Школа пластунов
– Ну, с нашими торговцами это запросто. А вот с горцами… Да и казаки не все еще к ним привыкли. Упираются многие.
– Казакам через казачий круг весть подадим, – быстро отозвался Елисей. – Но и вы учтите, что из-за перехода этого цены на товар задирать не след.
– Не изволь беспокоиться, Елисей, – вежливо отозвался старшина. – Цена все та же останется. Выходит, про фальшивое серебро правда?
– Правда. Османы из-за войны решили нам тут очередную пакость учинить. Через перевалы железо это тащат. Так что горское серебро пусть все проверяют внимательно и прямо говорят, с чего так.
– Горцы обидеться могут, – подумав, высказался старшина.
– Так вы и не обвиняйте их. Говорите, мол, им в горах сравнивать особо не с чем, а тут даже образец фальшивой монеты есть. И что османы их специально используют, чтобы фальшивое серебро дальше расходилось. Пусть сами дома внимательно смотрят, от кого и что получают, – быстро принялся пояснять парень.
– Хотите, чтобы они сами таких несунов нашли? – сообразил старшина.
– Это было бы лучше всего, – кивнул Елисей. – Сами знаете, ни войскам, ни казакам все перевалы никогда не перекрыть. Их в основном непримиримые кланы держат.
– Выходит, серебро фальшивое через те кланы идет? – снова уточнил старшина.
– Похоже на то, – задумчиво кивнул комендант.
– Добре, господа. Понял я всё, – помолчав, решительно кивнул старшина. – Но и у меня к вам просьба одна будет.
– Излагай, – решительно кивнул комендант.
– Извольте, ваше благородие, на этот срок на базаре патруль поставить. Чтобы, значит, ежели вдруг кто спорить начнет или в драку полезет, солдаты такого крикуна сразу к порядку привели.
– Это правильно, – неожиданно поддержал парень старшину. – Это надо. Торг для нас место важное. Так что порядок на нем должен быть железный.
– Может, казаков отправить? – поморщившись, предложил комендант.
– Казаки – это особая статья, – качнул Елисей головой. – Но и они лишними не будут. Но пару патрулей на базаре держать все одно придется. Чтобы все понимали, что тут помимо казачьих вольностей, еще и имперский закон блюдут.
– Выходит, пару солдатских патрулей, да еще и разъезды казачьи? – удивился комендант.
– Казаков пешком, но при оружии, – принялся развивать свою мысль Елисей. – Солдаты, как обычно. Унтер и пара рядовых. Тоже с оружием. Мы, в конце концов, крепость воинская, или погулять вышли? И порядок на торгу должен быть такой, чтоб золотую монету оставь, и ту не тронут.
– Ваши б слова да богу в уши, – грустно улыбнулся старшина.
– Алексей Захарович, это и вправду нужно, – решительно заявил Елисей. – Вы и сами знаете, базар у нас самое важное место после самой крепости. А значит, на нем порядок наводить надо. Крепостной. Пусть и пришлые, и горцы знают, что на торгу баловать – себе дороже. А вот торговать, да дела вести, выгодно. Потому как никто тронуть без повода не посмеет. Торговые дела, и споры у них есть кому решать, – тут парень кивнул на старшину, – а порядок там наш будет. И еще. Объясните всем, что хватать фальшивую монету давшего самому не надо. Пусть торговец, которому ее дали, ту монетку в сторонку отложит и тихонько патруль зовет, пока покупатель не ушел. А потом, как патруль появится, и торговца того, и монетку солдатам или казакам передает. Дальше тут уж сами разбираться станем.
– Да, это верно. Шума лишнего поднимать не надо, – поддержал парня комендант. – Ни к чему лишний раз людей бередить.
– Добре, все исполним, – пообещал старшина, поднимаясь.
Попрощавшись, он вышел, а комендант, удивленно посмотрев на парня, неожиданно спросил:
– Ты решил себе военную карьеру сделать?
– Это с чего вы так решили? – растерялся парень.
– Да по командам твоим. Того и гляди, вместо меня комендантом станешь, – поддел его штабс-капитан.
– Господь с вами, ваше благородие, – рассмеялся Елисей. – Просто помочь хочу. Вы, Алексей Захарович, не забывайте, что я и сам тут живу и что школа моя тоже тут находится. Так что, чем больше порядка в крепости, тем мне лучше. И тем сложнее учениками моим будет безобразия учинять, – не удержавшись, поддел он коменданта, напомнив ему о похождениях своих башибузуков.
– М-да, похоже, закончились наши спокойные деньки. Скоро опять начнется. То чучело сперли, то кобылу раскрасили, – рассмеялся в ответ комендант, гася в пепельнице очередной окурок.
* * *Набор ребят в школу Елисей решил устроить серьезный. На этот раз, опираясь на уже имеющийся опыт, парень решил для начала устроить небольшую вступительную проверку. На силу, выносливость и сообразительность. А еще на внимательность и реакцию. В общем, туповатые увальни и тугодумы ему были не нужны.
Возраст принятия в школу он решил определить в тринадцать лет. Два года обучения – и в пятнадцать уже готовый боец. Первый выход в поле казаки устраивали своим сыновьям в шестнадцать. Так что это решение не сильно выбивалось из привычного ряда. Ребят ему привозили разных. Казаки, решившие отдать ребят в учение, наблюдали за испытанием внимательно, но с явным одобрением.
Для умудренных опытом бойцов сразу было понятно, что таким образом Елисей выбирает тех, кто действительно со временем станет настоящим пластуном. О первом выпуске школы по крепости уже начали ходить байки и легенды. Особенно о том, как они в соседских дворах безобразия учиняли и как их всем миром отловить пытались.
Скидку на силу и выносливость Елисей делал только сиротам. Ну откуда, скажите на милость, взяться силе у мальчишки, который досыта ел только при покойных родителях? Так что, глядя на тощие фигурки привезенных сирот, парень только вздыхал, мысленно уже выстраивая порядок работы с этими мальчишками. Для начала их нужно было элементарно откормить. Но, к удивлению самого Елисея, сирот по станицам и хуторам оказалось не так много, как ему раньше казалось.
В основной своей массе родственники старались забирать осиротевших ребят к себе. А вот вдовьих детей было гораздо больше. Поэтому каждый раз, встречая очередных претендентов, он, глядя в глаза матери, честно предупреждал, что такое служба пластунов и чем эта учеба может для ребят закончиться. Но тут его ожидало серьезное удивление. Вдовы, выслушав его, тяжело вздыхали и, обняв сыновей, обычно отвечали так:
– На все воля божья. А без науки он и в станице пропасть может. Всю жизнь сына у подола не удержишь. Отец казаком был, и сыну таким быть.
После этих слов они крестили мальчишек и решительно подталкивали их к парню. В итоге, набрав полтора десятка новых учеников, Елисей разделил их на две группы и начал занятия. Казачий круг, узнав о наборе, в полном составе прибыл на отбор и внимательно наблюдал за приемной экзаменацией, как обозвал это действо сам парень. В итоге вся эта беготня и разгадывание загадок было признано стариками действенным способом, после чего казаки отправились по домам. Но самым интересным был разговор парня со Святославом.
Вечером после окончания приема старик лично явился в новый дом Елисея и, с интересом оглядевшись, тяжело опустился на поданный парнем стул. Вздохнув, Святослав глотнул поданного Санькой чаю и, огладив бороду, тихо спросил:
– Думаешь, из всех пластуны получатся?
– Видно будет, – хмыкнул Елисей. – Я выбирал лучших.
– А раньше что такого не делал? – тут же последовал вопрос.
– А не надо было, – пожал парень плечами. – Первый набор только моей придумкой был. На мой кошт, да на мое время. А теперь приходится все делать, чтобы мордой в грязь не ткнуться. Потому и пришлось выбирать.
– Но сирот, смотрю, всех забрал, – не унимался старик.
– Верно. Но их всего четверо. Так что обучу, чему сумею, а дальше видно станет. Кто не потянет, другое занятие найду.
– Это как? – насторожился Святослав.
– Ну, пластуном не всякий стать может. К примеру, вдруг у кого с глазами плохо станет? А соображает парень хорошо. Вот и начну его на кого другого учить. На казначея, к примеру. Или на мортирного артиллериста. Там можно и в очках воевать. Главное, считать уметь быстро. Главное, что род казачий не прервется, и дело мальчишке по душе будет.