Хроники инспектора Ротанова

Для того чтобы синхронизировать свои действия, ни Ротанову, ни Зарудному не понадобилось ни одного лишнего слова.
Ружье, выбитое из рук незадачливого охотника ударом Ротанова, отлетело далеко в сторону, а трое остальных, так и не успев подняться на ноги и понять, что, собственно, происходит, неожиданно распластались на земле, уткнувшись лицами в сухой песок, и теперь уже Зарудный неторопливо, словно играя, связывал им за спиной руки обрывками своих собственных пут.
За несколько коротких секунд роли переменились.
— Зачем ты позволил им вас связать? — спросил Ротанов, развязывая ремни на Гранте и Хорсте.
— Они тут что-то искали. Мне захотелось выяснить, что именно. Я подумал, что получить нужную информацию можно быстрее, если позволить им взять нас в плен. И не ошибся. Не успев нас связать, они начали болтать о своих планах.
— Так что же они искали?
— Врата рая, — проворчал Хорст, разминая затекшие руки. — И ради этой чепухи ваш десантник позволил этим придуркам связать нас!
— Врата рая — вовсе не чепуха, — вступил в разговор Грант. — Они действительно существуют и находятся где-то в этих развалинах.
— Что они собой представляют, эти ваши «врата»?
— Толком никто этого не знает, но раз в месяц, когда луны этого мира оказываются на одной линии с солнцем, здесь происходит что-то странное… Сегодня как раз такой день, и каждый раз, во время лунного противостояния, десятки людей отправлялись в пустыню за поисками своего счастья. Они проделывали это задолго до катастрофы, но обратно возвращались лишь немногие, которым посчастливилось заблудиться в пустыне. Те же, кто добирались до развалин в ночь лунного противостояния, не возвращались уже никогда. Возможно, нам повезет, и мы сами сможем убедиться в том, сколько истины в этой легенде.
— Ничего себе везение! — возмутился Зарудный. — И за столько времени вы не смогли выяснить, что здесь происходит, а теперь кормите нас какими-то дурацкими легендами!
— Это не легенды! — внес свою лепту в разгоравшийся спор предводитель неудачливых искателей приключений, на руках которого Ротанов как раз затягивал последний узел. — Врата существуют! Петрас нашел их, сумел войти и сумел вернуться! И перестаньте затягивать на мне эти веревки! Я не собираюсь никуда бежать! Что вам вообще от нас надо? Кто вы такие?
— Но я же вам говорил, я инспектор внеземных поселений, — пояснил Ротанов, продолжая деловито затягивать узел. — Вы сами-то кто такие?
— Мы поселенцы! Те самые, что ждали от вас помощи после катастрофы, но так и не дождались ее!
— На Земле ничего не знали о постигшей вас катастрофе.
Давно не бритая физиономия предводителя, украшенная рыжими растрепанными бакенбардами и такими же усами, выражала недоверие и неприкрытый гнев.
— Тогда почему вы здесь? И где ваши корабли, где десантники?
— С одним вы уже познакомились, остальные прибудут позже. Но для того, чтобы получить реальную помощь, необходимо связаться с Землей и доставить туда информацию о том, что произошло на вашей планете. Надеюсь, вы мне в этом поможете.
— Сейчас разбегусь! Ты бы еще на горло веревку мне накинул!
Ротанов усмехнулся и неожиданно для остальных, одним движением ножа разрезал на предводителе путы, которые незадолго до этого так старательно затягивал.
— Ты первым начал играть с веревками, упражнялся на моих спутниках, так что нечего обижаться. А теперь давай рассказывай все, что знаешь об этом «рае» и о том человеке, который оттуда вернулся.
Рыжий нехорошо усмехнулся, расправил затекшие плечи и процедил, не глядя в лицо Ротанову:
— С чего это я должен тебе что-то рассказывать? Ты мне кум или брат? Кто ты вообще такой? Говоришь, инспектор, а документы у тебя есть?
— Документы у меня есть, но тебе они не нужны.
— Это еще почему?
— Потому что ты мне и так все расскажешь. — Ротанов придвинулся поближе и поймал убегающий взгляд предводителя. — Хочешь знать почему?
— Изобьешь, что ли?
— Это не мои методы. Ты хочешь вернуться отсюда домой?
— Ну?
— Тогда давай рассказывай. Сам говорил, никто еще отсюда не возвращался, и мы не вернемся, если останемся каждый сам по себе. Тот, что вернулся, как там его… Петрас, он что, один ходил?
 
— Да нет, их команда была. Лучшая наша команда охотников.
— Ну вот видишь!
— А чего тут видеть?! — вновь взбрыкнул предводитель. — Впятером уходили, а вернулся только один!
— Где он сейчас, этот счастливчик?
— А бес его знает! Исчез, как и не было. С неделю по поселку слонялся, байки разные рассказывал, а затем исчез без следа. Должно быть, опять в свой «рай» подался.
— И ты с друзьями решил за ним последовать?
— А что нам остается делать? Земля нас бросила, проклятые песчаники загнали в резервацию, только на врата и остается надежда! Петрас говорил, они выходят в любой мир, какой ты себе пожелаешь. Куда хочешь, словом, туда и попадешь! А в резервации оставаться — одна погибель. Люди мрут от болезней, от голода, от песчаников — мрут, как мухи.
— Ну хорошо, расскажи мне историю счастливчика, которому удалось вернуться из «врат» живым, и постарайся подробно передать все, что он рассказывал об этом месте.
— Это долгая история…
— А нам спешить некуда, ночь большая, и твоих «врат» пока все равно не видно.
— Петрас был нашим лучшим охотником…
— Подожди-ка, я что-то не понимаю, на кого он тут охотился? — перебил Ротанов. — Здесь нет биосферы. Нет никаких животных, не песчаников же вы едите!
— Охотниками мы называем тех, кто охраняет поселение от песчаников.
— Опять тут какая-то неясность. Если бы песчаники на вас по-настоящему напали, то никакие охотники не смогли бы их остановить!
— Конечно, не смогли бы. Но песчаники на нас не нападали, они вообще никогда не заходят на территорию поселка. Словно его кто-то обнес невидимым забором.
Но вокруг по ночам шлялись отдельные бродячие особи и, случалось, нападали на одинокого путника или отбившуюся от дома скотину. Хотя зачем они это делали, я не понимаю, жрать-то они никого не жрали, только разрывали убитых и разбрасывали их вокруг поселка, словно напугать нас хотели. Вот на них и наловчились наши охотники ставить ловушки да западни. Одного—двух за месяц им удавалось уничтожить.
— Интересно, как это им удавалось? — недоверчиво процедил Зарудный. — Песчаника колом не убьешь!
— В этом нет ничего удивительного, — поддержал рассказчика Ротанов. — Древним охотникам удавалось завалить даже мамонта, если тот попадал в заранее подготовленную яму с кольями. Песчаники, как мне кажется, не обладают собственным разумом, они лишь выполняют команды, полученные извне. Но продолжай свой рассказ! — вновь обратился Ротанов к Игнатию, так звали рыжего предводителя.
Постепенно между всеми участниками этого необычного ночного «сидения» устанавливалось взаимопонимание. Зарудный развязал остальных пленных, и все уселись вокруг костра, внимательно слушая рассказ Игнатия. Тот, кто слушал эту историю впервые, старался не пропустить ни слова, остальные же иногда поправляли рассказчика, если, по их мнению, он что-то забывал или искажал события.
Через несколько месяцев после исхода и катастрофы, когда боль от утраты близких и чудовищная трагедия, происшедшая в городе, стали постепенно забываться, по поселку поползли слухи о том, что в развалинах древней башни существует тайный проход или врата и тот, кто сумеет в них пройти, сможет исполнить любое свое желание… Эта легенда существовала и раньше, до катастрофы, но сейчас отчаявшиеся люди хватались за нее, как за последнюю соломинку.
Кто распространял эти слухи, так и осталось невыясненным. Да это, в свете дальнейших событий, не так уж и важно. Петрас решил убедиться в том, сколько правды содержится в этих рассказах, и, дождавшись противостояния трех лун, собрал своих верных товарищей охотников на большой совет, на котором и убедил их отправиться к развалинам в ту ночь.
Они ушли — и не вернулись. Только через шесть недель на окраине поселка неожиданно появился сам Петрас, оборванный, грязный и, как показалось большинству из тех, кто его знал, потерявший свой прежний облик…