Плетеная экскурсия (СИ)
— Бессмертный, ты… это…
— Сам разберусь, — просил я затруднённому Вихрю, на что он радостно закивал.
— Почтенный Фуметсу-сама, почтенный Акасита-доно, со всем уважением, передаёт вам приглашение на беседу, — выдал вывернутый, подрагивая.
— Вот, что тросы животворящие творят! — отметил я. — А чего это опять меня обзывают?
Впрочем, обидеться мне не дали, а вихревы жёны приглушёнными голосами пропищали, что это Имя почтенного на нихонском.
— Варвары какие, — под кивки Вихря слегонца поглумился я. — Ладно, веди.
Помахал лапой и под пожелания всякого хорошего попарил, не торопясь, за нечистиком. Ну а что, у меня с этой Акаситой и так, и так в планах поговорить. Думал, прорываться придётся, а тут сами зовут. Да я только «за», широко оскалился я, а нечистик аж шарахнулся от моего добродушного бессмертия.
Но не улетел, а уверенно вёл меня к небольшому пику на краю ущелья. Вершину которого скрывала совершенно чёрная, невозможная, ну в общем — небывальская туча. И присутствие этой Акаситы чувствовалось всё сильнее, по мере приближения.
А вот нечистики, которые были «рядом с папкой», явно разлетались в стороны. И это мне не то, что не нравилось. Просто указывало на то, что нечистик-князь настроен на возможный конфликт, оберегая подчинённых-энергодоноров от возможной опасности. Или просто заботится — и такое возможно, чай, не чиновник какой.
Но, в любом случае: я летуч, могуч и тросоват. И может получится ВЕСЕЛО, начинал умеренно веселиться я, на всякий случай.
13. Небывалая небывальщина
Наконец, нечистик подлетел к зоне «уверенной видимости» и срулил нафиг. Удивлённая Зелёнка сообщила, что таких нечистиков не содержит ни один из бестиариев сети, да вообще — не бывает. Элементы его — есть у ряда нечисти. А скомпонованные вместе — химера неприличная, и такого не бывает.
— Конечно не бывает. Это же небывальщина, — оттекстил я.
— Очень смешно:-Р
— Не очень. Лен, тут место, где нечистики размножаются половым путём. И люди и металюди, судя по тобой же сообщённому — не всегда самые желанные партнёры.
— Хм.
— Вот да.
— Это получается — четыре нежитетипа. Как?!!
— Жертва групенсекса, — мудро отметил я под ржущий смайл Зелёнки.
И показался этот самый Акасита. Могуч в небывальщине, факт. А внешне он и был этим чёрным облаком, точнее оно было его «одеждой-кожей». Из которых торчала редкостно омерзительная чёрная ряха. С плоским и широким носярой, огромной треугольной пастью, из которой вываливался токий и острый язычина. Зубья в пасти были острыми, скорее свойственными пресмыкающемуся или рыбе — ни резцов, ничего такого. Чисто клычины.
Буркалы этого акаситы были вытаращены до натуральной круглости, бровищи мохнатые подняты как бы «в удивлении». И огромное всё, между буркалами метра полтора. Ну и покрыта эта отвратительная ряха частой чёрно-седой шерстью. Как и пара когтистых трёхпалых лап, торчащих из облака рядом с рожей.
— Зачем ты пришёл сюда, Бессмертный? — уставился на меня этот тип.
Довольно забавно уставился: с учётом его здоровенных выпученных буркал, он их, по сути, собрал в кучу, чтоб пыриться на меня. Впрочем, смех-смехом, а не смешно ни разу, вообще-то: охеревшая нежить спрашивает меня, почему я иду, куда мне вздумается.
— Здрасти, — помахал я лапой слегка дёргнувшему веком Акасите (что, с учётом его габаритов, было прекрасно заметно). — А не изволит ли почтенный Акасита-доно проследовать нахер со своими вопросами? — светски полюбопытствовал я.
— Невежа!
— Вот и я про то же, — веско покивал я. — Кто ТЫ такой, чтобы задавать МНЕ подобные вопросы?
— Я — хозяин этих мест!
— Ты — пришлый хрен с островов, — любезно просветил я облако без штанов. — И Я тебе задаю вопрос — что ТЫ делаешь тут?
— Я здесь по Праву Силы, — буркнул нахмурившийся нечистик.
Причём не только бровищи свёл, но и рожа покраснела, точнее, с учётом шерсти — побордовела. И в чёрном облаке просверкнуло несколько зарниц. Гневаться изволит, хрен островной. Ну да сам виноват — мы, как я чувствую вблизи, примерно равны. Точнее, я посильнее, но у меня как бонусы, так и ограничения из-за металюдства и химеризации. Кащей, как он есть, этого Акаситу на волшебном посохе с нехилым набалдашником бы вращал безответно. Потому как нечистик этот опасен для людей и слабых духов. Силён, как сволочь, но направлен на размножение и тучегонятельство, чувствуется.
— Не признаю твоё Право, — небрежно бросил я.
— Хочешь битвы?!!
— Нахрена? — уточнил я. — Мне это ущелье не нужно. Я просто не считаю тебя его Хозяином. Ты ветром, тучками, трахом заведуешь — это твоё дело. Но ущелью ты не хозяин, так что вопрос, что Я тут делаю — смешон. И не поздоровался, быдла неприличная, — как бы в сторону бросил я.
Акасита погневался, буркалами повращал, зарницами посверкал. Но с мордой, полной оскорблённой обиженности, всё же «скушал» мои аргументы: небывальщина моё «право на вердикт» признавала, а контраргументов у этого Судьи не было.
— Хорошо, — процедил он с такой рожей, что видно было сразу — ни хрена не «хорошо». — Зачем ты пришёл ко мне?
— Ты меня позвал, — развёл лапами я.
— Играть словами недостойно…
— С хрена ли? — искренне заинтересовался я.
Акасита помялся, наконец, начал звереть, зарницы превратились в молнии, бьющие в скалу с грохотом.
— Ты!!! — тыкнул в меня пальцем когтистой лапы нечистик. — Ты знал, что я тут!!!
— Знал, — покивал я.
— И явил свою силу, зная что я тут!!! Ты хотел говорить!!! Не лукавь, Судья!
— Ну-у-у… уговорил, невежливый нечистик. Есть к тебе разговор.
— Говори, — царственно бросил он.
— Слушай, — царственно бросил я, обрастая короной. — Твои подданые берут с проезжающих слишком много. Не давая ничего взамен…
— Не давая?! — оскалился нечистик. — А знаешь, Бессмертный, сколько цзяньши рвётся в Ворота?! Если бы не я и мои слуги — Ворота были бы забиты окоченевшей мертвечиной!
Видимо, эти самые прыгучие упыри, с которыми сейчас лениво воюет Зелёнка. Учитывая, что она мне оттекстила на визор «похоже на то», да и интеграцию нечистика в небывальщину — так и есть.
— Убедил, — не стал говниться я. — Но даже так — дань берётся один раз. А твои слуги требуют дань КАЖДЫЙ. И это — кривда.
— Это — правильно! — вытаращился на меня Акасита.
В небывальщине взвихрилось, поколебалось, да и успокоилось. А я буквально почувствовал смысловой посыл: «Шли бы вы нахер! Подеритесь или договоритесь, а я, кто прав — не знаю!»
В общем-то, учитывая статус — логично. И вот что будем делать-то? А, ладно, выскажу хотелки обстоятельно, а остальное — разберёмся, пусть само это облако без штанов решает.
— Что я предлагаю тебе, Акасита: твои слуги берут дань ОДИН раз. И этого довольно. Нужны им люди для потрахушек — ТОЛЬКО добровольные сожители. И это — правильно.
Нечистик нахмурился, покорчил рожи и выдал:
— Один раз — им не хватит!
— Работать не пробовали? — ехидно уточнил я. — Ты защищаешь ущелье от цзяньши, может, ещё какой пакости. но ты и десяток сильнейших слуг — довольно! А остальные? Тебе они нужны, но люди их кормят именно поэтому! Вокруг, по сути, пустыня! Пусть, как честная нечисть, за дары отдают-что-то! Это — правда.
— Это — правда, — нехотя признал нечистик. — Но не вся! И слуги мои будут собирать дань не раз! Добровольность жены… Согласен, правда. Но только это!
— Не договорились? — весело оскалился я.
— Не договорились, — выкатил язычину нечистик.
— Право Силы, — констатировал я.
— Что ставишь? — поинтересовался Акасита.
Показав этим себя ОЧЕНЬ порядочным нечистиком: сама формулировка «нападения по праву силы» предполагала, что я ставлю ВСЁ, взамен претендуя только на желаемое. Ну… реально — честность так и прёт, по-другому не скажешь, вынужденно признал я.
Вопрос в другом. А что мне ставить-то? Ну как-то вынужден признать, что ничего ценного для нечистика у меня и нет. Ну, в смысле, подобного калибра. Хотя…