Я Гордый часть 2 (СИ)
— Все равно ничего не понимаю — я им сын и брат или нет?
— С точки зрения генетики и прочего нет. Ваши гены разделяют тысячелетия браков. Будешь ты считать девушку, родившуюся больше трех тысяч лет назад, своей родной сестрой? Ответ, думаю, очевиден. И в то же время любая экспертиза подтвердит, что в тебе течет кровь Гордеевых. Да что там, ты сейчас больше Гордеев, чем они, потому что в тебе течет кровь предка, не разбавленная веками селекции. Ты как бы он, просто в наше время.
Ну, и во-вторых, твоя тяга к ним вытекает из первого — ты чувствуешь вашу связь, чувствуешь их скрытую силу, и конечно, твоя кровь считает их идеальными кандидатками для продления рода.
— Хрень. Что это мне дает, кроме проблем, можешь сказать? В глазах людей мы родня.
— Ой, да кому интересны людские законы? Сделаешь их наложницами, никто даже знать об этом не будет, а формально женишься на какой-нибудь красотке для прикрытия, да и все.
— Они придуманы людьми и для людей!!! Ты подумал о том, каково им будет жить в тени?
— А почему я об этом должен думать? Это твои проблемы. Наш договор я выполнил в полном объеме, в отличии, кстати, от тебя. Зашел ты в храм Рода? Поговорил со жрецами? Заручился поддержкой богов? Нет, ты ничего не делаешь, только ноешь и требуешь. Не заставляй меня в тебе разочароваться.
— Богов? Вся это потусторонняя хрень меня уже напрягает. И знаешь что? Сегодня я почувствовал, как у меня прорезались клыки. Это что еще за фокусы?
— Ты вел себя как зверь, думал как зверь, вот и стал зверем — что не понятно? Когда человек перестает вести себя как человек, он превращается в животное. Твой далекий прадед был тем еще затейником и любил эксперименты, а он — это, по сути, ты. Так что запасайся шампунем от блох, потому как он тебе может понадобиться. А дальше прости, но со своими бабами разбирайся сам.
— Так не пойдет. Помоги мне решить вопрос с сестрами, которые мне не сестры — меня разрывает от противоречий. Да я думать рядом с ними ни о чем, кроме секса, не могу!
— Помочь? — задумался он. — Что ж, это возможно. Не хотелось, правда, мне к ней обращаться, потому как она крайне противоречивая особа.
— Это кто же?
— Да богиня одна, подруга Макоши. Одна прядет нити судьбы, а вторая их связывает друг с другом. И если Макошь — серьезная богиня, то Ирина, скорей, больше развлекается, чем помогает. Что она, что брат ее — те еще отморозки, не к столу будут они помянуты.
— Брат?
— Даже не думай!!! — отшатнулся он. — И вообще, забудь про то, что я сказал. К ней обращусь только в крайнем случае.
— Так что мне делать, Лихобор? Как вести себя с сестрами, которые мне не сестры? Я ж не выдержу и сорвусь.
— А что делать? Живи и радуйся. Делай их своими женщинами, потому как ни людские законы, ни законы богов ты этим не нарушаешь.
— Это знаешь ты и я, а вот остальным будет это невозможно объяснить.
— Так и не надо ничего объяснять. Да и вообще, посмотри внимательно законы этого мира — уверяю, ждут тебя интересные открытия. Что то я про это забыл совсем.
— А прямо сказать нельзя? — нахмурился я.
— За любое знание надо платить, а тебе пока нечем расплачиваться. Живешь себе, развлекаешься. Посмотри, в кого ты превратился — был нормальным мужиком, служил, Родину защищал, а сейчас…
— А что сейчас? Это ты меня таким сделал!!! Вокруг одни бабы, все мысли только о них, а еще меня хотят убить…
— Ну а как ты хотел? Ты не в любовный роман попал, где самая большая проблема у героини — понять, от кого она забеременела. Тут все по-взрослому. Хочешь, чтобы тебя все хотели — значит, и ты будешь всех хотеть. Хочешь сильную магию — значит, найдется тот, кто ее захочет подчинить. Богатство и власть — есть те, кто хочет его забрать. Все честно. Так что иди и больше не отвлекай меня.
А насчет сестер твоих, скажу тебе для твоего душевного спокойствия — они сестры только в твоем воображении, а так вы разные. Все, надоел. Пока-пока.
Мир вновь послушно мигнул, и я обнаружил себя сидящим под деревом. Встал, отряхнулся, задумался, включил мысленную плиту под кастрюлей с информацией, которую надо было понять и переварить.
Но главное я для себя уяснил — надо жестко брать эмоции под контроль. А еще насчет сестер я так и не принял никакого решения. Идея просто держаться от них подальше мне показалась откровенно хреновой, я не смогу, да и они не поймут, а что делать, я не знал. Да и то, что произошло в комнате девушек, надо обсудить с Лизой. Как-то уж очень странно она себя вела, для тихой-то скромницы.
Набрав в столовой еды, я направился к себе, чтобы посидеть в тишине и подумать. Ну, еще и законы полистать, про которые упомянул Лихобор. Что в них такого интересного, раз он рекомендует ими заняться?
Переодевшись, я удобно расположился за столом, сделал себе бутербродов и погрузился в дебри поисковика. Информацию нарыть получилось практически сразу, причем такую, что я едва не поперхнулся, и пришлось срочно искать воду.
Как оказалось, среди монарших семейств этого мира инцест — дело добровольное и вполне себе обычное. Одаренных девочек с большим потенциалом, рожденных в семьях правителей, крайне неохотно выдают замуж на сторону, предпочитая оставлять их в семье, тем самым укрепляя ее. При этом идет вмешательство лекарей, которое проводят какие-то процедуры с телом, исключающие факт рождения неполноценного ребенка из-за близкородственной связи. То есть, их искусственно делают не родными и даже не двоюродными!!! Что за, мать вашу, бред?!!
Но нет, таких примеров оказалось полно и была парочка даже в России. Например, в восемнадцатом веке моя хрен знает сколько раз пра- бабка вышла замуж за своего родного брата — и никто, повторяю, никто их не осудил! И какого черта от меня тогда это скрывали, что за намеки⁈ Уверен, об этом все знали, ведь невозможно скрыть те взгляды, которые я кидал на сестер! Нет, я теперь их так даже мысленно называть не буду, потому что это неправда. Но не суть.
Лихобор что-то ещё сказал о наследственной тяге и что во мне пробудилась кровь изначального Гордеева, а он брал к себе самых сильных и лучших женщин. Возможно ли, что и в девушках она так же пробудилась и именно поэтому их тянет ко мне? Надо проверить…
— Сергей, — ко мне в комнату вошла сонная Лиза и рухнула на кровать.
— Ты чего? — перепугался я.
— Голова болит, — пожаловалась она. — Ничего не помню. Мы зашли, поговорили, потом пустота. Очнулась уже в постели, тебя нет, Любы нет. Что это было?
— Э-э-эм-м-м, — задумался я, решая, что ей стоит сказать. — Ты себя плохо почувствовала, может, не выспалась, поэтому я уложил тебя спать и ушел к себе.
— Да? Странно. А переодевал меня тоже ты? И почему в этот развратный наряд? Сама бы я точно такое не надела!!!
— Нет, не я. Как ты могла подумать о таком⁈ — патетично воскликнул я, прижав руку к груди.
— Врешь ведь. Да и ладно. Я посплю у тебя, а то глаза сами собой закрываются, — закутавшись в одеяло, она спустя миг сладко засопела. А я сидел рядом с ней, гладил по волосам и любовался ее лицом, чувствуя, как поток нежности, что раньше сдерживался, свободно течет внутри меня.
— Ты моя, вы все мои, и никому вас не отдам, — шепнул я, целуя ее в щеку. В ответ она улыбнулась во сне, и схватив мою руку, крепко к себе прижала.
Я лежал рядом с ней, просто глядя в потолок, когда мне на браслет пришло сообщение от Любы:
— Лиза у тебя?
Короткий ответ — да, и вот спустя пару минут она уже заходит ко мне. Черт, когда я научусь запирать двери?
— Что это с ней? — шепотом спросила она, глядя на сестру.
— Не знаю. Пришла, что-то пробурчала, легла и вырубилась.
— Ну, пусть спит. Мы тут твой договор обсудили, — сказала Люба, — и есть пара решений.
— Мы с Лизой вроде составили план.
Быстро изложил ей наше видение проблемы, которое Люба полностью приняла, добавив ещё пару полезных пунктов. Вот теперь все было просто отлично, и завтра Запад ждет большой сюрприз.