Учебка. Курсант Агапи (СИ)

«Парни, чотты миролюбивый народ. И не едят плоть. Ничего бы с вашими бойцами не случилось. Оклемались бы от дури и вышли бы сами», — пыталась объяснить окружившим меня мужчинам ситуацию. Но кто бы слушал. Люди любят героев. Особенно когда они симпатичные живые девочки, а не «жертвою пали в борьбе роковой».
— Хватит вам девчонку тискать! — вытащил меня из этой кучи-мала Инк. — Пошли, курсант, доложишь.
«Может, покормишь сначала?» — заныла я, оттягивая неизбежное.
— Война войной — обед по распорядку?
«Ты много знаешь земных фраз и пословиц», — похвалила стража, топая за ним следом.
— Я специалист по Земле. Люблю вашу планету. Все её измерения, — кивнул в ответ тот.
«Что?! Какие измерения?» — даже остановилась я.
Но Инк, демонстрируя учтивость, уже открывал передо мной дверь в кабинет ректора. У большого окна на покрытом белоснежной скатертью столе был накрыт нормальный обед. Без протертого супа и жидкой каши. Все вопросы вынесло из головы ароматом крепкого бульона и жареного мяса.
— Проходите, лэра, присаживайтесь, — обратился ко мне ректор и отодвинул стул.
Как рейтинг-то вырос! Мало за стол приглашают, так еще сам ректор ухаживает. К супу подавали пирожки. Маленькие, не больше мизинца. Буквально на два укуса. Они лежали на блюде тремя кучками, маня ровным загаром пропечённых бочков и спинок. Инк, подхватывая печево серебряными щипчиками, положил мне на закусочную тарелку по одному из разных кучек. Я укусила тот, что с капустой, и закрыла глаза от блаженства. Тонкое невесомое тесто таяло во рту. Капуста была в меру упругой и остренькой. Взяла ложку и зачерпнула прозрачный ароматный бульон, чтобы поставить восклицательный знак в этом восхитительном коктейле вкусов, но в голове мелькнула мысль. Не донеся ложку до рта, вернула её в тарелку.
«Лэры, а с чего вы меня так задабриваете?» — обратилась к обоим, но смотрела на Инка.
— Просто кормим, — отозвался инспектор. А ректор излишне старательно принялся кивать.
«Пирожками, которые выпекали в одном из лучших ресторанов России? А под крышкой, могу спорить, обожаемое мною седло барашка, запечённое так, что мясо едва на кости держится. Я права? Извините, уважаемые, но врёте вы плохо! Что-то вы от меня хотите».
Мужчины переглянулись. Во взгляде ректора читался упрёк. Кажется, это была идея Инка подкупить меня земной едой. И предпочтения мои он знает. Гордо встав из-за стола, чтобы не соблазняться, я, голодная, но не поддавшаяся на уловку, пошла на выход. Проходя мимо инспектора, я бросила ему:
«Эх ты!»
— Лэра, подождите! — шагнул за мною ректор. — Вы правы и не правы одновременно. Мы хотели не подкупить вас едой с вашей родной планеты, а только побаловать. Но просьба у нас есть. Не уходите. Инспектор, не молчите. Объясните лэре.
Но Инк обиженно отвернулся и рассматривал расстилавшуюся за окном пустыню. Может, мне еще и прощения у него просить?
— «Рассказывайте», — со вздохом вернулась я от двери.
— Сначала поешьте, а то всё остынет, — как гостеприимный хозяин, начал потчевать меня ректор.
Выглядело это забавно. Официант из монстровидного стража был еще тот. Он был ловким и быстрым, но непривычных к многообразию Вселенной напугал бы до икоты.
Я поела. Быстро и без особого удовольствия. Доела пирожок, пару ложек бульона, кусочек бесподобного мяса, и всё. Аппетит пропал, а голод придавила.
«Спасибо, всё было очень вкусно! Я готова выслушать вашу просьбу», — промокнула я губы салфеткой.
Но мужчины молчали. Кажется, то, о чем они хотят меня попросить, меня не обрадует.
«Это касается чоттов?» — решила помочь страждущим.
— Лэра, вы понимаете, арахниды обычно плохо идут на контакт. Я впервые наблюдаю такое дружелюбие. И мы с инспектором решили, что это они на вас так реагируют. Вернее, это инспектор так решил, — ректор опять замялся и сердито гаркнул в спину продолжавшего стоять у окна Инка: — Рес Плой, да скажите уже что-нибудь!
Рассерженный ректор уселся за свой стол и стал сосредоточенно просматривать листы бумаги, поочерёдно доставая из раскрытой папки. И почему они не говорят прямо, чего хотят? Стыдно отправлять девчонку-курсанта первого курса в лапы истинным хозяевам планеты, чтобы провести переговоры? Да ладно вам, парни! Я же на примерах пионеров-героев воспитана.
 
«Да не парьтесь, лэры! Пойду я к чоттам. Нормальные они зверики, хоть и насекомые. Разумные. И королева у них хорошая. Психованная немного, но, думаю, это она от голода. Я, когда голодная, тоже злая. Но мы же их накормили. О чем договориться надо?»
Угадала! Оба стража как груз с плеч сбросили. Инк перестал раскачиваться с пяток на носки, пялясь в закат, и даже повернулся вполоборота в мою сторону. Ректор бросил свои бумаги и выскочил из-за стола. А я, чтобы не смотреть на их радостные морды, пошла доедать баранину.
С трудом дождавшись окончания моего обеда, ректор подсел к столу и протянул мне исписанный лист бумаги. Несколько коротких пронумерованных абзацев.
— Это вопросы, по которым необходимо заключить договор с чоттами.
Я быстро прочитала написанное. Как быстро отреагировал ректор на появление новых обитателей планеты. Быстро, но не гуманно. Определить местом обитания район гор. Не нарушать границ. Регуляция численности. Они что — звериков в резервацию решили отправить? Ага, сейчас! Только через мой труп. Хватит. Однажды их почти истребили.
— На переговорах вы будете представлять Межгалактический Совет. После того как мы доложили о нахождении представителей реликтовой расы на территории Учебного Корпуса тайной стражи, нам прислали пункты Пакта, по которым необходимо договориться.
«Я буду представлять интересы чоттов. И никак иначе. Совет ваш, судя по этим пунктам, — я ткнула пальцем в лежащий на столе лист, — настроен на истребление коренного населения. Я знакома с королевой-маткой и её керсами. Мы общались, взаимно помогли друг другу, у них скоро детки будут. Планета эта принадлежит им по праву».
— Какие детки? — вскинулись мужчины.
«Полагаю, что маленькие. Было сделано несколько кладок. Дурманящий туман — это результат оплодотворения. А что Совет предлагает? Выгнать их в горы, чтобы они там замёрзли и умерли от голода!»
Ректор нервно стучал пальцами по столу, Инк подсел ко мне:
— Ты можешь гарантировать, что они не нападут на нас? Арахниды очень агрессивные расы.
«Пойдём со мной, сами убедитесь», — предложила я.
Инспектор и ректор с готовностью встали:
— Пошли!
Посмотрев на густую темноту за окном, прикрыв ладошкой рот, я зевнула.
«У нас говорят: утро вечера мудренее. Кажется, нам всем надо отдохнуть. Вам, мне, чоттам. И прежде чем приступим к переговорам, мне очень сильно хочется снять заклятие молчания».
Без суетной Цитиц, которая умела заполнять собой всё пространство, комната была тихой и пустой. Реста, забравшись с ногами на кровать, читала какой-то учебник. Я, наплескавшись в душе под горячими струями и смыв с себя пот усталости и страха, расчесывала волосы, наслаждаясь покоем.
— Очень страшно было? — нарушила тишину соседка.
«Очень, — не вдаваясь в подробности, ответила я и сменила тему: — Ты не знаешь, как туда Цитиц занесло?»
Теватка повела плечами. Как же хороша! Каждое движение гармонично и выразительно. Как жаль, что такая красота не будет иметь продолжения.
«Реста, прости мою бестактность, если ты вступишь в брак с представителем другой расы, у вас будет потомство?»
— Не думала об этом. Когда на планету напала энергоматка-мутант, там был мой жених. Мы хотели вместе поступать в учебку, но он задержался, а мы с отцом были уже здесь.
Бедная девочка. Сколько горя принесла эта гадость, пронесшаяся чумой по мирам. Сколько выкосила рас и видов, многие из которых были уникальны и уже никогда не смогут восстановиться.
— Ходит слух, что ты принимала активное участие в уничтожении этой дряни. Это правда?
«Косвенное. Мутанта поймал лэр рес Плой. Правда, я присутствовала при этом. А слухи откуда ползут?»