Плетеная экскурсия (СИ)
Но нет, живут, копошатся. Правда, очень много нечисти в правителях, что, в общем-то, неудивительно. Ленка сама офигела, когда узнала, что сёгунствует Токигава — то ли одержимец, то ли нежить, но именно он, и тот самый.
Далее, по Окинаве прилетело, но половина народа выжила. И начало там реставрироваться королевство Рюкю. Которое всяких там нихонцев не особо любило и связей особых не имело. А потом вообще — закрытая территория. Этот самый Хонсюзин — Ван, царская морда по рюкюинскому. И всё. Нечисть какие-то связи имела, но сетевым операторам не докладывала. Или они сами скрытно молчали — чёрт знает.
А, самое главное, ни хрена мне не нравилось поведение небывальщины. Мне НАДО было туда, очевидно — прибить этого казла. Или посмотреть в его казлинские глаза, или на спину плюнуть. Но именно «надо», не непреодолимо, но… Да чёрт знает. В принципе — можно и смотаться. В принципе на неудовольствие, с занесением в тело, от моего Бессмертия этот тип нарвался на 146 %.
И, возможно, небывальщина потому и подталкивает… Ладно.
— Лен, я на Окинаву хочу смотаться, — озвучил я.
— Наверное — правильно. Если этот Хонсюцзын на Хельгу нацелился — может не оставить в покое. Но там весь остров…
— А я — Кащей Массового Поражения. Да и не собираюсь я там геноцид учинять. Но с ваном этим поговорить надо.
— Небывальщина?
— Угу.
— Я с тобой.
— Не…
— Не спорь, Кащей. Поедем на Траке. Я тебе пригожусь, — показа Зелёнка язык. — И Хельга мне не чужая. И даже ты, злодей такой. И вообще!
— Ну-у-у… — задумался я. — А как Трак до океана-то доёдёт? Тайка непролазная!
— А зачем тайга? Это дракон по прямой летел, а мы по степям!
— По степям — в принципе можно, — прикидывал я. — Но меня — слушаться!
— Хорошо, папа Кащей, — изобразила примерную девочку зелёная вредина.
— Наших ждём?
— А смысл?
— Ну что добрались… Хотя ты права — особо никакого. Значит, собираемся. И… а я не против, — сам удивился я, поняв что если в Траке, да и с женой — так может и неплохое путешествие выйти.
И интересное, в общем. Так что закопошились мы, ставя замок на «консервацию» и собираясь для путешествия. Часов двенадцать собирались, с партнёрами, уже полтыщи километров преодолевшими пообщались, да и выдвинулись потихоньку из Стального.
7. Степь да степь
Если начистоту — столь быстрый отъезд был связан скорее с «тянущим» чувством моего Бессмертия, нежели с критической необходимостью. В принципе — хамское насылание на наших партнёров мохнатого червяка, безусловно требовало кары. Жестокой и беспощадной. Но можно было Хельгу со Славкой и дождаться: Славка сотворил «ездового энта», а если совсем точно — древесного голема, смысл существования которого — щемиться через тайгу на максимальной скорости. И дней через шесть будут они дома, но тянуло. Что-то неоформленное, непонятное, связанное, опять же, с Именем.
Вроде можно и забить, но забивать очень не хотелось. Кроме того: нам с Зелёнкой, в процессе прокладки маршрута, стало интересно. А что? По степной границе проехаться, на всяких посмотреть, себя показать, злодейств зловредных учинить побольше — милое дело.
При этом, Ленка правильно подметила — у этого коллекционера сволочного в подчинении, на минуточку, немалый остров. Вроде там какое-то «подполье» из законного вана и законных прихлебал законного вана. Но, несмотря на лютую отмороженность этих насквозь законных типов (ну а что, сдохнуть за ради того, чтобы сказать какому-то там гайкокудзину, что его ограбить пытаются!), этот Хонсюдзин ванствует со страшной силой.
Что означает: либо высокую преданность узурпируемого населения — и крайне неприятно. Потому что на Окинаве тыщ сто-стопятьдесят примерно, судя по косвенным данным сети. Как-то повторять подвих с Ордой моё бессмертие не тянет, и так со всплывающими воспоминаниями бороться приходится иногда, блин.
Либо незыблемость власти Хонсюдзина строится на личной силе — его, либо личных прихлебал. Это уже полегче, но если сила именно личная — может быть кисло. В плане нарвётся Кащей на весельчака повеселее себя и порвётся всеми своими тросами.
Как-то не очень мне нравится подобный сценарий, но масса факторов за то, чтобы хотя бы проверить, что во всяких этих Окинавах творится. Ну и не стоит забывать «ультимативный негатор». Думаю, этой хренью и богов, если бы они были, можно было бы затыкать до развеивания без следа. Судя по её «антинебывалости» — душе, например, точно звиздец настанет.
Ну и, предположим, у Хонсюдзина этого личная сила, лютости немереной, что-то типа Малахитницы окинавской. Так отдавать Хельгу какому-то хрену, а потом Славку на поругание — а он за женой попрётся, факт! А потом, возможно, этом коллекционеру трахнутому Зелёнка приглянётся, а для комплекта. В общем — надо разбираться, точно узнавать, а по результатам либо на нож сволоту насаживать, либо пинка начислить, по обстоятельствам.
Под такие мысли и беседы мы двигали на Траке на юг. Маршрут у нас был примерный, но Зелёнка уверяла, что проходимый. Конечно, из палестин, по которым мы намереваемся ехать, вышла Орда. Но во-первых, скорее всего, все ёопнутые придурки вместе с ней и сдохли. А, во-вторых, даже если и не все — пофиг, справимся. Уедем, ехидно отстреливаясь, если что.
А шёл он по границе степей и тайги, плюс-минус. И, между прочим, вполне можно позаглядывать во всякие поселения — интересно, а бежать, сломя голову, нам и не особо нужно. Славка с Хельгой приедут в уже «передвинутый» замок — мы мастеров наняли. Довольно забавно, что из-за отсутствия подвалов данная процедура не требовала вообще ничего. Мастера именно «передвинут» здание, медленно и печально, даже не разобьётся ничего, и вода в бассейне не расплескается, хех.
Ну, в общем, гонки — нет. С вопросом разобраться можно, но округу осмотреть — не помешает, факт.
И вот, едем мы, особо не торопясь. Природами любуемся, музыку слушаем, телами дружим и вообще — неплохо всё. И вот, выехали мы в степи, повернули на восток.
И — первая странность. Местные ушастые, которых в азиях всяческих не сказать чтобы до хрена, поголовно жили в Меллорнах. Я на этот факт обратил внимание, поскольку за дюжину часов, при полном отсутствии встречных-поперечных, мы проехали три Меллорна. На горизонтах, посреди степи виднелись.
— Лен, а чего это они такие омеллорненные? — заинтересовалась моя любознательность.
— Не знаю. Защита? — предположила Зелёнка.
— От кого? — на что ответом стало пожатие плечами. — Вот да. Смотри: сюда никто толком не бомбил. Орда, насколько я знаю, формировалась на границе с лесами, да и попёрла на Столицу чуть ли не через неделю после изменения.
— Примерно так, — согласно махнула ушами супруга.
— Вот. И какого хрена они меллорнов развели, как сволочи? Ну Столица — понятно, там нечисти, как грязи, нежить и вообще. А тут-то нахрена? Кто местных остроухих харчит настолько промышленными масштабами?
— Не знаю, посмотрю. Вроде, после ухода Орды, Средняя Азия — вполне мирное место. У нас, в Конфедерации, опасностей и неприятностей больше, — отметила Ленка, застукав по кнопочкам.
— Во-во, скинули на голову бедным Кащеям орду своих свинотрахов, — ворчал я. — А сами тут живут и радуются.
В общем, Ленка клацала-клацала, а ничего не выклацала. Нет в средней Азии звиздецомы, чтоб растить города-деревья. Вот просто нет, хотя и не сказать, чтобы совсем всё мирно и хорошо: своих неприятностей хватает.
Правда, какой-то её корреспондент, из неазиатских, но явно «в теме», выдал такую вполне возможную теорию: дорогие понты, безопасность (ну, как не крути, а Меллорн — очень комфортное и безопасное обиталище). А на людей, точнее ушастых, добровольно саможертвующихся, местным индифферентно. Памятную табличку на стенку повесили и запомнили героями.
— Ну, может быть, — прикинул я. — В принципе — у ушастых вообще склонность видовая к всякому идиотскому и «красивому» самопожертвованию.