Проклятый лес (СИ)
Щупальца гигантского летуна, еще недавно безвольно опавшие, сейчас зашевелились, а на их кончиках появились стали появляться злые шипящие искры. Прежде, чем мы осознали опасность, они стали срываться в разные строны.
Эйха зацепило самым краем, и он тут же с воплем схватился за пораненную руку, где дымилась небольшая черная язва.
— Назад! — Кайел опустился на одно колено, прикоснувшись к черной канавке, ведущей к Кости. Сейчас, когда от тела Хварга остался лишь пепел, пентаграмма и сам артефакт уже перестали светиться. Но сероволосого этого не смутило. Закрыв глаза, он что-то бормотал себе под нос.
Монг, вооруженный огромным молотом, с хеканьем бил искрящуюся тушу, и она едва ли не содрогалась от его ударов. А я старался не отставать, помогая ему магией, но держась подальше от опасных разрядом. Один такой едва не сжег мне палец, сорвавшись с отрубленного щупальца.
Я что-то почувствовал рядом, какую-то магию, но не успел понять и среагировать. Эйх внезапно и очень резко упал на землю и замер, крутя головой по сторонам, а Монга откинуло в сторону, свалив с ног. Дротик пробил его насквозь, пройдя в правый бок и выйдя с другой стороны. Я почему-то ожидал, что сейчас он вскочит на ноги, но шади лежал неподвижно.
Чуть поодаль, на спине, раскинув руки, лежал Крал, а из его груди торчал черный дротик.
— Ягги здесь, — в один голос крикнули Эйх и Кайел.
— Идут от реки! Отходим к деревьям!
Я еще не видел новых врагов, но едва успел отвести в сторону еще несколько дротиков, пущенных в нас. Заряженные магией, они буквально буравили пространство, и я не уверен, что мои щиты выдержали бы попадание.
А потом на открытое место выбежали четыре худые приземистых фигуры.
На четвереньках они бежали что ли, отталкиваясь от земли и рукам и ногами? Сначала я подумал, что это звери, но нет, просто шкуры накинутые поверх одежды. Завидя нас, они резко и одновременно распрямились и издали дружный вой-клич. Меня до костей продрало страхом, и ноги стали сами собой подгибаться. Рядом на землю осел Финик, но ему тут же отвесил тяжелую оплеуху Эйх.
— Клич ужаса, лишает слабых воли к движению, и жизни, — Кайел обрубил выступающие из тела Монга куски дротика и сейчас осторожно поднимал его, намереваясь закинуть на плечо. — Аккуратнее, занги-тар зашевелился, сейчас полезет наружу.
Черные крылья гигантской бабочки и впрямь дрогнули, будто тварь пыталась их поднять.
Раненый шади глухо застонал и попытался открыть глаза. Его мышцы опали, тело перестало дымиться и немного почернело, как будто он покрылся темной окалиной. Я поспешно попробовал передать ему часть силы, но Эйх остановил меня.
— Сейчас не время. Не успеем поставить его на ноги. Уходите! — это он махнул Кайелу, Финику и мне. Те двое кивнули и, подхватив Монга под руки, поспешили к зарослям. То, что я остался рядом с ним, Эйх никак не прокомментировал, только кивнул.
Ягги проигнорировали шевелящуюся на земле тварь и обошли по сторонам, передвигаясь обезьяньими скачками, низко опустив головы. Было странно, что они вообще видят, куда бегут. Но, нацелившись на нас, пришельцы с дальнего севера уверенно держали направление.
— Нападут издалека, — успел шепнуть шади. И тут же один из ягги распластался в длинном неестественном прыжке, преодолев почти десяток метров. Мы с диким оба успели среагировать и расступились, одновременно, рубанув врага с двух сторон. Но тот вскинул укрытые шкурой руки и принял на них наши атаки. Следом прыгнули еще двое, метя прямо в нас. Из-за резких, быстрых движений и их худобы мне издалека показалось, что ягги не крупные, но сейчас вблизи я понял, что ошибался. На полметра повыше меня в своих просторных, покрытых мехом шкурах.
Врага летящего мне в грудь, я встретил концентрированным тараном из мадьи, усилив разрывающим плоть кастом. С глухим хрустом прервался полет северянина, и он рухнул на землю прямо мне под ноги. Там я крест-накрест рубанул его клинком, но как будто ударил колоду дерева. Мой меч не брал его шкуру.
Но и для противника столкновение не прошло даром, он только-только начал приходить в себя от оглушения. Атаковать его еще раз я не успел — на меня насели двое других ягги, оттесняя от товарища. Они атаковали руками-лапами, с длинными, больше локтя, черными когтями. Что-то типа японских тэкко-каги.
Удары шли в основном по ногам, враги по-прежнему укрывались под шкурами, держась ниже к земле. При каждом взмахе раздавался резкий гортанный выкрик и воздух аж звенел от трех голосов. Или нет, даже четырех — Эйх тоже что-то выкрикивал, сражаясь в нескольких метрах от меня.
Сменив тактику, я обрушил на напирающих ягги множество ударов магией. С максимально доступной мне скоростью я формировал касты и швырял их во врагов. Для них это было как град крупных камней, и они попятились, пытаясь защититься. Удары мадьей, которые я наносил им со всех сторон, сбивали их атаки и толкали то туда, то сюда. В итоге мне удалось оттеснить их от себя и даже перевести дух, чтобы оценить обстановку.
Кайел с Монгом и Фиником были уже почти у края зарослей, Эйх отступал под атаками врага, а занги-тар шевелился все отчетливей. Сама гигантская бабочка уже не трепыхалась, а дергались только ее крылья.
Оглушенный в самом начале северянин уже встал на ноги и сейчас сверлил меня злым взглядом из-под надвинутого на лоб звериного черепа, составлявшего часть шкуры-плаща ягги. Широкая башка с вытянутой вперед мордой, и клыки длиной в ладонь. Глаза… Казалось, что и сам этот мертвый хищник внимательно следит за мной красноватыми угольками из глубин явно не пустых глазниц.
Пока ягги ничего не могли противопоставить моей тактике, отступая под шквалом ударов. Все ближе к третьему, за спиной которого начал расти вверх крупный бугор из плоти. Кто-то их мои противников тоже заметил это и предостерегающе окликнул своих, что-то пролаяв.
Улучив момент, я сильно ударил одного из северян снизу, направив магический таран от самой земли вверх. И сразу прыгнул вперед, занося клинок для удара. Мой расчет оправдался на все сто — от неожиданной атаки воина опрокинуло на спину и в этот момент я рубанул его клинком, вложив и силу и магию. Закрыться он не успел, и лезвие глубоко разрубило ему правую часть груди, едва ли не до живота.
Его соратники почти тут же оба кинулись на меня, и увернуться от кого-то и них я уже не успевал. Столкновение с тушей ягги, оказавшейся очень увесистой, меня сбило с ног, меч вылетел из ладони и он развоплотился, а мы с северянином покатились по земле. Я успел среагировать первым, отбросив врага от себя новым кастом. Не надеясь на магический меч, я выхватил из ножен Ичч и ткнул им в бок врага.
— И-ичч…, — прошелестел в голове тихий голос. — Густая кровь…
Острие пробило шкуру и неглубоко вошло в бок врага, заставив удивленно вскрикнуть, разогнуться в полный рост и отскочить, держась за рану.
— Ыт! Ата гаха-за варра! — выкрикнул он, обращаясь к остальным, снова перейдя в низкую стойку.
Я не хотел дать ему опомниться и снова напал, осыпая ударами. Влить в саблю мадью мне пока не удавалось, но все равно, ягги отступал, подставляя под удары когти, которые чуть ли не крошились от этого.
С влажным чавканьем лопнул бугор, где шевелился занги-тар. Там оказался двухметровый шар, кишащий переплетающимися канатами. Каждый толщиной в ногу, наверное. Как идеальный клубок толстенных безголовых змей… И гнетущий ореол мадьи окружающий его. А еще аура лютой ненависти и злобы, от которой стала сохнуть трава вокруг и опадать листья.
Свои первые удары демон обрушил на ближайших к нему северян, от чего раненый, не сумевший увернуться, заорал от боли, изогнувшись в нестерпимой муке.
Ягги, оказавшись между двух огней, не стали долго раздумывать. Подхватив тяжелораненого, они потащили его в сторону, к реке, удаляясь от нас и занги-тара. Мы же с Эйхом переглянулись и как по команде побежали туда, где скрылись наши товарищи. А опасный шар, напротив, не проявил прыти, неспешно катаясь по завоеванной поляне.