Сокровище чародея

Осознав этот факт, Надежда Николаевна даже повеселела. У нее снова расследование. Прощай, скука!
Алка нашлась в учительской, где она поругивала какую-то молоденькую училку. Та шла пятнами и молчала.
– Алка, ты бы хоть не при людях на нее ругалась, – сказала Надежда Николаевна, когда девчонка выбежала из учительской едва не в слезах. – Вызвала бы в кабинет, там и отчитала.
– Я? – удивилась Алка. – Я ее ругала? Ну, Надежда, я на тебя просто удивляюсь. Ты меня столько лет знаешь! Это разве ругань? Это я ей просто на вид поставила. А вот когда ругаться стану – то стены дрожать будут! Не веришь?
– Верю, – вздохнула Надежда, зная темперамент подруги. – Ладно, пошли уже, не то тебя опять кто-нибудь отвлечет.
Они поднялись на третий этаж, и Алка постучала в дверь кабинета истории. Дверь приоткрылась, из-за нее выглянул остренький носик и круглый удивленный глаз.
– А, это вы, Алла Владимировна! – проговорил обитатель кабинета. – Ну, заходите, заходите…
Войдя внутрь, Надежда огляделась по сторонам: обычная классная комната с рядами одинаковых столов и стульев и неким подобием кафедры. Возле кафедры возвышался книжный шкаф, заполненный старинными томами. По стенам были развешаны яркие плакаты с изображением далеких и не очень далеких предков человека – питекантропов и синантропов, неандертальцев и прочих наших родственников. Также здесь были изображения различных исторических персонажей. Некоторых из них Надежда узнала – Ивана Грозного, Петра Первого, Екатерину Великую. Но один персонаж – мрачный мужчина с выпуклыми надбровными дугами и узкими, пронзительными глазами – произвел на нее самое сильное впечатление.
– Это Чингисхан, создатель крупнейшей империи в истории человечества! – с непонятной гордостью сообщил владелец кабинета, перехватив ее заинтересованный взгляд. – Предположительная реставрация, разумеется.
Повернувшись на голос, Надежда Николаевна разглядела хозяина кабинета. Это был маленький, худой мужчина с остреньким личиком и круглыми внимательными глазами. Несмотря на такую внешность, он обладал сильным и красивым голосом.
– Это Иван Васильевич, наш учитель истории! – представила его Алла. – А это – Надежда Николаевна, моя старинная подруга.
– Старинная? – переспросил Иван Васильевич с каким-то странным, мечтательным выражением.
– Ну да, – Алла усмехнулась и обратилась к Надежде: – Он у нас любит все старинное…
– Ну а как же иначе? – проговорил историк. – Человек, который не интересуется прошлым, недостоин будущего!
– Вот, кстати, Надежда Николаевна интересуется прошлым. А конкретно – она хотела бы узнать… ну, Надя, ты уж сама объясни Ивану Васильевичу, что ты хочешь узнать.
– Я хотела бы узнать, что это за герб? Чей он, какого происхождения?.. – с этими словами Надежда протянула Ивану Васильевичу телефон, на экране которого была фотография герба, вырезанного на шкатулке. Саму шкатулку она решила не приносить. На всякий случай.
– Одну минутку… – Историк с важным видом нацепил на нос очки в металлической оправе и, взглянув на фотографию, проговорил: – Интересно, очень интересно… – А затем коршуном кинулся к книжному шкафу, вытащил из него огромный том в потертом переплете, положил его на стол и принялся листать с таким видом, как будто от этого зависели судьбы человечества. – Это один из лучших геральдических справочников, – пояснил он, на мгновение оторвавшись от поисков.
Наконец он что-то нашел и издал победный крик:
– Вот оно! Я так и думал!
Надежда подошла к столу и склонилась над справочником. На раскрытой странице было яркое цветное изображение рыцарского герба: серебряный щит, разделенный красными линиями на четыре части. В двух из этих частей располагались птицы с львиными головами, в двух других – деревья с золотой листвой, охваченные языками пламени… На шкатулке Надежда таких подробностей разглядеть не могла.
Над изображением герба красивыми готическими буквами был написан девиз: «Ex praeclaro ad magnum futurum».
– В переводе с латыни: «От славного прошлого к великому будущему».
 
– И что же это за герб? – спросила Надежда.
– Это герб графов Костровых. Видите пламя, охватившее геральдические дубы? Оно символизирует фамилию графов. Хотя в действительности эта старинная фамилия происходит вовсе не от русского слова «костер», а от старинной португальской фамилии де Кастро, от которой произошли ваши Костровы…
– Де Кастро? – переспросила Надежда.
Ей показалось, что где-то она уже слышала эту фамилию.
– Да, де Кастро – древний португальский род, берущий начало от Инес де Кастро, фаворитки короля Педру I…
– А, это та самая фаворитка, которую он выкопал из могилы и короновал после смерти! – уточнила Надежда.
– Как интересно! Вы знаете эту историю? – Иван Васильевич посмотрел на Надежду с уважением. Она заметно выросла в его глазах.
Надежда не стала рассказывать ему, что узнала удивительную и трагическую историю Инес де Кастро только позавчера, прочитав ее на табличке в театральном музее. Вот интересно, это просто совпадение или есть тут связь?
Впрочем, Надежда Николаевна Лебедева не очень верила в совпадения.
– Надежда Николаевна у нас вообще очень умная и образованная! – добавила Алла, которой приятно было услышать похвалу подруге.
– Так чем еще я могу вам помочь? – спросил историк с живейшим интересом.
– Ну, если можно, расскажите что-нибудь об этих Костровых… Как они оказались в России, куда делись потом? И нет ли в нашем городе домов, принадлежавших этому семейству?
– Как не быть? У такой знатной семьи, конечно же, был дом, да и не один наверняка… но я, к сожалению, не знаю где. Прежде я не интересовался судьбой этой фамилии. Но это не беда, сейчас мы все найдем…
Историк снова кинулся к книжному шкафу, достал одну книгу, другую, торопливо проглядел, поставил их на место, придвинул к шкафу стул, залез на него и достал с верхней полки очередной старинный том – в кожаном переплете с золотым обрезом.
– Вот оно! – радостно воскликнул Иван Васильевич.
Сдув пыль, он раскрыл книгу и принялся ее листать, пока не остановился на странице, где был изображен уже знакомый Надежде герб.
– Так… первый представитель семейства де Кастро переехал в Россию в семнадцатом веке, поступил на царскую службу… участвовал в нескольких походах против татар, за что был пожалован имением под Тверью… вот тогда их фамилия была изменена на российский манер, и они стали Костровыми. Так, что было дальше… – Иван Васильевич осторожно перевернул еще несколько страниц и продолжил: – В царствование Петра Великого очередной представитель рода Костровых за большие успехи на поприще мореплавания был удостоен графского титула. Тогда же ему был пожалован участок в новой столице – Санкт-Петербурге. На этом участке граф Костров построил каменный дом… ага, позднее этот дом был перестроен и расширен, он стал одним из самых известных домов в столице, Костровы ежегодно устраивали блистательные балы… Так, а что же было с Костровыми позже?.. – Историк закрыл старинный фолиант и достал из шкафа другую книгу, явно современного издания.
Надежда прочла на обложке название: «Судьбы представителей старинных дворянских родов в послереволюционный период».
Иван Васильевич пролистал эту книгу и прочел:
– «Большая часть потомков семейства Костровых погибла во время Гражданской войны. Последний представитель рода, Викентий Костров, был арестован во время Большого террора, с тех пор его судьба неизвестна». Вот, на этом все. – Он захлопнул книгу и взглянул на Надежду – мол, чего еще вы от меня хотите?
Но Надежда Николаевна задала еще один вопрос:
– А где же находится дворец графов Костровых, о котором вы говорили?
– Сейчас, одну минутку… ага, согласно плану Петербурга тысяча восемьсот шестьдесят пятого года дворец графов Костровых находился на набережной Екатерининского канала, вот и номер дома указан. Однако… я хорошо знаю этот район и не помню в этом месте дворца Костровых, и вообще никакого исторического особняка!