Корабль

– Сохранение целостности памяти, – вспомнила Эвелин. – Программа, которую Туссен нашел при осмотре его головы.
– Вторжение, – повторил Адам, чувствуя, что он близок к пониманию чего-то важного. Он посмотрел на Красную планету, словно бы ища там ответ. – Проникновение во что-то.
– Кластер подготовил тебя, – задумчиво сказала Эвелин. – Вероятно, на роль Джокера.
– Джокера?
– Особенной карты в игре.
– Осталось узнать только в какой, – добавил Джаспер.
– У нас есть только один способ это выяснить. Там внизу, в Элизии. У Супервайзера.
Неожиданно лоб Адама пронзила сильная боль. На его лице появилась гримаса, и он убрал руку с панели управления чтобы мобилизатор дал ему обезболивающее.
– Ты в порядке? – спросила Эвелин.
«Как я могу быть не в порядке, – думал он, пока боль утихала, говоря ему: «Это начало конца».
– Я в порядке, – солгал он, снова протягивая руки к панели управления, чтобы разбудить спящий шаттл.
– Что ты задумал? – обеспокоенно спросил Джаспер.
– Я привел нас к Супервайзеру.
– Если я правильно понимаю… пока двигатель активен, нас можно отследить.
– Да.
– Вы считаете это правильным решением, Адам?
– А у вас есть предложение получше, Джаспер? – задал встречный вопрос Адам. Как много вопросов в конце жизни. Возможно, у Земли еще есть шанс. И Бартоломеус, стратег и лжец, видел его. В противном случае их бы не было на борту шаттла, находящегося на расстоянии пятидесяти тысяч километров от Марса.
Адам реактивировал основную систему и увеличил скорость.
Через несколько секунд датчики подали тревожный сигнал, что корабль обнаружен.
79
Шаттл следовал к Красной планете. Комната управления наполнилась треском и гудением плазменного двигателя.
– Коннектор не функционирует, – сказал Джаспер, прикасаясь к механизмам активации и настройки незнакомых ему сервомоторов. Он начал вылезать из мобилизатора, который был ему больше не нужен.
– Нет, – сказал Адам.
Он пробежал пальцами по голографическим пунктам управления шаттлом и снова изменил курс. В поле зрения появилась синяя точка с хвостом из ионов, обозначавшая верхний слой разреженной атмосферы Марса. А рядом с синей точкой пролетели две желтые: это были преследователи из межзвездного пространства, двигавшиеся быстрее скорости света компоненты корабля, летевшего над Землей. Небольшие по сравнению с самим кораблем, но огромные по сравнению с шаттлом.
– Останьтесь в мобилизаторе. На Марсе он вам пригодится. У нас нет никаких защитных костюмов.
– Что?
Адам снова изменил курс шаттла, переведя его на меньшую высоту, и отвел чуть-чуть в сторону. Простой конденсат разума выпустил мигающее предупреждение, говорящее о нарушении целостности корпуса – нагрузки были столь велики, что шаттл грозил развалиться на части.
– У нас нет защитных костюмов! – воскликнула Эвелин, державшаяся за электромагнитный якорь на стене рядом с нишей управления. – Адам уже все обследовал, Джаспер.
– В таком случае нужно произвести это здесь, – сказал Джаспер, уже разобравший направляющие колодки мобилизатора и освободив руки и ноги.
– Здесь нет брутера, – сказала Эвелин.
«Он все еще рассуждает как бессмертный, который может получить все, что хочет, – думал Адам. – Мобилизатор оснащен генератором защитного поля. На Марсе слишком низкое давление. Нам необходимо защитное поле, своего рода личный пузырь, без него мы проживем лишь несколько секунд».
– Будь осторожен, – закричала Эвелин, заглушая гул, идущий с внешней стороны корабля.
Джаспер колебался, и это его погубило.
Что-то врезалось в шаттл. Это был словно удар от мощного кулака. Адам вспомнил другой кулак, который когда-то сбил его в небе над Ретосом и бросил на землю. Удар отбросил шаттл вниз, ближе к пустыне Марса, с такой силой, что гравитационные двигатели не смогли компенсировать его. Эвелин продолжала держаться за стену с электромагнитным якорем, а Адам успел вовремя укрыться в нише управления. Джаспера вместе с мобилизатором подбросило к потолку. Возможно, он и пережил бы этот удар, отделавшись лишь парой переломов, но через секунду от стоявшего на полу коннектора отвалились детали, край цилиндра ударил Джаспера в грудь, разрезав его тело пополам словно нож. Брызнула кровь, но ни одна из капель не упала на пол, потому что кинетический кулак нанес новый удар, разломал заднюю часть шаттла, и в дыру с шипением вырвался воздух, выбросивший Джаспера и коннектор наружу. Автоматически в мобилизаторе Адама активировалось защитное поле. Он быстро посмотрел на Эвелин – на ее лице застыл ужас, но она продолжала держаться за стену, слабое свечение говорило о том, что у нее тоже активировался экран. Затем Адам снова вернулся к голографическим элементам управления, пытаясь управлять шаттлом. Для компенсации раскачивания корабля он увеличил тягу боковых двигателей, и в поле зрения появились три вулкана, которые система навигации назвала горой Элизий, Куполом Гекаты и Куполом Альбор.
 
– Система автоматического пилотирования повреждена, – отправил сигналы конденсат разума. – Необходим переход на ручное управление. Работа помощника нарушена. Запас энергии плазмы составляет десять процентов.
Неожиданно носовую часть что-то царапнуло. Это напоминало когти или ножи, которые пытаются пробраться внутрь шаттла.
– Ты слышал это? – закричала Эвелин.
Адам на мгновение подумал, что только сейчас осознал, что после пробуждения их отношения с Эвелин как-то изменились. Что-то между ними исчезло, и смерть Джаспера лишь подчеркнула это. Это была очень странная мысль. Он не стал тратить на нее время и отвлекаться, по-прежнему управляя шаттлом с помощью голографических элементов контроля.
– Уровень энергии плазмы – девять процентов.
Адам выключил двигатель, и обессилевший шаттл начал падать прямо на коричнево-серые скалы.
– Адам, что ты делаешь?
– Не двигайся с места, – ответил он. – Не отпускай гравитационный якорь.
Он проверил состояние своего якоря: все в порядке.
– Критическая скорость, – послал предупреждающие сигналы конденсат разума. – Вероятность выживания после столкновения: ноль.
– Адам.
Они не могут скрыться от врага, но им надо выиграть время, чтобы покинуть шаттл, прежде чем их найдут. Нужно сохранить достаточно энергии плазмы для маневров.
Расстояние до поверхности Красной планеты быстро сокращалось: тридцать километров, затем двадцать, а потом всего лишь десять. Со скоростью, в несколько раз превышающей скорость звука, Адам направил шаттл на склон горы.
– Столкновение неизбежно, – сказал конденсат разума. – Вспомогательные системы не работают. Уровень энергии плазмы: восемь процентов.
«У нас утечка», – подумал Адам. Будучи Говорящим с Разумом, он управлял шаттлами и зондами, летающими в далекие миры, но всегда делал это при поддержке конденсата разума. Сейчас же он остался один, и нужно с первого раза сделать все правильно, второго шанса не было.
Немного отрегулировав угол наклона с помощью боковых стабилизаторов, Адам подождал еще несколько секунд до тех пор, пока не смог различать камни на склонах так четко, что их можно было сосчитать. Затем снова включил основной двигатель.
Но, к его ужасу, ничего не произошло. Адам подумал, что двигатели тоже могли выйти из строя, как и вспомогательные системы. Затем кулак, искавший свою цель, снова дважды ударил по шаттлу. Что-то схватило Адама и потянуло с такой силой, что он потерял сознание, вероятно на несколько секунд. Когда темнота, застилавшая ему глаза, исчезла, в поле зрения появились острые скалы, находившиеся прямо под кораблем. Плазменный двигатель снова загудел и зашипел, прежде чем замолчать навсегда.
– Уровень энергии плазмы – ноль, – сказал конденсат разума.
Шаттл падал, словно тот камень, который оказался между двух валунов. А затем развалился.
Оперативный центр Кластера. Срочное совещание в режиме реального времени (длительность —3,41 секунды).