Школа пластунов

Илью встретили всем коллективом. Мальчишкам было до жути интересно, что именно они сумели захватить в своем первом бою. Хотя и боем это избиение назвать было сложно. С револьверами против шашек, это даже не смешно. Но бросать мальчишек в рукопашный бой против взрослых, матерых мужиков Елисей не собирался. Слишком много сил и средств было в них вложено. А самое главное, он привык беречь своих людей. Так было в прошлой жизни, так идет и теперь.
Отправив Илью мыться и обедать, Елисей с ребятами принялись разгружать и обихаживать коней. И только после завершения всех текущих дел был начат осмотр добычи. Развязывая мешки, Елисей выкладывал их содержимое на принесенную из дома лавку. Нашлись в мешках и продукты, и ткани, и домашняя утварь. Похоже, эту шестерку отправили на базар закупить все необходимое для какого-то праздника, а эти олухи решили рискнуть и добыть кое-что для самих себя.
– Что скажете, ребятки? – задумчиво поинтересовался Елисей, оглядывая разложенные товары.
– Не иначе, к тою готовились, – тут же отозвался Андрей. – Вон, из продуктов только мука да сахар. А там еще сладости какие-то. Точно, праздник у них.
– Согласен. А остальное для подарков купили, – кивнул парень. – А по цене как?
– Ну, рубля на три серебром товару тут, – задумчиво протянул Мишка.
– Выходит, казакам по рублю на ассигнации отдать надо, – согласно кивнул Андрей.
– А не жирно им будет? – насупился Мишка.
– Не жадничай, – качнул Елисей чубом. – Нам не столько деньги, сколько слава добрая важна. А деньги – пыль. Сильно надо будет, найдем. Со мной пойдете. Все, – жестко закончи он.
– А зачем, Елисей? – не сдержал Мишка любопытства.
– Чтоб видели они вас и запомнили, кому жизнью обязаны. Ну и прибытком, само собой, – усмехнулся парень в ответ.
Дождавшись, когда Илья закончит обед, Елисей построил своих подопечных во дворе и, придирчиво осмотрев их, одобрительно кивнул. Крепкие, подтянутые мальчики в чистых, подогнанных по фигурам черкесках и начищенных сапогах никак не походили на тех леших, что выскочили из леса на тракт, в три секунды уничтожив шестерых нападавших.
– В колонну по два, становись, – скомандовал Елисей, и ребята моментально выполнили ее.
Выведя ребят на улицу, Елисей спокойным шагом повел их к плацу. Казаков, если у них не было в крепости знакомых, должны были поселить в казарме. Вот туда-то они и шли. Спустя десять минут дежурный вызвал вновь прибывших, и вся четверка, выйдя на улицу, растерянно замерла, удивленно разглядывая ребят.
– Ну вы и шустрые! – удивленно буркнул десятник. – Мы верхами дольше ехали, чем вы пешком прибежали. Чего хотели-то?
– Ну, так, добыча взята. Пора и разделить, – усмехнулся парень.
Не ожидавшие такого казаки удивленно переглянулись. А Елисей между тем продолжал:
– В общем, они, похоже, с торга ехали. Товару у них, на наш общий взгляд, не так и много было, но по рублю на каждого мы вам выплатить готовы. Как? Согласны, или желаете сами на товары глянуть?
– Господь с тобой, парень, – отмахнулся десятник. – Мы и того не ждали.
– Тогда извольте получить, – улыбнулся Елисей, доставая из кармана несколько ассигнаций. – Вот, по рублю на каждого, как и обещано, – добавил он, раздавая купюры.
– Спаси Христос, парень, – вежливо благодарили казаки.
– А звать-то тебя как? – вспомнил правила вежливости десятник.
– Елисей Кречет я.
– Погоди, так это ты с атаманом тот завод, что мортиры делает, затеял? – тут же отреагировал десятник.
– Я.
– От же свел Господь. Спасибо тебе, парень. От всего нашего десятка спасибо, – вдруг проговорил казак, низко, кланяясь. – Спасли нас недавно мортирки твои. Непримиримые разъезд зажали, да с нами одна мортирка была. Так и отбились. Не будь ее, там бы и конец нам всем пришел.
– Одно дело делаем, казаки, – только и нашелся, что ответить Елисей.
* * *
После той стычки на тракте мальчишки принялись тренироваться с еще большим упорством. Дошло до того, что Елисею пришлось осаживать их рвение, чтобы детские организмы не надорвались от нагрузок. Бабка Радмила, регулярно накрывая на стол, то и дело ворчала, что такую ораву прокормить, проще самой застрелиться, но при этом ловко подкладывала пацанам добавку, попутно поглаживая их по стриженым головам.
 
Елисей, чтобы не выбиваться из ритма, решил проводить тренировки и приемы пищи всем вместе. Как он сам объяснял ребятам, чтобы каждый из них знал, сколько времени нужно другому, чтобы поесть. А на самом деле, чтобы еще и таким способом облегчить жизнь вдовам. К тому же Радмила по его просьбе готовила плотную, калорийную пищу, а чем ребят могли накормить дома, большой вопрос. На кружке молока и краюхе хлеба сильно не побегаешь. А нагрузки у группы увеличивались не по дням, а по часам.
Все эти усилия не могли не сказаться на его воспитанниках. Мальчишки вытянулись и заметно окрепли. Это стали замечать даже соседи, и теперь все чаще в их адрес звучало не «эй, пацанва!», а уважительное – «казачата». На их тренировки по стрельбе взрослые казаки даже ходили посмотреть как на какое-то представление. Ведь Елисей обучал ребят стрелять не только из привычных положений, но и на ходу, на бегу и даже в прыжке с переворотом.
Патроны от этих тренировок сгорали сотнями, но Елисей был доволен. Уже сейчас эту команду можно было смело выпускать против банды, превышающей количество стволов его подопечных вдвое, и в результате парень был уверен. Чему-чему, а стрелять и прятаться он их научил крепко. Перемещаясь в подлеске, мальчишки умудрялись просочиться там, где ни один нормальный человек и не подумает прятаться, а их лохматые комбинезоны скрывали фигуры так, что рассмотреть ребят невозможно было уже в двух шагах.
Из дюжины захваченных на тракте коней парень решил оставить восемь, по одному на каждого обучаемого, и теперь мальчишки старательно обучались выездке под руководством старого казака. Тут была и просто скачка, и джигитовка, и владение оружием на скаку. Глядя на своих учеников, Елисей понимал, что примерно через год нужно будет устраивать первый выпуск этой странной школы, но помня их возраст, только удрученно вздыхал про себя: «Дети же еще. Хотя в этом времени взрослеют гораздо раньше».
Его сомнения разрешил дед Святослав. В очередной раз явившись на тренировку по джигитовке, старик с доброй улыбкой понаблюдал за ребятами и, присев рядом с парнем, тихо спросил:
– Чего пригорюнился, казак?
– Их через год можно будет готовой командой в поиск отправлять. А смотрю, и вижу мальчишек, – вздохнул Елисей.
– Сам-то намного старше был, когда нападение горцев на станицу отбивал? – усмехнулся в ответ старик. – Не журись. Никто их в строй ставить не будет. Я уж атаману весточку отправил. Так и станут своей ватагой ходить. И жить тут, в крепости. Смотрю, выучил ты их добре. Друг дружку словно нюхом чуют, – добавил он, указывая на ребят, которые в этот момент пустили коней каруселью и начали перекидывать друг другу обнаженные шашки.
Получалось у них это и вправду здорово. Взлетев, подкинутая шашка делала в воздухе один оборот и ложилась рукоятью в ладонь напарника. Это и вправду выглядело, словно цирковой номер. Особенно когда это проделывали сразу восемь всадников одновременно. Старый лошадник Опанас, стоя в середине этой карусели с хлыстом в руках, то и дело звучно щелкал им в воздухе, заставляя ребят одновременно менять аллюр или начинать другое упражнение.
– Ишь, стараются. А Опанас, пень старый, ведь нарочно в самую середку встал, чтобы мальчишки старались сильнее, – комментировал Святослав, одобрительно усмехаясь. – Добре ты мальцов выучил, Елисей. Вот ей-богу, добре, – неожиданно похвалил он, хлопнув себя ладонями по коленям. – Будет в крепости своя ватага пластунов. Ты только не бросай это дело, парень, – понизив голос, попросил старик. – Ты пойми, старые казаки уходят, а науку воинскую и сохранить некому. Вот и подумал я, что школа твоя и будет хранилищем таким. Сможешь?