Ох уж этот Мин Джин Хо 2 (СИ)

Та озадаченно нахмурилась — я только что вполне чётко обрисовал подтекст её слов. Выжать из бухгалтера всю необходимую информацию, после чего разделаться с его криминальным сыном. Желание вполне понятное, но в разрезе долгосрочной стратегии, не слишком эффективное.
— Бесит! Почему, если видишь больного на голову шакала, нельзя просто взять и открутить ему голову! Он же так и будет дальше творить всё, что вздумается, пока отец его прикрывает.
На столик поставили свежеприготовленный эспрессо, добавив к нему кусок торта, а я дождался, пока официантка уйдёт, и, пожав плечами, озвучил ответ.
— Возможно, и не будет. Всё зависит от того, какие условия поставить его отцу.
В глазах девушки блеснул хищный интерес и она подалась вперёд.
— Хочешь заставить его бросить университет? Пройти курс психиатрического лечения? Запереть в покоях с мягкими стенами лет на десять?
Подняв руку, я остановил поток предположений, пока она не дошла до варианта с лоботомией.
— Достаточно сделать так, чтобы он боялся лишний раз криво на кого-то посмотреть. Думаю, этого вполне хватит.
Откинувшись на спинку стула, Чжи разочарованно вздохнула.
— Скучно. И совсем не похоже на справедливое возмездие.
Отпив эспрессо, я отметил очевидное.
— Так и мы не суд. Даже не полиция с прокуратурой.
Поморщившись, она снова взялась за латте, о чём-то задумавшись, Я же достал телефон, собираясь ещё раз пройтись по информации, которую собрала команда Бён Хо. Вчера я сориентировал их на поиск данных о бухгалтере с прицелом на составление его ежедневного расписания и определение оптимальных точек для контакта. Первые результаты мне прислали прошлым вечером и на роль базового каркаса, от которого можно оттолкнуться, они вполне подходили.
Заодно решил проверить и свой основной телефон. Как сразу же выяснилось — не зря. Жерар Лаваньен прислал ответ на моё сообщение с вопросом о его делах.
«Приветствую, мой дорогой друг. Надеюсь, в Корее солнечно, а девушки на улицах всё так же улыбчивы. Что до моих дел — возникла одна проблема, напрямую с вами связанная. Когда будет удобно созвониться и её обсудить?»
  
Глава XV
 
Сообщение оказалось достаточно интригующим, чтобы я практически сразу перезвонил французу. Сама постановка вопроса вызывала определённое непонимание — какие у него могли возникнуть проблемы, напрямую связанные с нами? За исключением ситуации в отеле, которую благополучно разрешили, больше никаких инцидентов в истории не имелось. Разве что его агент мог возмутиться участием в незпланированной рекламе, но и тут с юридической точки зрения, придраться было нельзя — у нас на руках имелся подписанный актёром договор.
Как быстро выяснилось, истинная причина и правда крылась в договоре. Только ином — том, который Чжи Чен быстро набросала прямо в отеле. И по которому Жерар представлял наши интересы в Европе.
Вот только у него уже был заключен подобный контракт. Предполагающий эксклюзивные услуги со стороны Лаваньена. В буквальном смысле слова — одно из положений оговаривало запрет на подписание подобных договоров с иными компаниями. А в случае, если такое произойдёт, обязывало актёра выплатить солидную неустойку.
Само собой, в гостинице он про это даже не подумал. Собственно, тогда француз и в текст не сильно вглядывался — голова была занята другим. Стресс оказался настолько сильным, что по возвращению в Китай, он попросту сунул документ одному из своих помощников, а тот передал информацию юристу.
Самому Жерару до создавшейся юридической коллизии дела не было, но об этом узнали партнёры, чьи интересы он лоббировал до этого — Шанхай Фармасьютикал. И намекнули, что неплохо было бы решить этот вопрос. Причём не напрямую и не по официальным каналам — пожелание передали через режиссёра той самой рекламы, в которой француз недавно снимался. Дополнительно подключив к делу Вэньмина.
Претензии с их стороны выглядели обоснованно — Лаваньен получал по триста тысяч евро в месяц, даже при условии своего полного бездействия. И неплохие дополнительные выплаты за каждую реализованную задачу в плане установления контактов. Их желание сохранить эксклюзивные права на подобный инструмент продвижения своих интересов, было вполне понятным.
 
Тогда как у самого Жерара возникла проблема — условия подписанного с Чен Энтертеймент договора не предполагали одностороннего разрыва по его инициативе. Более того — в случае отказа актёра от обязательств, на него накладывалось обязательство оплатить всё ту же неустойку. В объёме десяти миллионов евро — суммы, которой у Лаваньена, естественно, не было.
Дождавшись, пока он закончит излагать свою историю, я несколько секунд подождал. Убедившись, что больше тот ничего говорить не планирует, поинтересовался.
— И каким вы видите решение?
Собеседник замялся. Потом неуверенно предложил.
— Расторгнуть договор по соглашению сторон?
Мне даже не пришлось стараться, чтобы придать искренности своего негромкому смеху.
— Вот так просто? А что мы получим взамен?
Проходившая мимо девушка стрельнула глазами, услышав французскую речь. Оценив мой костюм, вовсе притормозила. Но потом заметила Чжи, которая уже хмурила брови, и разочарованно вздохнув, зашагала к одному из свободных столиков. В трубке же послышался полный сомнений голос.
— Я даже не знаю… Что вы хотите? Десяти миллионов у меня в любом случае нет. Да и договор этот, ведь был простой формальностью, чтобы оправдать ваш визит в отель.
Сделав глоток кофе, я глянул на сидящую напротив Чжи, в чьих глазах застыл немой вопрос и усмехнулся.
— Подписанный вами контракт был в некотором роде компенсацией за то, что мы благополучно разрешили неприятную ситуацию, в который вы оказались. Хочу отметить — никаких расходов с вашей стороны он не потребовал. Скорее наоборот, предполагал возможность заработка. Что до договора с Шанхай Фармасьютикал, то мы о его наличии даже не подозревали. А вы не потрудились ввести нас в курс дела.
Сомневаюсь, что кто-то прослушивал телефонные переговоры известного актёра, но на всякий случай прямого упоминания о сути инцидента я постарался избежать. Впрочем, донести свою мысль получилось и без этого — из динамики донёсся мрачный вздох.
Какое-то время Жерар помолчал, обдумывая варианты. Наконец заговорил.
— Не знаю, насколько вам это интересно, но сейчас проводится кастинг на новые роли. В следующем сезоне появятся новые персонажи и актёров на них пока не утвердили. В том числе будет нужна одна азиатка. Я бы мог порекомендовать одну из ваших девушек, если есть подходящие кандидатуры.
С одной стороны звучало неплохо. Но с другой, «порекомендовать» — слишком далеко от «гарантировать утверждение на роль». Да и на фоне суммы в десять миллионов евро, пусть даже умозрительных, эта услуга выглядела не слишком серьёзно. Речь явно о роли второго плана. А то и третьего. Какой там будет гонорар у актрисы? Сто тысяч евро? Семьдесят? Комиссионные Чен Энтертеймент получатся совсем смешными. Да и промо-эффект окажется не слишком сильным — выстроить на этом новый виток рекламной кампании не получится. Всё по той же причине — роль даже близко не будет центральной.
— Всего одно место среди актрис второго эшелона? Слишком мало.
Тот сердито засопел.
— Вэньмин обещал, что поговорит с вами и обсудит этот вопрос. Вы же с ним общались?
В том, что Банк Шанхая связан с фармацевтической компанией, головной офис которой находился всё в том же Шанхае, никаких сомнений у меня не было. Хотя, скорее всего имел место личный интерес группы менеджеров, а не всего банка в целом. Тем не менее, актёр преувеличивал потенциальное влияние китайской финансовой структуры. Да, с Чен Групп они каким-то образом были связаны. Но весь контакт зиждился на личном контакте старого председателя и неких персоналий из руководства Банка Шанхая.
К тому же, если целиком Чен Групп представляла собой хотя бы более или менее крупную цель, то вот Чен Энтертеймент, на их фоне была крохотной пташкой. Я с трудом представлял себе, как гигант вроде Банка Шанхая сможет разделаться с таким объектом. Всё равно, что сидя за штурвалом реактивного истребителя охотиться за зайцем, который снуёт где-то в лесу. Вроде бы мощь несопоставима, но на практике до этого самого зайца никак не добраться. А даже если получится его каким-то безумным чудом отыскать и атаковать, вместе с ним пострадает изрядный кусок леса. И то, при условии, что получится поразить объект с первого раза.