Измена. Меж двух огней (СИ)

Дверь квартиры мы открыли без проблем. Доктор вошёл последним и поставил сумку на тумбу в прихожей. Я поблагодарила его и вежливо предложила попить чай. Он также вежливо отказался, сославшись на работу, затем попрощался и ушёл.
Мать тут же накинулась на меня с упрёками:
— Лика, что всё это значит? Кто это?
— Неважно, просто хороший знакомый, — отмахнулась я, раздеваясь.
— То есть как это неважно? Ты, вообще-то, замужняя женщина!
— Мама, я сказала, что он просто знакомый. Меня что, знакомый не может подвезти и сумку донести? — парировала я, утаив тот факт, что твёрдо намерена развестись, не нужно ей этого знать, а то не будет мне жизни даже в этой квартире.
— Мне-то ты не заливай! Я обратила внимание, как он на тебя смотрит, как будто уже имеет на тебя права! — строго высказала родительница, повысив тон.
— Мама, ну что ты выдумываешь! — не выдержала я и тоже повысила на неё голос.
Именно этого я и боялась, когда родительница со мной сюда ехать собралась. Фантазия у мамы богатая, сейчас навыдумывает невесть что, и меня и себя изведёт. Психанув, я сбросила обувь и пошла на кухню: надо чай или кофе выпить, чтобы успокоиться. Мама отправилась за мной.
— Ну ладно, не нервничай, тебе вредно, — смягчив тон, проговорила она. — Я же о тебе беспокоюсь.
— Мама, мне уже давно не пятнадцать лет, давай я сама буду о себе беспокоиться!
— Ну всё-всё, не кипятись, — уже более мягко произнесла родительница, усаживаясь за стол. Немного помолчав, опять с подозрительностью на меня взглянула и спросила: — У тебя точно с этим типом ничего нет?
Я устало вздохнула и отвернулась к окну. Ну как с ней ещё разговаривать?
— Нет, мама, мы просто приятели, — чётко проговорила я, снова вернув к ней внимание. — И вообще, может ты уже своей личной жизнью займёшься? А то твоя излишняя забота обо мне проснулась слишком поздно и совершенно некстати.
Мать переменилась в лице.
— Так и будешь меня всю жизнь корить, что тебя до тринадцати лет не воспитывала?
Я испытала вину. Действительно, в последнее время я ей уже дважды об этом напомнила. Все мы неидеальны, так что пора бы мне её простить. Хорошо хоть в роддоме меня не оставила, а к бабушке забрала. А если бы бабушки не было?
— Мам, ты прости конечно, но давай уже сейчас поговорим откровенно и навсегда забудем эту тему. Я всё хотела спросить, ты думала о том, как бы сложилась твоя жизнь, если бы моя бабушка не помешала от меня избавиться?
Тут мама и вовсе помрачнела, отведя от меня глаза, проговорила:
— Конечно думала. Более того, я долгое время винила тебя, что у меня личная жизнь не ладится. Далеко не все мужчины охотно принимают чужих детей. Некоторые вообще категорически против. С одним таким жила пять лет, жуткий был эгоист. Он даже знакомиться с тобой не желал и тихо злился, когда я к тебе повидаться уходила. Однажды ему предложили долгосрочный контракт по работе за границей и я изъявила просьбу взять тебя с собой, на что он ответил резким отказом, ещё и ультиматум мне выставил: либо я еду с ним одна, либо наши отношения прекратятся. Я поговорила с матерью, спросила, что мне делать. На что она мне ответила: ”Мужиков на свете много, а дочь у тебя одна, так что думай сама, кто тебе важней”.
— И ты выбрала меня.
— Конечно! Иначе мать бы никогда меня не простила! — воскликнула родительница и, испуганно взглянув на меня, тут же поправилась: — И ты бы не простила. — Вскипел чайник, мама нашла заварку и мы вместе заварили чай. — Я ведь почему с мужем-то жила, измены его терпела, потому что он один из немногих, кто принял тебя, — продолжила мама изливать душу и чуть отпила горячий чай из своей кружки.
— Совершенно напрасно, — ответила я. — Отчим отцом для меня всё равно никогда не был. Он был просто мужчиной, который живет с моей матерью и мотает ей нервы. Думаешь, приятно было смотреть, как ты страдала от его выходок?
— Да понимаю я, что это опять мой косяк. Я ведь как лучше хотела, чтобы у нас нормальная семья была, — с грустью произнесла мама, глядя в свою кружку. Внимательно посмотрев на меня, назидательно произнесла: — Вот и ты не повторяй моих ошибок. Ребёнку нужны оба родителя. Никакой другой мужчина не будет его так любить, как отец.
 
— А где же тогда мой отец?
— Ой, лучше не спрашивай, — ответила она, брезгливо скривившись.
— Ты всегда так отвечала, — не сдержав обиды в голосе произнесла я. — Ну ладно я, а что ребёнку скажу на вопрос, кто его дедушка?
— Так и скажи, что не знаешь его и знать не хочешь, — ответила мать и начала нервно постукивать по столу пальцами.
Я не стала больше допытывать родительницу, понимая, что бесполезно. С детства знаю, если мама что-то решила, переубедить её невозможно. Может упрямая черта характера у меня, это как раз от неё. А вот внешне я совсем на неё не похожа, у меня явно отцовские гены. Поэтому всегда было интересно взглянуть на папу хотя бы разок, про общение уж и не мечтаю.
В дверь неожиданно позвонили. Я напряглась и вопросительно уставилась на родительницу.
Мама пожала плечами и проговорила:
— Может консьерж проверить нас пришла? Дотошная дамочка. — Я встала, чтобы пойти открыть, но она остановила: — Сиди, лучше я открою, заодно объясню, что слишком усердно выполнять свои обязанности тоже не очень хорошо.
Родительница ушла в прихожую, а я осталась допивать чай. Когда на кухню вошёл Игорь, чуть не подавилась.
— Ты как здесь… — начала я возмущаться и, посмотрев на безэмоциональное лицо матери, тут же догадалась: — Теперь понятно, с кем ты переписывалась.
— Я считаю вы должны поговорить, — ответила мама тоном учительницы. — Здесь самая подходящая обстановка. И не смотри на меня таким убийственным взглядом! — адресовала она мне. — Потом спасибо скажешь. — Переведя внимание на зятя, добавила: — Вы люди взрослые, вот и ведите себя как взрослые, хотя бы ради ребёнка. Ладно, я пойду.
Мама развернулась и быстро удалилась в прихожую. Игорь уселся за стол напротив меня, а я закрыла лицо ладонями, не желая видеть этого человека. Негативные эмоции рвались наружу…
Глава 11 
— Лика, что с тобой? — проговорил муж, и я ощутила прикосновение его руки к моим волосам.
Тут же резко отпрянула и, убрав руки от лица, с трудом сдерживая себя, чтобы не закричать, произнесла:
— Игорь, не надо. Ты обещал оставить меня в покое.
— Это обещание было на период твоей госпитализации. Я рассчитывал, что ты уже успокоилась. А ты даже о выписке не сообщила, — с нотками раздражения в голосе проговорил он.
Я начала давить в себе нервный смех. Он рассчитывал значит. Всё-то он рассчитывает. Муж вскочил из-за стола и вмиг оказался у моих ног, обнимая их и уткнувшись лицом в колени.
— Лика! — простонал он. — Я не могу без тебя. Ну прости ты меня!
Внутри я вся сжалась от чувства отвращения и неприязни к этому человеку. А ведь ещё совсем недавно я его безумно любила. Вот и поверишь тут в поговорку «от любви до ненависти…»
Наверное, Игорь тоже почувствовал моё внутреннее состояние, хоть я и старалась внешне держаться спокойно. Подняв на меня лицо, на котором отчётливо читалось сожаление и боль, низким тоном произнёс:
— Неужели я настолько тебе противен?
— Да, — решила я-таки сказать правду, пусть знает, какие негативные эмоции у меня вызывает. Может поймёт наконец-то, что искать со мной встречи и умолять о прощении — плохой вариант поведения. Самое лучшее для него сейчас — это самоустраниться, хотя бы на время. Вообще предпочитаю встречаться с ним только в суде. А когда родится ребёнок, там я может немного остыну и начну спокойно воспринимать его визиты. — Ты мне противен. Каждый раз, когда смотрю на тебя, вижу Леру и вашего ребёнка у тебя на руках. Больше не хочу подобных стрессов. Пойми меня и отпусти.
— Я не общаюсь с Лерой, клянусь тебе. Даже ребёнка со дня выписки не видел.
— Это уже неважно.
— Нет важно! Я с самого начала не хотел его рождения, но раз уж он случился, то посчитал своим долгом принять на себя ответственность, хотя бы в материальном плане. Всё наше общение сводилось лишь выполнением просьб необходимых для ребёнка и то строго по телефону. Да, из роддома я их встретил, но чисто из любопытства — хотел взглянуть на младенца.