Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара (СИ)

— Гадость какая! — отплевываюсь от мерзопакостной субстанции.
— Обмануть меня решила, — птица все же забирает лапу с моего горла. Отлетает к изголовью кровати и смотрит на меня, склонив голову. — Ты должна знать, Августина, от меня не сбежать, — ухмыляется.
Если я когда-то встречу Августину, я прибью ее собственными руками. Вот за что мне все это? Почему облажалась она, а платить мне? Где справедливость?
— Ты как вообще попала в комнату? Дверь закрыта, окно тоже… — меняю тему. Мне нечего отвечать на их претензии.
От моих слов птица пошатывается. Взлетает к потолку, закрывает рот лапой.
— Сгинь нечисть! Не приближайся! — орет Семен, который как раз притаился в углу под потолком.
— Странна птица, — зеленоголовое чудовище смотрит в сторону котоворона.
Это она его называет странным? На себя в зеркало не пробовала смотреть?
— Уходи! — поддерживаю Семена.
Чудище делает кувырок в воздухе, подлетает впритык к моему лицу. Дергает за щеку, тянет на себя волосы.
— Ты что творишь?! — пытаюсь от нее отбиться. Чувствую себя подопытным куском мяса.
— Любопытно, — высовывает расстроенный язык, и продолжает свой странный осмотр. А силища там конская. Не сдвинуть и не оттолкнуть. Пробую бить огнем. Но это ничего не дает.
— Ты не Августина, — выдает, гордо выпятив грудь вперед. Женская грудь в перьях, на птичьем туловище, то еще зрелище. Никаких фильмов ужасов не надо.
— Умничка, птичка, пятерка за сообразительность. Раз мы все выяснили, выход знаешь где, — пытаюсь рукой оттолкнуть ее. Тяжелая зараза.
— Я не птица! — кудахчет возмущенно.
Ох, ты я задела ее ранимую куриную душу.
— Кто ты? — Семен чуть ближе подлетает к ней. Ее видок даже на котоворона произвел впечатление.
— Сентелла, — когтистой лапой поправляет перья на голове, — Священная дева зеленого королевства.
Дева… я очень некультурно поперхнулась.
— И? — не знаю, что еще сказать.
— Ты жива только по моей милости! — устремляет руку к моему горлу, не дотрагивается, но я чувствую, как вновь пропадает доступ к кислороду. Обидела я, видите ли, ее зеленое величество. Не оценила «счастья» лицезреть сие чудо. — Кто ты такая? Что ты сделала с Августиной? Ты мне все расскажешь! — скалится.
— Я бы тоже очень хотела знать, где эта ваша Августина, — хриплю. Хватка на горле усиливается.
— Иномирянка, — один взмах крыла, и я снова могу дышать.
— Угу. Потому я понятия не имею, какие у вас там терки с Августиной. Оставь меня в покое. Лети себе к зеленым, — хмурюсь. Достала меня эта болотная дева.
— Это ничего не меняет, — гордо выпячивает грудь, говорит тоном, по меньшей мере, императрицы. — Пока не найду Августину, все ее обязательства и обещания возлагаются на тебя.
— Чего это? — тут уже градус моей злости возрастает. — Набедокурила она, вот с нее и спрашивай.
— Ты вместо нее. Значит, тебе и ответ держать, — продолжает вещать приказным тоном. — А посмеешь ослушаться, то век будешь ползать по земле, не зная покоя!
От ее этой непонятной фразочки, мороз по коже. Вроде и ничего конкретного не сказала, а реальность угрозы в воздухе летает, мерзкими щупальцами ко мне прикасается.
— Что тебе от меня надо? — спрашиваю упавшим голосом. Что-то мне подсказывает — она так просто от меня не отцепится.
— Мне Эсвель нужен.
— Зачем тебе пони? — даже не пытаюсь скрыть удивления.
— Не для твоего скудного ума сие знание, иномирянка, — важно изрекает.
В коридоре слышатся шаги. Зеленое нечто издает булькающий звук, превращается в зеленый туман и растворяется в воздухе. Будто и не было ничего. Но оно, к сожалению, было.
Дверь открывается и на пороге возникает красноволосый.
— Вы уже проснулись, — оглядывается по сторонам, ноздри раздуваются. — А что это за смрад я чую?
— Ворон воздух испортил, — вру, не моргнув глазом. Игнорирую недовольное шипение Семена.
— Хм… — протягивает помощник. — Огненное величество желает вас лицезреть.
— А у меня нет желания. Дайте поспать! — бью кулаком по подушке.
Еще мне красного дракона не хватало. Я не отошла от встречи с зеленым чудищем! Дайте хоть маленькую передышку!
 
— Ваши желания не имеют значения, — смотрит на меня с презрением. — Вы для этого все сделали. Собирайтесь, скоро за вами придут, — исчезает так быстро, что пискнуть не успеваю.
— Признаваться нельзя, — с видом знатока заключает Семен.
— Знаю, — вздыхаю. — Что ты думаешь, об этой… как там она себя назвала «священной деве»… бррр, — меня передергивает.
Дожилась… советуюсь с котом… А что делать? Никогда не знаешь, каким местом судьба повернется…
— Она нам пригодится. Пока убивать она тебя не собирается.
— «Пока!» Отлично!
— Смерть за тобой по пятам ходит, — каркает пророк недоделанный. — Так что твое возмущение неуместно.
— Это когда ты мудрецом успел заделаться?
— Кто если не я! — горделиво поднимает голову вверх. — На тебя надежда ничтожна. А я хочу домой, потому придется брать бразды правления в свои руки, — усаживается на спинку кровати и смотрит на меня сверху вниз.
— Ты где таких словечек нахватался? — от его заносчивости меня на смех пробирает.
— Меньше болтай. Шевелись. Тебя ждут. Не зли того, от кого твоя жизнь зависит, — поворачивается ко мне хвостом. Дает понять, что «его величество» закончил беседу.
Эх… и тут нет понимания… А спокойствие… о нем вообще можно забыть.
Но в одном Семен прав, чудо-зелень может пригодиться. У меня стоит главная задача — спасти пони. Не могу я бросить его на произвол судьбы. Он ведь рисковал собой, помогая мне. Пусть он и вредный и уж слишком заносчивый, но судя по его виду, несладкая жизнь была у Эсвеля. Так что Сентелла мне может пригодиться. Хоть и намерения у нее явно недружелюбные. Но с этим буду потом разбираться.
Сейчас на повестке дня — встреча с красным. Задача — не спалиться.
Нам приносят завтрак. Большую часть склевывает Семен. Как только в него столько влезает? Как бы ни лопнула птица… Я же направляюсь в полюбившийся мне красный цветок, принять душ. Жаль поваляться времени нет. Единственная радость в этом мире.
Надеваю одно из платьев с длинными рукавами-воланами и очень свободной юбкой. Выбрала зеленое, простое, без камней и причудливо вышивки. Пусть не думает красный, что для него наряжаюсь. Обойдется!
За нами приходит длинноволосый белокурый парень в ярко-красном сюртуке. Отвешивает поклон и просит следовать за ним.
И снова этот движущийся коридор. Все мелькает перед глазами, голова кругом, тошнит. Как тут можно жить? Как тут вообще передвигаться и не заблудиться?
От отчаянной борьбы с тошнотой меня отвлекает Семен. С утробным воплем он клюет меня в плечо.
— Ай! Совсем сдурел?! — злобно вскрикиваю.
— Посмотри, — каркает приглушенно. Перья у птицы дыбом встали, глаза горят.
Семен смотрит на окно, где на подоконнике восседает огромная белая кошка. Намного больше, чем в моем мире. Такую и на руки не возьмешь. Очень пушистая, с черной мордочкой и огромными зелеными глазищами.
— Красивая… — делаю шаг в сторону животного.
— Не стоит подходить к Лателле… опасно, — предупреждает меня наш сопровождающий.
И в подтверждение его слов, кошка царапает воздух лапой, демонстрируя когти-лезвия. Такие за секунду на куски искромсают.
— Божественная самка, — Семен пробует мяукнуть, а вместо этого получается скрипучий «Кар».
— Ужжжин, — шипит в его сторону белобрысая и облизывается.
— За что мне эта кара?! — котоворон бьется головой о стену. — Меня прокляли! За что мне эти перья?! — продолжает сокрушаться. — Я встретил пару своей мечты… а я для нее ужин…
— Ты чего такая агрессивная? — обращаюсь к ней. Аж обидно стало за своего кота. Никакой он не ужин!
Кошка игнорирует мой вопрос. Не соизволила даже посмотреть в мою сторону. Становится в стойку и явно готовится прыгнуть и сцапать Семена.
— Только подойди! — грожу ей кулаком с огнем. — Вмиг шерсть подправлю!