Газлайтер. Том 18 (СИ)
— В брачную ночь поймёшь!
Настя мгновенно краснеет, отводит взгляд, и на лице её появляется то ли смущение, то ли попытка не задохнуться от мысли, которая пронеслась в голове.
— Светка… — тихо шепчет она, но подруга уже в своей стихии.
— Ладно-ладно, не буду тебя смущать! — Светка вдруг оживляется, словно её осенило блестящее вдохновение. — Слушай, а давай махнём на денек вместе в Тавиринию? Завалим какого-нибудь огромного живнюха, а потом будем есть его целую неделю всей семьей!
Настя смеётся, едва вернув себе самообладание.
— Живнюха? Звучит заманчиво, но ты уверена, что Даня разрешит?
— Конечно! — Светка машет рукой, будто уже уладила всё заранее. — Я отпрошусь, а он наверняка согласится. Ну, может, с условием, что нас будет сопровождать отряд тавров.
Настя кивает, представляя предстоящую авантюру, и ухмыляется. В памяти всплывает картина: огромный живнюх, размером с гориллу, но с нелепыми кроличьими ушами. Забавное зрелище, да и впечатляющее.
— С тобой хоть куда, Светка. Особенно если это включает охоту и что-то вкусное.
* * *На обеде улыбающаяся Лакомка сказала, что собирается с Камилой, Катей и Леной в детский магазин. Я кивнул с лёгким «да», не особо вникая в подробности. Всё-таки мои мысли были заняты предстоящими иномирскими гостями, и, задумавшись, я добавил:
— Кстати, придут лорд Бершарк и его приятель. Ты его знаешь?
Лакомка лишь невозмутимо пожала плечами, не отрываясь от тарелки:
— Знавала когда-то…
— Может, хочешь с ними пообщаться?
Лакомка изогнула бровь, не особо заинтересованная:
— А зачем, мелиндо? Я лучше за детской кроваткой с девочками.
И то верно.
После обеда, наконец, они появляются. Два дроу. Ну, конечно, не обошлось без шика. Машина — огромная, блестящая, вся в наклейках и с какими-то вычурными гравировками на металле. Такое ощущение, что они только что выехали с какого-то шоу автомобилей, где единственный критерий — насколько ярко сверкает.
Сам Бершарк сверкает золотом, будто решил переплюнуть новогоднюю ёлку. Серьга с крупным бриллиантом на ухе так и просится в витрину ювелирного магазина, а малиновый пиджак — вообще отдельный шедевр. Ну, и для полной картины — два «Ролекса» на одной руке. Видимо, на случай, если один вдруг отстанет. Я едва не рассмеялся в голос.
Малиновый пиджак? В прошлом году уже все поняли, что это даже для бандитов перебор. Вспоминаю банду цыган в Будовске. Так вот, даже они были скромнее и не наряжались в такое буйство красок. Видимо, местные прилавки с модными товарами окончательно сорвали этому дроу крышу.
Бершарк вальяжно разваливается в кресле. Второй дроу встает за его спиной. Видимо, слуга. Он, кстати, одет поскромнее, никакого показного шика, да и не строит из себя важного царя Гороха.
— Я не вижу принцессу Люминарию, — Бершарк демонстративно крутит головой.
— Потому что ее здесь нет.
— Спасибо, но я не слепой! Она вообще в курсе о моем приезде?
— Если еще на забыла, то да, — говорю, намекаю, что интерес Лакомке к его визиту примерно на уровне любопытства к пролетевшему за окном воробью.
Бершарк явно не ожидал такого ответа. Его брови взмывают вверх.
— То есть она знала, что я приеду, и всё равно решила не приходить?
Я коротко киваю, без тени эмоций:
— Вас что-то смущает?
Он хмурится. Кажется, сейчас он выпалит язвительную реплику. Но его спутник, до этого молчавший, вдруг вмешивается:
— Милорд, может, мы уже перейдём к делу?
Бершарк закатывает глаза, но, к моему удивлению, смиряется. Похоже, слуга обладает непререкаемым авторитетом для этого сноба.
Лорд-дроу вдруг резко выпрямляется и, глядя на меня с вызывающим прищуром, громогласно заявляет:
— Человек, называющий себя лордом Филиным! Багровый Властелин За Океаном требует объяснений: по какому праву ты захватил Совет Лордов в плен?
Я без спешки поглаживаю свой подбородок.
— Значит, он вас сюда отправил? — произношу я с любопытством. — Багровый Властелин интересуется судьбой своей дочери?
Бершарк хмурится, и в его глазах появляется тень замешательства.
— Какой ещё дочери?
— Леди Зильдраэн, конечно. — Пленённая дама Алого холма так часто размахивала именем своего грозного бати, что удивительно, как Бершарк умудрился обойти её своим вниманием.
На его лице появляется язвительная усмешка.
— А-а-а, понял. Она всего лишь бастард. Её жизнь Багрового Властелина не волнует. Если быть точным, его она не интересует как дочь. Но как член Совета Лордов — совсем другое дело. В этом качестве она представляет ценность.
— Так почему Совет Лордов находится у вас в заложниках? — Бершарк сверлит меня взглядом, пытаясь звучать властно, хотя это больше похоже на зависть. Забавно, конечно. — Как ты вообще сумел их захватить? — переходит он на «ты», сам не замечая, слишком уж ушастый обзавидовался.
Я насмешливо поднимаю бровь:
— Совет Лордов-то? — повторяю с лёгкой издёвкой. — Да просто они подстроили мне ловушку, и сами угодили в нее.
— Совет Лордов в полном составе пытался убить тебя⁈ — Бершарк аж застыл.
— Ага, «убить» — точное слово. Мне пришлось их всех пленить, хотя, наверное, стоило оплатить им той же монетой, но да ладно, не буду же я устраивать межрасовые бойни на всем побережье Андуина ради глупой мести, правда? Мне больше по душе взять их земли в подчинение и заработать на этом. Так какой интерес у вашего Багрового Властелина в их судьбе? Если раскроете карты и расскажете подробнее, возможно, я захочу пойти вам навстречу.
Бершарк рычит, словно зверь, его лицо искажается яростью:
— Возможно⁈ Ты даже не представляешь, с кем говоришь, человек! Когда-то земли Предгорья Заиписа принадлежали Багровому Властелину. Но он уехал за море, передав местные владения Совету Лордов в качестве управляющих. Их задача была простой — следить за этими землями. Они получили право строить свои замки при одном условии.
Я терпеливо жду продолжения, хотя своим тоном дроу напрашивается получить пси-стрелу в лобешник.
— Каждые три месяца они обязаны были отправлять ему жертву, — резко добавляет Бершарк.
— Жертву? — уточняю.
— Сто пленных людей, — его голос становится холодным, будто говорит о какой-то формальности. — Каждые три месяца.
Я молча выжидаю, и он добавляет, как будто делая великодушное предложение:
— Если ты готов взять на себя эту обязанность — поставлять сто человек раз в три месяца, — то, возможно, Багровый Властелин разрешит тебе владеть Предгорьем.
Я сужаю глаза:
— Сто человек? Среди них женщины и дети?
— Без разницы, — отвечает Бершарк с ледяным спокойствием, словно речь идёт о каких-то расходных материалах. — Дети, женщины, старики, калеки, даже те, у кого крыша поехала. Всё сгодится. Главное, чтобы на момент передачи дышали.
— И куда их потом девают?
— Это уже дело Багрового Властелина, а не твоё, — Бершарк задирает подбородок, индюк длинноухий. — От тебя сейчас требуется только ответ.
Я хмыкаю, сложив руки на груди. Ну и садист этот Багровый Властелин. Очередной монстр, которому плевать на человеческие жизни. В лучшем случае отправляет их в рабство. В худшем — на что-то более жуткое. Может, на органы разбирает или что-то в таком роде.
Мне приходится взять себя в руки. Уж слишком сильно я ненавижу вивисекторов. В постапокалиптическом мире этих мерзавцев хватало с избытком. Один из них как-то даже позарился на мою перепончатую ногу. Но я первым вивисектировал ему голову. Хех.
Внешне сохраняю спокойствие. Сейчас не время открыто конфликтовать. Надо сначала понять, с кем имею дело, а потом уже решать, в каком сортире его мочить.
— Знаешь что, — говорю наконец. — Сто человек я отправлять не буду.
Бершарк напрягается, брови сходятся на переносице, но я невозмутимо продолжаю:
— Зато я готов отправлять по сто… телевизоров. Каждые полгода.
— Телевизоров? — он хлопает глазами в растерянности.