Я умела ждать (СИ)
Мы вышли из ресторана, Паша поймал такси и назвал адрес, который мне ни о чем не говорил. Мы ехали около десяти минут в полной тишине. Паша держал меня за руку, а я смотрела в окно и не задавала вопросы. К чему они, если и так все понятно.
Наконец, такси остановилось у небольшого отеля. Паша помог мне выйти из машины, приобнял за талию и повел ко входу.
— Проходи, — он открыл передо мной дверь и пропустил вперед.
Молодая девушка на ресепшн встретила нас улыбкой, Паша оплатил двухместный номер на сутки и повел меня к лифту, все так же держа за талию. Пока мы шли к лифту, я чувствовала на себе взгляд девушки-администратора. «Да и пусть, смотрит и завидует», — ухмыльнулась я про себя.
Лифт привез нас на пятый этаж. Мы шли по гостиничному коридору, оформленному в серо-зеленых тонах. Мягкий ковролин, лежавший на полу, приглушал шаги. Со стен на нас смотрели акварельные пейзажи Санкт-Петербурга, подсвеченные элегантными бра. В конце коридора на небольшом столике стояла ваза с бело-розовыми цветами. Обстановка была настолько уютной, даже домашней, что на мгновение мне стало стыдно за то, чем мы планируем заняться в номере.
Но чувство стыда улетучилось так же быстро, как и появилось, когда мы остановились у двери с цифрами «526». Прежде чем приложить электронный ключ к замку, Паша посмотрел на меня. Вероятно, это была попытка с его стороны дать мне возможность уйти. Но я улыбнулась, чем отмела все сомнения. Тогда он уверенно открыл дверь и пропустил меня в номер.
Как только дверь за нами закрылась, мы оказались словно в другом измерении. Паша одним движением руки отрегулировал свет в номере — оставив мягкое вечернее освещение. Потом подошел ко мне, глядя в глаза, сорвав все стоп-краны, существовавшие между нами. Мы, как безумные, начали освобождать друг друга от одежды. Удивительно, что я вернулась домой в целом платье. Не было ни прелюдий, ни разговоров, ни вопросов. Мы сразу перешли к тому, для чего приехали в этот отель из ресторана.
Это было так непохоже на меня. Я не верила, что способна на такое. Но все, что происходило, происходило со мной, и именно так, как я описывала: молча, жадно, резко.
Глава 12
Когда все закончилось, я лежала у Паши на плече, а он осторожно гладил меня по руке. Мне казалось, что моё тело никогда больше не сможет шевелиться — настолько сильными были ощущения от нашей близости. Но вот мой мозг, напротив, вдруг оживился. Он решил, что нужно оценить ситуацию вот прямо сейчас, здесь — в гостиничном номере.
Паша молчал, возможно тоже думал о произошедшем между нами. А может, в отличие от меня, смог расслабиться не только физически, но и морально. Я осторожно провела ладонью по его груди, пытаясь отвлечься от размышлений. Паша перехватил мою руку и, накрыв своей ладонью, прижал к своему торсу.
Я прикрыла глаза. В коридоре отеля раздавался шум шагов, под окнами проезжали автомобили, шурша шинами по мокрому от дождя асфальту. А мы лежали, прижавшись к друг другу и молчали. Наверное, если бы в тот момент объявили пожарную тревогу, мы не сдвинулись бы с места.
Правда, вместе с этим ощущением спокойствия, внутри меня зарождалось чувство какой-то недосказанности, незавершенности. Однако, понять, что именно меня смущало в произошедшем между нами, я не могла. И чтобы немного успокоиться, я мысленно перенеслась в тот далекий летний вечер в деревне, когда мы первый раз стали близки.
***
Это было в начале августа, когда днем еще было жарко, а вечера уже были достаточно свежими.
Паша зашел за мной — мы собирались на дискотеку в клуб. Бабушка, как всегда, покачала головой и поджав губы отпустила меня гулять с Пашей.
— Юль, — остановился мой любимый, когда мы почти дошли до клуба.
— М?
— Ты очень хочешь танцевать?
— Не знаю, — я пожала плечами. И я, действительно, не знала. Ведь самым главным для меня тогда было быть с Пашей, а чем заниматься в этот момент, не имело никакого значения.
— Тогда давай не пойдем? — он смотрел на меня глазами полными любви и нежности. Если бы в тот момент он мне предложил спрыгнуть с крыши вместе, я бы спрыгнула. Настолько я доверяла ему и настолько сильно любила.
— А что мы будем делать?
— Просто погуляем.
Я кивнула, а Паша крепко меня обнял. Мы шли по широкой асфальтированной дороге, которая тянулась вдоль всего нашего поселка. Погода была теплой и безветренной, небо — усыпано звездами. Мы миновали панельные двухэтажные дома и шли уже вдоль частных домов, постепенно удаляясь от клуба. Дойдя до конца поселка, свернули на песчаную дорогу, которую с одной стороны окружал сосновый лес, а с другой — картофельное поле.
Эта дорога проходила мимо кладбища и вела к озеру и дачам — небольшим участкам, которые давали жителям поселка для приусадебного хозяйства. Такая дача была у моей семьи и у семьи Паши.
За счет того, что вечером здесь, как правило, было пусто, дорога стала своеобразным «проспектом влюбленных». Парочки любили прогуливаться здесь вечерами и ночами, вдали от любопытных глаз. И мы с Пашей тоже частенько гуляли здесь. Проходя мимо кладбища, которое располагалось прямо в лесу, я немного поежилась. Это место всегда навевало на меня страх и холод, несмотря на время суток. Паша знал, что я боюсь этого места, поэтому всегда крепко сжимал мою руку.
Я уже не помню, о чем мы говорили, — прошло столько лет — но наш разговор был серьезным. В этот вечер мы вообще практически не смеялись и не шутили.
Мы шли по песчаной дороге, держась за руки. Нас окутывал теплый ветер и пение ночных птиц. Навстречу нам попалось еще несколько парочек, но мы сделали вид, что друг друга не знаем. Так, увлеченные друг другом, мы дошли до дач.
— Не хочешь зайти? — спросил меня Паша, когда мы подошли к их домику.
Вопрос прозвучал настолько неожиданным, что я немного растерялась.
— У тебя ключи есть? — ответила я вопросом.
— Есть, — Паша достал из кармана связку ключей.
— Если хочешь, — я попыталась улыбнуться.
Мы подошли к калитке. Пока Паша открывал замок, я пыталась унять волнение, которое внезапно охватило меня.
— Проходи, — он пропустил меня на участок и закрыл калитку на засов изнутри.
Я была здесь несколько раз, но днем. В темноте вечера все выглядело не так, как при свете, поэтому я остановилась, осматриваясь. Паша пошел в сторону домика, откуда чуть позже послышалось звяканье ключей.
— Ты что там зависла? — донесся голос со стороны домика и из-за угла показался силуэт Паши, подсвеченный лунным светом.
— Я здесь, — ответила я и медленно пошла к нему.
Я осторожно поднялась по ступеням небольшого крыльца, но войти внутрь не решалась.
— Проходи, не стой на пороге, — позвал меня Паша, который уже внутри.
Их дачный домик был совсем не большой, впрочем, как у всех здесь. На первом этаже — комната, выполнявшая роль кухни и гостиной одновременно. В ней стояла небольшая железная печка, кухонный уголок с электроплиткой, стол со стульями и диван. Здесь же была лестница на второй этаж, где располагалась спальня с двумя полутора-спальными кроватями. Ночевали на дачах редко, но во всех домах были сделаны места для сна на случай, если все-таки не захочется возвращаться в поселок, или если застанет непогода.
Я осторожно вошла в домик и остановилась посреди темной комнаты, освещаемой только полоской лунного света, проникающего сквозь окно. Мои глаза привыкали к темноте, и я потихоньку начинала различать предметы.
— Свет не будем включать, чтобы не давать соседям повод для сплетен, — Паша подошел ко мне и взял за руку. — Пойдем наверх, там такой вид из окна в это время, — он повел меня к лестнице.
Я послушно следовала за ним, но каждая новая ступенька, по которой мы поднимались, усиливала моё волнение.
— Смотри, — Паша подвел меня к окну, когда мы поднялись на второй этаж.
Я подошла и замерла от картины, которую увидела. Вид, действительно, был нереально красивым. На небе, усыпанном звездами, висела полная луна и отражалась на поверхности озера, которое виднелось вдали за крышами других домиков.