Корабль

– У нас нет ничего, кроме незавершенного фактотума, – ответил Максимилиан. Теперь его голос звучал намного серьезнее. – Мы могли бы сделать его через два-три месяца, но не сейчас.
Эвелин посмотрела на незаконченную голову фактотума.
– Есть ли у нас дополнительные модули памяти?
– Два, – прокричал Найтингейл. Его белокурые волосы развевались. – Снаружи, у корреляторов. Они были нужны для записи приоритетных сигналов и проникновения в сеть Кластера.
Эвелин пробежала мимо Максимилиана, который вносил поправки и проверял работу коннектора, нашла два модуля памяти, вернулась к фактотуму и добавила разработчиков в открытую голову. Она чувствовала, что надо спешить.
– Макс?
– Все в порядке.
– Установи соединение.
– Устанавливаю.
Найтингейл повернулся: он все еще был в системном поле. В облаке символов что-то сверкнуло, и его цвет изменился.
– Коннектор терминала позволяет нашему устройству работать как часть системы… О!
Эвелин наблюдала за дисплеями на сигнальных мостах, которые соединяли фактотум с цилиндром коннектора. Она повернула голову:
– Что?
– Кажется, Адам уже в пути, – сказал Найтингейл. –  Нам даже не нужно вызывать его. Он находится в процессе транспортировки. Когда он прибудет, коннектор терминала пришлет идентификационный сигнал.
– Тем лучше, – ответила Эвелин, вспомнив о том, что еще один шок от перенаправления сигнала транспортировки может разрушить стареющее тело и повлиять на сознание.
«Мы не должны его пропустить, – подумала она. – Нам нужно получить у него информацию. От нее зависит слишком многое».
– Связь стабильна, – пропел Найтингейл в своем системном поле. – Мы подключились к каналу передачи данных.
Он засмеялся:
– Это похоже на детскую игру!
«Игра, – подумала Эвелин. – Для Найтингейла, Макса и остальных это игра или что-то в этом роде».
– Кластер ничего не замечает, – добавил Найтингейл. Его речь все еще походила на пение. – Мы можем гордиться собой, Макс.
Максимилиан скупо улыбнулся.
Эвелин нетерпеливо ждала. Ее беспокойство росло.
– Есть только одна маленькая проблема, – сказал Найтингейл, подняв руки, и его пальцы коснулись пульсирующих символов. – Адам появится не в том коннекторе, где должен появиться на самом деле. А это приведет к расследованию. И если машины проведут его со всей тщательностью…
– …то заметят, что сигнал исходит отсюда, из коннектора терминала над нами, – сказал Максимилиан. – А поскольку Адама там нет, у них будет повод произвести внимательный осмотр и найти все прослушивающие устройства. Им уже давно надо было осмотреть нашу станцию наверху.
– Мы зарегистрировали прибытие Адама, – сказал Найтингейл. – Я получил сигнал подтверждения. Адам заходит по прослушиваемому каналу. Три секунды… четыре…
На затылке фактотума загорелся индикатор.
Гул коннектора стал громче, перекрывая гудение близлежащего главного канала Кластера.
Свет замерцал.
«Энергия, – забеспокоилась Эвелин. – Что с нашей энергетической сигнатурой и выбросами коннектора?»
…семь, восемь.
– Транспортировка завершена, – сказал Максимилиан, находясь у открытого пульта управления цилиндра. – Эвелин?
Цвет индикатора на затылке фактотума изменился.
– Подтверждаю получение.
– …десять. Соединение прервано, – Найтингейл остановился. – Гектор?
– Никаких нарушений я не заметил, – сообщил искусственный интеллект. – Мы можем…
Эвелин подождала несколько секунд.
– Гектор?
За каменной стеной был слышен лишь вибрирующий гул Кластера.
– Что случилось? – спросила Эвелин. – Почему искусственный интеллект не отвечает?
Свет снова замерцал. Из сигнального значка Максимилиана раздался голос:
– Снаружи два Аватара, – взволнованно сказал Рубенс. – Бартоломеус и Урания, если не ошибаюсь. Они послали сервомеханизм искать Саманту.
«Чертов идиот! – подумала Эвелин. – Это ловушка. Ты должен был предупредить нас. Вероятно, они отслеживают сигнал».
– Что? Канал связи защищен. Мы…
– Рубенс? – Максимилиан постучал по сигнальному значку. – Рубенс.
Эвелин быстро начала отделять голову фактотума от тела:
 
– Сюда уже идут два Аватара. Бежим к запасному выходу.
45
– Это слишком опасно, – Максимилиан указал на узкую шахту, которую несколько месяцев назад сделали Ньютон, Джаспер и Рубенс. Она вела вниз под углом примерно пятьдесят градусов. Для удобства передвижения на стенах были сделаны перила. Через сорок метров шахта заканчивалась, упираясь в стену терминала Кластера между главным каналом терминала и небольшим отверстием.
– Тебе просто нужно крепко держаться, – сказала Эвелин.
С обычным рюкзаком за спиной, в котором лежала голова фактотума с сознанием Адама, она протиснулась через узкое отверстие в шахту. Две-три секунды ее ноги болтались над пропастью.
– Я не это имею в виду, – ответил Максимилиан, стоявший над ней. – Спуститься в шахту – не проблема. Проблемы начнутся, когда ты захочешь попасть в воронку терминала. Это может привести к… несчастному случаю. Мы от них не застрахованы.
Они уже преодолели два метра и посмотрели наверх, где слабо светила химическая лампа.
– Ты боишься, Макс?
– Мне триста семьдесят восемь лет и нравится жизнь. Не хочу погибнуть в результате несчастного случая.
Найтингейл протиснулся за ними в шахту.
– У нас нет выбора, Макс. Когда Аватары прибудут сюда, они не зададут несколько вопросов, а потом отпустят. А еще… это захватывающе. Тебе самому нужно принимать решение, Макс, – Эвелин продолжала спускаться вниз, стараясь не зацепить рюкзаком стену. – Если ты останешься наверху, к вам, вероятно, придут в гости два Аватара. Наши маленькие хитрости позволяют лишь немного выиграть время. Им нужно лишь слегка надавить на Рубенса, чтобы узнать о «дыре».
– Рубенс никогда бы…
– Я уверена, что он тоже дорожит своей жизнью, – сказала Эвелин с горькой решимостью в голосе. – До сих пор участие в нашей группе для тебя было просто интересным времяпрепровождением, но сейчас все серьезно, Макс, очень серьезно. Или ты отдаешься Аватарам, ясно понимая, что это значит, или рискуешь, превращая жизнь в игру. Ты должен принять решение.
Последние слова прозвучали как-то странно. Эвелин внезапно поняла, что она может применить их и к себе. Когда она двести лет назад основала «Утреннюю Зарю» просто как безобидную группу наблюдателей, то убедила себя, что готова принести жертву ради дела. Но это были просто слова, а теперь ситуация изменилась, и они оказались на распутье, на границе, откуда нет возврата к старой, безопасной жизни. Рисковать собственной жизнью ради чего-то – довольно сложно. Но рисковать жизнью, будучи бессмертным, ставя на кон тысячи лет или даже вечность…
Найтингейлу, который всегда был романтиком и искателем приключений, решение далось легче. В некотором роде это было некое продолжение игры, просто со слегка измененными правилами. Макс в первую очередь был техником «Утренней Зари», не революционером и бунтарем, а самоучкой. Большинство бессмертных стремились снизить риски, избегая ситуаций, которые могут привести к несчастным случаям. Еще несколько минут назад Максимилиан думал так же, а теперь больше не видел безопасных путей, только лишь серую неизвестность, полную мин и подводных камней. Эвелин не могла на него злиться – она слишком хорошо его знала. Ей было его жаль. Уважение сменилось облегчением, когда Максимилиан нашел в себе силы принять решение. Он спустился в шахту и закрыл за собой крышку люка.
Эвелин посмотрела на Найтингейла, который надевал морфический камуфляж. Если немного повезет, он сможет замаскировать шахту.
– Защита уже активирована, – Максимилиан стал спускаться на глубину, спеша присоединиться к Найтингейлу.
Морфический камуфляж. Морфер, как называл это Джаспер. Это была молекулярная цепочка, которую разработали Ньютон и Джаспер. Она маскировала не только шахту, но и структуру породы на глубину в несколько метров. Камуфляж не выдержит тщательной проверки, но спасет от поверхностного зондирования. Аватары смогут обнаружить люк, только если внимательно просканируют конкретное место, потратив драгоценное время.