Время еще не пришло (СИ)

Сейчас важнее другая проблема — расход энергии. Заряд в кольце стал слабеть, и пришлось заново подпитывать его от себя. Слил сколько мог и сам вцепился в даринит, чтобы пополнить уже свой источник. Даже беспокойство проявилось — а хватит ли мне энергии? «Ёжик» ещё даже до половины не погрузился, а мне уже приходится от даринита подпитываться, словно у меня тут страшный бой как тогда, в землях. Ну, не бой, но расход энергии сильнейший. Ладно, буду жечь пока сил хватит.
После этого нудная работа. Опустить «ёжика» на метр, подождать пока поток пыли ослабнет, проконтролировать цвет и направление изгиба хвоста. Верхние слои земли давно улетели в трубу, и теперь ёжик перемалывал в пыль камни стен и сводов подземелий. Пыли стало меньше, а вот хвост пламени только вырос. Похоже, это вылетает раскалённая каменная крошка. Как бы пожара не наделала. Хотя, она ведь как пылевидная окалина. Летит — светится, пока долетела до земли — остыла. А уж с высоты сотни метров любая крошка остынет.
Энергии всё-таки хватило. Я для гарантии позволил ёжику выскрести всё до глубины сорока метров, и отключил его. Теперь только «вентилятор» и «печка», которая опустилась уже до уровня моего лица. Честно говоря, вблизи это было страшно — сплошная стена гудящего огня, уходящая куда-то вверх. Потом настал черёд отключить вентилятор, и я загнал печку до глубины в тридцать метров, чтобы она гарантированно вытянула и сожгла все намёки на отраву.
Когда огненный хвост почти исчез, отключил и печку, оставив пока защиту. Кстати, она показала себя с самой лучшей стороны. Даже стоя так близко к огню, я не почувствовал ни особого жара, ни каких-то необычных запахов. И чуйка молчала, и диагностика организма не показала каких-то особых отклонений. Ну что ж, понадеемся, что обошлось.
Оставшаяся после работы заклинаний яма и впечатляла, и пугала. Всё-таки сорок метров — это высота двенадцатиэтажки, и какая-нибудь «свечка» запросто бы здесь поместилась. Близко я подходить не стал, но и так было видно, что стены ямы выглядели как и положено после сильного огня — копоть на чёрном не было видно, но местами шёл дым. То ли корни какие-то догорали, то ли ещё что. Особой нужды в этом не было, но я снова запустил «вентилятор», чтобы максимально выгнать газы из ямы, и в воздушном столбе защит появились переливы раскалённого воздуха. Здесь, конечно, не пустыня, но в яме температура несравнимо выше.
Я старался сделать всё максимально аккуратно, но был момент, который я не мог изменить. Пыль от взъерошенной земли всё равно попадала в коридоры подземелья, и неизвестно в какой концентрации. Так что мы обговорили это дело с Данцером, и работники замуровали коридоры максимально близко к месту заражения. Да и вообще вход в эту часть подземелья. Ну и я ещё кое-что добавил для прочности.
В самом опасном месте основную часть отравы я убрал, но всё равно остаётся риск отравиться от остатков пыли и ядов. Надо бы закопать яму, но Данцер упёрся — это же такая реклама для него! Сколько людей захотят приехать, посмотреть, поахать, послушать как это было от очевидцев. Это и имя будет на слуху, и новые знакомства появятся, а кто и заказы какие сделает. А на прямой вопрос что делать через год, небрежно отмахнулся. Может скажет что передумал строить, может сделает здесь место для мусора, которого везде хватает, а может позовёт мага земли, чтобы тот обрушил стены. Теперь, когда главная опасность устранена, работать будет легче.
Я тоже помахал платочком, и от стены ко мне прибежали с десяток мужиков. Похватали заранее приготовленные и сложенные невдалеке брёвнышки, и начали споро забивать их в землю по разметке, которую сделал я. И сразу верёвку по периметру, и в каждом проёме подвесили по картинке, которые я заказал местному «художнику» из ближайшей деревни. Картинка простая, всем понятная — череп в прямоугольной рамке. Пока была запущена «печка», сюда и близко бы никто не подошёл, а что будет когда я уйду? Ведь обязательно кто-нибудь захочет подойти поближе и посмотреть во всех подробностях. Сейчас таких дураков остановит защита, а когда её не будет? Вытяжку я решил оставить ещё на сутки, чтобы по максимуму убрать гарь, газы, остудить стены, но что будет потом? Ведь в такой огромной яме вполне могут и стены обвалиться, отвечай потом. А так для любопытных впечатлений тоже хватит — две защиты, гул от воздушных потоков, в середине столб раскалённого воздуха переливается. Для неискушённых зрителей более чем хватит, тем более, огненный посох они уже видели.
 
Вскоре подошла Антела. Принаряженная, возбуждённая, но всё внимание на меня и сразу вопрос.
— Ленард, у тебя уровень источника почти не изменился! Это как?
Вот же… исследовательница. Нет чтобы поинтересоваться как я себя чувствую, так она свои вопросы задаёт
— Накопители хорошие — буркнул я.
— Это которые на триста лет?
— Не знаю, мне столько не прожить, проверить не успею.
Чуть смутилась.
— Я всё видела, но всё равно не могу поверить, что всё это сделал всего один человек, при этом он стоит живой, и источник почти полный. Даже если у тебя мощный накопитель и не один, как это возможно?
Вопросы становились опасными, так что пришлось отбрехиваться.
— Я вот замечал, что иногда в заклинаниях результат получается намного более сильный, чем было затрачено энергии. Можно сравнить с лавиной, которая может возникнуть даже от упавшего маленького камешка. Иногда это напоминает резонанс. Ты же знаешь, что солдатам запрещают ходить в ногу по мостам — Антела почему-то отрицательно мотнула головой — Так вот, пока солдаты идут вразнобой, мост на месте, ничего не случается. А когда по команде солдаты идут в ногу, то каждый удар солдатских сапог может совпасть с колебаниями самого моста, амплитуда может стать очень большой, и мост разрушится. Так и в заклинания. Чаще это вообще незаметно, очень редко заметно, но едва-едва. Но иногда эффект бывает прямо как взрыв. Однажды я видел такое, когда слились две вертушки Телема. Две маленьких слились в одну большую, та становилась всё больше, а потом взорвалась, да с такой силой, что защита полигона едва выдержала такой удар.
— От двух маленьких вертушек? — не поверила Антела.
— От чего-то нового, во что превратились две маленькие, слившись вместе.
— Но как это возможно?
— Не знаю. Примерно подозреваю, но специально этим не занимался — просто необходимости не было.
— Значит твой ёжик и печка используют новые принципы?
— Да ничего они не используют — попытался я отвести подозрения — Слепил лишь для эксперимента, лишь бы работало, и что-то получилось. Тут ещё на несколько лет работы разбираться и описывать что же у меня получилось.
Тут я заметил Данцера, идущего в нашу сторону с десятком самых смелых и любопытствующих гостей.
— Значит так. Колода с кольцом остаётся на месте, чтобы ещё сутки убирать из земли газы и возможную отраву. Я накрою колоду защитой, чтобы к ней никто случайно не залез, а тебе достаётся самая тяжёлая и трудная часть работы — улыбаться, отвечать на вопросы и делать вид, что всё прошло прекрасно. Ну и между делом поглядывать на воздух, идущий из нашей «трубы». Если он станет тёмным, сразу зови меня — будем решать что делать.
— А ты что будешь делать?
— А я, измученный напряжением тяжкой работы и истративший последние силы на поддержание работы сложных заклинаний, пойду отдыхать. В нашем деле важна не сама работа, а то, как ты о ней отчитаешься. Всё что надо ты знаешь, а этим людям достаточно общих пафосных слов. Справишься.
Антела только вздохнула.
— А куда деваться.
Похоже, ей тоже начинает надоедать навязчивое любопытство, но куда от него деваться?
Но и мне не удалось сбежать сразу. С Данцером пришли какие-то важные шишки, нас представили, но я забыл имена сразу, как только их произнесли. Пришлось провести первую презентацию, чтобы Антела знала о чём говорить. Главное — побольше пафоса, трагизма. А тут ещё гул вихрей, виднеется огромный провал в земле, плакатики с черепами. Зрителям очень понравилось. Ещё бы — стать почти участником великого события — это не у каждого в жизни случается.