Невеста Джинна (СИ)
Его светло-голубые глаза были полны раздражения, а из-под рукавов ползли сверкающие молнии небесно-лазурного цвета.
Амир уже хотел что-то сказать, указывая пальцем на брата, но когда увидел меня, отчаянно покрасневшую и сидящую на кровати, мгновенно передумал.
— Габриэль, – кивнул джинн, приветствуя меня. Взгляд Аль-Фалиха на секунду смягчился.
— Амир… - начал было Хиро, но замолчал, когда возле его лица сделал несколько щелчков голубой разряд, будто-то предупреждая.
— Это переходит всякие границы Хиро! Что за новости о том, что ты собираешь войско и выдвигаешься на Шайена?
Черты лица Хиро заострились. Глаза вспыхнули злостью и раздражением.
Я встала со своего места и скромно отошла поближе к окну, старалась не привлекать внимание.
— Этот наглый абориген запустил лапы в мои южные земли! Можешь не волноваться, я выгоню самозванца и тут же вернусь назад, — произнёс Хиро с каким-то вызовом в голосе. — Или тебе есть что сказать мне, Амир?
Скулы Амира вспыхнули яркими пятнами, голубые глаза недовольно засверкали.
Но, к моему облегчению, старший брат джинна обратился к Хиро спокойным ровным голосом:
— Эти земли подарил ему я, когда ты ещё не вступил в права наследника престола.
На секунду мне показалось, что Хиро сейчас бросится на Амира. Крупное тело джинна дёрнулось, но он остался стоять на месте.
По лицу прошли мелкие волны с магическими сполохами – предвестники трансформации, что подсказало лишь об одном - он на грани срыва.
На секунду даже показалось, что Хиро стал чем- то похож на хищника, но какого именно я не успела понять.
— Ты не имел право. Это моя земля, – чеканя каждое слово, угрожающе произнёс джинн. – Моя! По праву рождения…
Возле него стали появляются фиолетовые молнии, которые потянулись своими тоненькими веточками к Амиру. Не смотря на это, тот стоял прямо и гордо.
— Ты знаешь, что я прав, брат. Шайен имеет право на эти земли, но ты слишком упрям, чтобы признать это, — Амир, словно пытаясь вразумить брата, пояснил: - Южные земли граничат с песками. Нам выгодно, чтобы Шайен оберегал эти территории от посягательств кочевников.
— Он другого рода! Он не имеет права на земли, принадлежащие Аль-Фалихам! – не сдавался Хиро, уже почти переходя на рык.
Испуганно сжавшись, я попятилась, пока не наткнулась спиной на прохладное стекло колбы, в которой стояла лампа.
— Я ничего знать о нем не хочу, – отрезал хрипло Хиро, все яростнее сверкая фиолетовыми глазами.
— Гордость, спесь и ревность, – произнёс Амир, складываясь руки на массивной груди, — недостойные качества для правителя, Хиро.
— Недостойно раскидываться землями, отдавая их чужакам! – выплюнул тот, буквально зверея от злости. — Ты совершил ошибку, отдав южную территорию Шайену, но, поверь, я исправлю эту досадную оплошность, брат, - последнее слово Хиро произнёс с издёвкой.
Амир, всегда спокойный и рассудительный, казалось, впервые разозлился так сильно на младшего брата, что сделав шаг вперёд, неожиданно грубо бросил:
— Ты не имеешь право так говорить, брат. Отец одобрил бы мой поступок. Шайен точно так же был ему доро…
— Забери назад свои слова! – бросился на него Хиро, не давая закончить. Схватив Амира за ворот рубашки, джинн бешенстве закричал.— Ты забыл, наверное, как страдала наша мать?!
— Шайен не виноват! – огрызнулся Амир, перехватывая занесённый кулак Хиро метнувшийся в сторону его лица. — Он такая же жертва, как и все мы.
— Чушь! – заорал Хиро, вырывая руку из сильного захвата брата. — Шайен такой же подлый, как и вся его семейка.
Губы джинна криво изогнулись, выражая полное презрение.
— Он рос в такой среде, но, все же, Шайен не такой, как ты думаешь, Хиро. Ты даже не даёшь ему и шанса, – сокрушался Амир, запуская в смоляные пряди волос пальцы.
— И не дам. Никогда! – отозвался Хиро, плотно поджимая губы. — Он не ступит на южные земли. Клянусь! Или я буду не я…
— Не бросайся, клятвами понапрасну, брат, — Амир попытался остановить разбушевавшегося правителя.
— А, может быть, хватит мне указывать? Может быть, я сам могу решить, как мне поступать? Здесь я главный, а не ты, Амир! Или ты хочешь меня обрадовать новостью о том, что Аграт ждёт ребёнка?
Амир дёрнулся, как удара. В его всегда чистых голубых, полных доброты глазах мелькнули отголоски боли.
Ничего не сказав, он развернулся, исчезая в дверном проеме. Его не остановила даже густая сетка фиолетовых молний.
— Черт! - воскликнул Хиро, пиная воздух ногой.
Лицо его исказилось от чувства вины. Не прошло и мгновения, как Хиро пожалел о своих словах. Ведь он всегда был близок с Амиром, что было видно невооруженным взглядом.
Нерешительно оттолкнувшись от стеклянной колбы, я подошла к джинну и положила ладонь на его бурно вздымающуюся грудь.
— Успокойся. Я думаю, Амир остынет и поймёт, что ты не хотел причинять ему боль, — я сочувственно заглянула в фиолетовые глаза, опушённые чёрными ресницами.
Хиро положил сверху моей ладони свою и крепко сжал.
— Нет, я хотел… хотел причинить ему боль, — выдохнув сквозь зубы, он продолжил. — Мне нет оправдания.
Я прикусила губу, думая о том, что Хиро сам страдает из-за своей вспыльчивости. Но, как ни странно, я в первую очередь подумала о том, что Хиро честный.
Он говорит все, что думает.
Да, на эмоциях может и лишнего сказать, но ведь куда страшнее те существа, кто замалчивает свои обиды. Вот от таких жди удар в спину.
— Я ударил его в самое больное место, – глухо произнёс Хиро, глядя куда-то в сторону двери, где совсем недавно скрылся его старший брат.
Чувствуя его порыв, я протянула ладонь, проведя по колючей темной щетине, покрывающей высокие скулы.
— Иди. Скажи о том, что жалеешь о своих словах, — я мягко улыбнулась, увидев полный надежды взгляд Хиро, устремленный на меня. — Он поймёт, я уверена.
Глава 27
Хиро
Я размашистым шагом шёл по широкому коридору, пол которого был покрыт красной ковровой дорожкой, что вёл в левое крыло дворца.
Здесь всем заправлял Амир.
Крепко сжимая зубы, я с полной уверенностью думал о том, что поступил подло по отношению к брату.
Просто позорно сорвался, а все потому, что ненавидел Шайена.
То, что Амир защищал этого шакала, ещё больше будоражило и провоцировало меня. Шайен -это имя уже давно набило мне оскомину.
Царь, король – таково было значение, которое совершенно не соответствовало этому ползучему гаду!
А как не ненавидеть того, по милости чьего рода моя мать страдала всю свою юность?!
Почему Амир так мягок с проклятым шайтаном?! Он враг нам!
И я докажу это, чего бы мне это не стоило! Ведь из-за матери подлого шайтана мои родители были долгие годы в разлуке.
Как говорится, яблоко не далеко падает от яблони.
Пока я шёл и думал обо всем, что выпало на долю моих отца и матери, древние изображения на стенах дворца, лишь подогревали мое и без того хорошее воображение.
Я как раз проходил мимо стены, где с помощью резцовой гравюры была увековечена моя мать, принцесса Джинн Тауна – Асия - дочь истинного правителя.
Тёмные волосы, большие голубые глаза с миндалевидным разрезом, пухлые улыбчивые губы. Красавица, наследница престола – та, в чьих жилах текла кровь истинных чистокровных джиннов. Изображение было настолько четким и объемным, что я окунулся в прошлое с головой.
Отец всегда говорил о том, что мать его истинная…
Он был лучшим воином среди всех, кто состоял на службе у моего деда. Отец словно был соткан из магии.
Для лучшего воина Джинн Тауна управлять ею было, как дышать воздухом - просто и непринуждённо.
Гроза, словно ласковая кошечка, изгибалась под уверенной твёрдой рукой отца, позволяла управлять собой, как ему вздумается.