Корабль
Наконец они добрались до комнаты, где их ждали множество сервомеханизмов, меньших по размеру, чем Хранитель. Посреди комнаты стояли две эмульсионные ванны, окруженные тихо гудящими системами жизнеобеспечения, а в них – старики, от которых едва ли осталось что-то кроме кожи и костей. Эвелин узнала одного из них: это был Адам девяноста двух лет от роду, находившийся почти в конце своей земной жизни. За ним у стены стояли два мобилизатора, готовые поддержать тело Говорящего с Разумом.
– Пожалуйста, дайте мне голову, Аурэль, – сказал Хранитель.
На этот раз Эвелин немедленно выполнила просьбу и наблюдала за тем, как Хранитель отнес голову фактотума к системам жизнеобеспечения и в интерфейсной комнате прикрепил ее к телу Адама в эмульсионной ванне. Уровень опалово-голубой жидкости в ванне упал, из ванны показалось лицо, ввалившиеся щеки, через изрезанное множеством морщин тело быстро пробежала дрожь, открылся рот. Первый вздох Адама был похож на хрип.
– Вы выполнили свое обещание, Аурэль, – сказал Хранитель. – Сознание вернулось в тело. А сейчас, пожалуйста, уходите.
Сделав два больших шага, Эвелин подошла к сервомеханизму, потянулась к его двигательным элементам управления, нажала на слегка наклоненный выключатель – он был предназначен для чрезвычайных ситуаций и показывал расход энергии в простых системах. Хранитель все еще двигал одной рукой, возможно, хотел повернуться и прикоснуться к Эвелин, но не мог – оставалось слишком мало заряда. Он мог только стоять.
Маленькие сервомеханизмы, оборудованные простым конденсатом разума, как ни в чем не бывало продолжали делать свою работу, готовя Адама к пробуждению. Следуя воспоминаниям Туссена, вернее воспоминаниям его окружающих, Эвелин активировала один из двух мобилизаторов, проверила степень его заряда и быстро включила функциональный контроль двигательных систем, пославший сообщение о готовности к работе. Сейчас необходимо было уничтожить еще один элемент управления. Она не сомневалась в правильности инструкций Туссена.
– Станция? – громко сказала она – Хранитель неисправен.
– Полученная информация ясна, – ответил конденсат разума станции коннектора. – Я свяжусь с Кластером.
– Нет, – быстро сказала Эвелин. – Это чрезвычайная ситуация, повторяю, это чрезвычайная ситуация. В вашей системе имеется опасная неисправность, из-за чего отключился Хранитель. Я должна разбудить Говорящего с Разумом по имени Адам, чтобы предотвратить дезинтеграцию его сознания.
– У меня нет данных о наличии неисправности, Аурэль.
– Ваша неспособность определить неисправность говорит о нарушении ваших функциональных возможностей. С вами говорит Аурэль. Подтвердите мою личность.
– Подтверждение успешно пройдено: Аурэль, возраст пятьсот два года, путешественница, последнее известное место жительства: Аляск.
– Верно, – сказала Эвелин. – Настоящим я ссылаюсь на дополнение о чрезвычайном положении. Уменьшите функциональность до базового уровня и начните обзор всех систем.
– Обзор займет десять минут, Аурэль.
– Хорошо. Начать сейчас.
– Дополнение о чрезвычайном положении, – повторил конденсат разума. – Базовый уровень.
– Начать сейчас подробную проверку системы.
Эвелин глубоко вдохнула. Все работает. Как говорил Туссен, станции коннектора оборудованы лишь простым конденсатом разума. Его наличие даже не обязательно, поскольку все выполняет Хранитель, а на станции часто присутствует Аватар. Самым важным было то, что в Кластере еще не все привилегии обычных людей были признаны недействительными – в противном случае ей бы не удалось применить чрезвычайное положение.
– Аурэль, на базовом уровне, – быстро сказала она.
– Подтверждено.
– Предоставь мне право управлять другими сервомеханизмами.
– Подтверждено, права предоставлены.
Эвелин повернулась к маленьким сервомеханизмам:
– Поместите Говорящего с Разумом в мобилизатор.
Немного посомневавшись, она добавила:
– Базовая функция, дай мне знать, если Кластер попытается вступить в контакт с тобой или если сюда будет приближаться Аватар.
– Подтверждено.
Активированный и проверенный мобилизатор, жужжа сервомоторами, пришел в движение и поплелся к ванне, где сервомеханизмы поменьше готовились вытащить тело Адама из остатков эмульсии. Они обернули его в адаптивную одежду, а затем осторожно и умело положили в рамку мобилизатора, соединив с системами жизнеобеспечения.
Адам открыл глаза и моргнул:
– Ребекка? – неразборчиво спросил он. – Тебя зовут Ребекка? Хочешь ли ты поплавать со мной на лодке? Мы могли бы взять лодку моего отца.
– Стимуляторы, – сказала Эвелин. – Нам нужны нейростимуляторы. Оснащен ли мобилизатор нейростимуляторами?
– Нет, – ответил один из маленьких сервомеханизмов. – Нейростимуляция проводится постоянно, помимо соединения со станцией коннектора для передачи данных.
– Но ведь существуют автономные стимуляторы, верно?
– Да.
– Быстро принесите сюда несколько штук и подключите их к системам мобилизатора.
Адам посмотрел на Эвелин и пробормотал что-то непонятное. Из его рта текла слюна.
Один сервомеханизм совершил реконфигурацию, обрел колеса и покатился. Другой посмотрел на Эвелин через свои визуальные сенсоры и сказал:
– На этапе адаптации Говорящему с Разумом следует дать успокоительное. Хотите ли вы…
– Нет, – ответила Эвелин.
Приняв успокоительное, Адам не смог бы отвечать на ее вопросы.
Тем временем сервомеханизм на колесах вернулся назад, держа в полимерных руках пять стимуляторов:
– Это максимальное число устройств, которое можно установить, – объяснил он. – Но рекомендуется устанавливать только два. Слишком сильная стимуляция ускоряет разрушение клеток, а в результате – дегенерация нейронов и…
– Установите их все, – сказала Эвелин. – Все пять.
Внезапно она вспомнила кое-что еще. Локализатор! Будучи Говорящим с Разумом, Адам в мобилизаторе был обязан носить локализатор, чтобы машины могли его найти. У нее был с собой скремблер от Туссена, но если он не работает, то Кластер все узнает.
– Локализатор Говорящего с Разумом необходимо удалить, – сказала она сервомеханизму, устанавливавшему стимуляторы.
Адам продолжал смотреть отсутствующим взглядом, моргать и беззвучно шевелить губами. Его взгляд был словно с того света.
«Это длится слишком долго, – с растущим беспокойством подумала Эвелин. – Мы уже должны быть в пути».
– Локализатор расположен внутри корпуса, – сказал один из сервомеханизмов. – Чтобы его удалить, необходима операция, занимающая около двадцати минут.
«Слишком долго, – подумала Эвелин. – Скремблера будет достаточно».
– Ну хорошо, – сказала она. – Адам уже готов?
Старик в мобилизаторе издал булькающий звук.
– Корректировка еще не состоялась. В настоявшее время он не может управлять своим мобилизатором.
Раздался голос базовой функции:
– Аурэль.
– Я слушаю.
– Я получил запрос статуса от Кластера.
– Не обращай внимания.
– Невозможно. Кластер обладает приоритетом командования. Отчет о статусе сейчас отправляется.
– Дайте мне контроль над мобилизатором, – сказала Эвелин, посмотрев на маленькие сервомеханизмы.
Сервомеханизм на колесах завершил установку стимуляторов.
– Программируется голосовой интерфейс, – сказал он. И через две-три секунды добавил: – Голосовой интерфейс установлен.
Эвелин поспешила к выходу из комнаты отдыха, мимо эмульсионной ванны со вторым Говорящим с Разумом.
– Мобилизатор, иди за мной.
Спеша из комнаты коннектора, ведомая чужими, уже тускнеющими воспоминаниями, Эвелин слышала тяжелое гудение сервомотора.
Снаружи их встретила тишина. Только ветер шелестел в кронах. Адам поворачивал голову из стороны в сторону и двигал руками и ногами, будто пытался вырваться:
– Ребекка…
– Я не Ребекка, я Эвелин, – поправила она, ведя в порт для шаттлов. Ее МФТ по-прежнему оставался единственным на площадке.