Мастер меча тысячелетней выдержки. Том I (СИ)

— Дай угадаю, — я закинул меч на плечо. — Ты нашёл древний фолиант, первая страница которого была исписана предупреждениями о том, что его ни в коем случае нельзя читать. Забил на них. Потом нашел заклятие, которое обещает изменить всю твою жизнь и решил, что это именно того, чего тебе не хватает?
Паренек кивнул, кротко потупившись. Ну юродивый юродивым!
— Д-да, в общих ч-чертах всё так.
Я снова прищурился.
— А первую страницу ты полностью прочитал? Особенно ту часть, где говорилось, что применять это заклинание можно только в том случае, если ты отчаялся до той степени, что ещё немного и наложишь на себя руки?
Паренек грустно вздохнул.
— Поэтому я и решился… мне нечего терять, я полное нич…
— Ага, хорошо, — я задумчиво постучал указательным пальцем по своему подбородку.
— И тот фрагмент, про самые пучины Ада ради силы?
Паренёк неловко кивнул.
— Значит, твоё решение было взвешенным и ты готов нести за него полную ответственность?
Глаза парня загорелись и первый раз оторвались от земли; он выпрямил спину и, посмотрев прямо на меня, на одном дыхании выпалил:
— Безусловно. Я должен стать сильным. Любой ценой, — он сделал глубокий вдох и продолжил, — это мой последний шанс.
Должен признаться, я человек циничный и, возможно, немного чёрствый — тысяча лет наедине с камнем кого угодно укрепит. Но мужество этого юноши чуть не пробило меня на слезу, что говорит либо о размягчении моего характера, либо о необыкновенно сильном моральном стержне парня. В его взгляде горела решимость человека, готового поставить на кон всё.
Ну что ж. Этот выбор он сделал сам.
Я протянул ему свой меч.
— Вот меч, — тот вдохновенно схватился за рукоятку, и я кивнул в сторону камня, — вот камень.
В глазах паренька отразился немой вопрос. Я вытянул руку и указал на серую стену за камнем:
— Вон стена, на ней рисунки — комиксы, так сказать. Я старался. На пару лет развлечений тебе хватит, потом нацарапаешь свои.
— И-извините?..
— Ну, бывай, — я улыбнулся, помахал ему рукой и пошагал назад, во тьму. — Фолиант я положу на видное место, может, следующий бедолага его найдет быстрее, чем через тысячу лет.
Парень растерянно крутил головой, глядя то на камень, то на меч.
— Т-так я исправлю свою жизнь? — его голос был исполнен смутной надежды.
Я замер прямо перед входом в пустоту и развернулся.
— Нет, — я посмотрел на него с самой лучезарной улыбкой из тех, которые только мог из себя выдавить. — Я сделаю это за тебя.
  
Глава 1
 
— Анжела, я люблю тебя…
Сука.
— Ты свет очей моих, луч солнца, что рассекает тьму ночи моей души…
Заткнись, заткнись.
— Лишь ты одна мне нужна, ради тебя я поступил сюда, будучи простым парнем из деревни, но с большим сердцем! Мне просто нужно, чтобы ты взглянула на меня хоть раз!
Я хочу блевануть. Но не могу, ведь именно мой рот сейчас произносит все эти слащавые слова.
— Ради тебя я изменюсь… стану лучше.
Ну как мой… не совсем мой. Когда-то им пользовался тот паренёк, но сейчас он уступил его мне. Как и всё остальное своё тело.
— Ради тебя я добьюсь всего, доберусь до самых вершин…
Почему я не могу остановить весь этот трёп? Всё достаточно просто и сложно одновременно: сознание парня уже покинуло тело, а моё, хотя и пришло, но всё ещё не успело вступить во власть. Вот тело и пошло по… всему, что парень сдерживал в себе.
Если бы он очень кого-то ненавидел, то пошел бы сейчас этого кого-то убивать, совсем не думая о последствиях. Если бы он голодал — то отправился штурмовать ближайший буфет, рассталкивая всех на своём пути и вырывая еду у посететелей.
Если бы он был озабоченным извращенцем — то берегитесь, юбки.
Так что сейчас я отделался малой кровью. Тело всего лишь выдаёт любовные тирады, адресованные какой-то Анжеле. Понятия не имею, кто это, да и где я вообще нахожусь — я без понятия. Ведь зрение, как и другие чувства, ещё не перешло ко мне под контроль.
Но предположу, что эта некая Анжела сейчас передо мной.
 
— Просто поверь в меня, я… я…
Если бы мог, я бы сейчас скривился. Вот тело сейчас болтает, а последствия-то разгребать мне. Это ведь он, пацан, хотел Анжелу. А я ещё не факт, что захочу её.
Сначала появился слух. Я начал слышать какой-то гул, а не только вопли тела о любви.
Затем появилось и осязание.
Запахи.
Контроль над ногой. Ступней.
— Я готов стать твоим цепным псом, что будет…
Нет, нет, нет.
Я ощутил, как моё сознание обогащается рефлекторными привычками и общими знаниями о мире, что хранились в мозгу у этого пацана. Информация лилась широким потоком; еще немного, и наши личности сольются в одно целое. Я получу все до одного его воспоминания и эмоциональные переживания.
Этого допустить нельзя.
Конечно, на одних только общих знаниях о мире поначалу будет трудно, но лучше так, чем всерьёз переживать о какой-то херне вроде экзаменов и баб, или что ещё там цветёт в мозгу восемнадцатилетнего.
Усилие над собой… Давно такого не делал, но это ведь не сложнее, чем бить камень. Оградив сознание от бурного потока, я искусственно заблокировал слияние; затем перешёл к увеличению контроля над телом…и, наконец, смог заткнуться.
Перед глазами появилась смутная картинка. Ни черта не видно, лишь огромное чёрное пятно. Надеюсь, это не Анжела.
Еще пара секунд, и зрение почти совсем пришло в норму.
И… бл*ть.
Я находился посреди какой-то сцены. А огромное чёрное пятно превратилось в целый зал, заполненный людьми. Впрочем, люди были не только в зале; кто-то стоял рядом на сцене.
Нихера не понимаю.
Звуки стали чётче; я смог расслышать гул, смех, ржач. Издёвки.
Я скосил взгляд вниз, на собственное тело. Худое, едва ли не истощённое. И одежда — разительно отличающаяся от той, которой щеголяла публика в зале. Можно сказать, я выглядел как бомж среди моделей с показа мод.
Я почувствовал неуместность; кажется, моё присутствие на этой сцене было почти неприличным. Наверное, правильным решением было бы как можно скорее уйти.
Вот только меня волновал один очень важный вопрос.
Прокашлявшись я поднял руку.
— Ещё минуту внимания! — прокричал я. — Я хотел бы уточнить одну вещь…
К моему удивлению, зал мгновенно стих. Будто бы всем было ну очень интересно узнать, что за уморительно смешную, жалкую дичь я сморожу в следующий миг.
— Кто такая, нахер, эта Анжела?
* * *
Молодые люди, в шахматном порядке рассеявшиеся за небольшими столиками, не спешили давать ответ на мой, казалось бы простой, вопрос.
Скорее, они лишь недоумённо хлопали глазами и переглядывались в попытках понять, что только что произошло.
Что ж, я же человек понятливый. Чего-чего, а это я за тысячу лет осознал кристально ясно: бесполезно биться головой об камень. Мечом, кстати, тоже.
Не хотят идти на контакт — ну и ладно. Да и до Анжелы этой дела мне, в общем-то, нет. Просто подумалось, что когда у тебя с нынешнем поколением разница в добрую тысячу лет, то любой повод завести беседу будет на вес золота.
— Извините, ах-ха-ха… — со стороны прохода к сцене раздался неуверенный мужской голосок. — Мой друг, кажется, перебрал…
Софиты продолжали слепить меня, поэтому я толком не успел сообразить, что произошло, когда чья-то дрожащая и потная от нервов ладонь ухватила меня за рукав и резким рывком потащила за кулисы.
— Ах-ха-ха… мы уже уходим, ах-ха-ха…
Парень приобнял меня под руку, сделав вид, словно действительно тащит пьяного друга подальше от чужих глаз, и мы быстро зашагали к большим дверям, над которыми красовалась зелёная табличка «Выход».