
— Ты за нее!
Сварливая бабень! И за что она мне на голову свалилась!
— Ее грехи, обещание и прочее, я разгребать не нанималась!
— А придется, — ехидно скалится.
— Не проще ли найти саму Августину? — пробуй зайти с другой стороны.
— Нет. Сейчас она уже мне без надобности. Сила у тебя.
— И где твоя так называемая помощь? Услужение?! — она кого угодно выведет из себя.
Едва сдерживаюсь, чтобы не придушить зеленую нечисть.
— Я дарую тебе свою благосклонность, даю наиценнейшие советы, — выпячивает грудь вперед.
Мда, похоже, самомнение в этом мире распространенный порок.
— Пока незаметно, — бурчу себе под нос.
— Жители зеленного королевства мне приклоняются, приносят дары! А ты! Смеешь показывать свое пренебрежение!
— Угомонись, — отмахиваюсь от нее. — Ты точно большая, зеленая и назойливая муха. Зудишь над ухом, голова раскалывается.
— Сочувствую жителям зеленого королевства, поклоняться такому, — Семен отлетает на безопасное расстояние.
Сентелла шипит, машет крыльями, произносит непонятные мне слова, но по тону понимаю — это отборные ругательства.
Не знаю, чем бы все это кончилось, если бы в коридоре не послышались шаги.
— Не пей отвар! Я серьезно! — шепчет напоследок и растворяется в воздухе.
Девушка в бордовом наряде приносит мне еду. Молча ставит поднос и уходит.
А мы с Семеном вздыхаем с облегчением. Снова вызывать зеленую деву нет никакого желания.
— А ведь ее придется вызвать, — замечает ворон. — Она слишком много знает.
Сокрушенно киваю. Пока зеленая мегера единственный источник информации. Даже к хранителю трав без нее вряд ли получится попасть.
Семен с упоением принимается за еду. Выбирает только мясо. Еще и смешно каркает с причмокивающими звуками.
Моя рука тянется к кувшину. Снова во рту пустыня. Но в последний момент одергиваю руку. Что-то не дает выпить, противный голос девы в голове звучит на повторе: «Не пей! Не пей!».
Ничего ведь не случится, если я день не попью? Или случится?
Семен замечает мое решение. Ничего не говорит. Не похоже на него.
Пока я раздумываю над своей судьбинушкой, прожорливая птица умял почти все. Мне объедки достались. Дожилась! Доедаю за своим же котом, который теперь и не кот вовсе.
Иду нежиться в ванночке. На всякий случай выливаю часть содержимого кувшина. Пусть думают, что я все исправно пью.
И падаю на мягкую перину. На удивление засыпаю быстро. А наутро нас с Семеном ждет уже завтрак.
— Мы же тут не заперты? — уточняет птица, вместо доброго утра.
— Вроде нет, — придвигаю поднос к себе. Аппетит зверский. А как пить хочется! Стойко держусь. — По замку нам никто передвигаться не запрещал.
— Отлично! — машет крыльями. Даже про еду забыл. На взводе мой котоворон. Что на него с утра нашло?
— Не заперты вы можете выходить за пределы комнаты. Но не покидать замок, — красноволосый появляется в комнате.
Не слышала его приближения. Так усердно жевала. Урок на будущее надо быть осторожней.