Карахан (СИ)
— Ага. Так вот, Катя утверждает, что если отношения на расстоянии выдерживают срок хотя бы в полгода, то потом из них можно создать хорошую крепкую семью. Не то, чтобы я сильно торопилась с этим, но все же лучше, чем все время быть одной.
— Надо же!
— А то, — аккуратно сунув алмаз в коробочку, Луиза убрала ее под стол. — Причем, самое удивительное, что у Кати тоже есть парень, который учится в столице. Я один раз увидела их переписку — чуть со стыда не сгорела. Даже не знала, что такие слова и выражения вообще существуют.
— Я слышал, что у вас Дима с Алисой тоже встречаются, — заметил Степан.
— Встречаются. Правда, они только недавно решили попробовать жить вместе. Заняли вдвоем комнату парней, а близнецов переселили в гостиную на диван. Временно, конечно — просто, чтобы посмотреть, как они смогут притереться в житейских условиях, если дело дойдет до прям уж очень серьезных отношений.
— И как, получилось?
— Не очень, — артефакторша бросила взгляд на стеклянный волчок, стоящий на буфете возле хлебницы. — Ты же, наверное, в курсе, какие у них характеры. Придираются, ссорятся.
— Сильно?
Луиза пожала плечами.
— Думаю, это можно сравнить с прогнозом погоды. Например, бывают ясные, безоблачные дни. Бывают легкие тучки на небе. Бывает, когда реально все небо тучами затянуто, и гром гремит. А иногда…
Она не договорила — стеклянный волчок вдруг ожил, засветился красными огнями, и закружился вокруг своей оси, издавая низкое гудение.
— Опять! Слушай, Степан, не подумай ничего такого, но я бы тебе сейчас советовала пригнуться.
— А?
Из комнаты парней донеслись приглушенные крики. Краем уха новенький услышал треск дерева, и успел заметить, как оседает закрытая дверь. А потом она просто распахнулась, и с громким стуком врезалось об стену. Мелькнуло что-то красно-синее, в угол комнаты улетело чье-то тело, дверь закрылась.
Ругаясь и кряхтя под нос, Дима поднялся на ноги, потирая ушибленную поясницу.
— Луиза, степень опасности?
— Третий уровень, — артефакторша успела пригнуться, и теперь выпрямилась, сохраняя флегматичное спокойствие. Степан приоткрыл рот. — Попробуй словами.
— Понял, спасибо. Берегитесь, ребята, сегодня Алиса явно не в настроении.
— А иногда случаются дни хуже некуда, — закончила Луиза прерванную речь. — Кстати, этот волчок предупреждает нас, когда они начинают ссориться. Тогда мы успеваем спрятаться, ну, или хотя бы убежать подальше.
— Дела! — Степан покрутил головой, и подумал, что на один раз для знакомства впечатлений, пожалуй, многовато. — Знаешь, я вижу, вы тут все при деле, так что, наверное, не буду мешать. Пойду к себе, мне еще вещи разбирать надо.
— Ну, ты, если что, не пропадай, — отдых и чай закончились, и Луиза с усталой обреченностью придвинула к себе чертежи артефактов. — Мы тебя с близнецами познакомим, это вообще уникальные личности. Жрут, пьют, спят, но при этом нигде не работают, только балду пинают. Еще и учатся так себе, на троечку. А если ты гнома нашего застанешь….
— Я понял спасибо большое, — покосившись на осевшую дверь и зачем-то пригладив волосы, Степан торопливо поднялся из-за стола. — До скорого.
И выскочил из блока — переваривать увиденное и услышанное. А Луиза, посмотрев ему вслед, пожала плечами, и склонилась над чертежом, напоследок пробормотав под нос:
— И зачем вообще заходил — непонятно.
******************
Для Димы наступил решающий момент. Все его будущее зависело от этого вопроса. Чувствуя, как нервно дергается левый глаз, он мужественно сказал:
— Алиса, будь со мной.
Подумав пару минут, Безумная покачала головой.
— Нет.
Дима вздрогнул, но выдержал удар, и от своего не отступился.
— Я ни о чем таком не прошу, но…. Пожалуйста, просто будь со мной.
— Ни за что! — развернувшись, Алиса выскочила из комнаты, махнув на прощание сумкой. Ноги Димы подогнулись, и он начал медленно опускаться на колени.
— Как же так? — прошептал староста в полном отчаянии. — Я же просто хотел, чтобы ты на экзамене села рядом, и показала ответы!!!
— Ну, что? — спросил Гвеллин двадцать минут спустя.
— От девчонок помощи можно не ждать, — уныло ответил Дима. — Все слились.
— Надо что-то придумать, — на лицо Вани наползла туча крайне степени озабоченности. — Тридцать правил по технике безопасности, подробное описание каждого из пятидесяти существующих заклинаний, разбор ситуаций…. Да нам такое и за три ночи не выучить!
— А зачет у Казимира уже завтра, — напомнил Валера. — Хреново.
— Да, смотрю я на вас, людей, и меня прямо прет, — Гвеллин отхлебнул пива, и сыто рыгнул. — На кой вам столько бумажек и правил? Вот у нас, гномов, только да правила — бей насмерть и не давай себя убить.
— Что-то не видно, чтобы вы со своими двумя правилами сильно высовывались, — проворчал Дима. — Сидите в своих шахтах и пещерах, пока вас петух не клюнет.
— В бубен захотел? Я не понял, а с хрена ли вы раньше не учили? Вам же неделя давалась.
— Недели мало, — ответил Иван. — У нас память не настолько феноменальная.
— И потом, мы были заняты другим, — добавил брат-близнец Валерий. — Ты же тоже с нами был.
— Восьмое марта? Не-а, я в этом не участвовал, меня можете даже не впутывать.
Проблема была в том, что на третьем курсе у них должны были начаться практические занятие по боевым заклинаниям, так как вся начитка теории и сдачи по ней экзаменов уже давно прошли успешно. Начались бы и раньше, если бы не напряженная практика осенью второго курса, из-за чего куратору группы «БМ-17-3» Казимиру пришлось срочно составлять для своих студентов новое учебное расписание, ставя вместо заклинаний то, чтобы было больше в приоритете, как, например, занятия по вождению. Однако, теперь, когда время для заклятий пришло, все тот же Казимир, который и являлся преподавателем по этому предмету, наотрез отказался вести занятия, пока ученики не сдадут новый экзамен по технике безопасности ему лично. Ведь одно дело — сплетать «молнии», «невидимые кулаки», «ленты» и «крылья», а совсем другое — делать это с умом, учитывать последствия, правильность выбора и возможные ошибки. Может, Дима с друзьями бы и справились, но тут еще и подключился Даэррин, для которого тоже пришло время обучать третьекурсников обращению с холодным и стрелковым оружием. А так как близнецы никогда не лезли в примитивную драку, а Луиза, как огня, боялась мечей, кинжалов и арбалетов, то вся группа сильно затормозила, вынужденная теперь тренироваться в свободное время, подтягивая слабые звенья.
— Надо как-то выкручиваться, — рассудил Дима. — Самое главное — сдать зачет, хотя бы на четверки. Саму теорию можно будет подучить в любой момент.
— А где та штука, с которой мы сдавали экзамен, когда переходили на второй курс? — вспомнил Валера. — Магическая шпаргалка.
— Луиза ее забрала, и спрятала.
— Зачем?
— А ты как думаешь? Чтобы мы, наконец, «включили мозги, и поняли, что от знаний зависит наша жизнь, и прошло то время, когда можно тупо списать». Это я ее цитирую.
— Лучше бы драться научилась, — проворчал Ваня. — А то только из-за нее Даэррин нас грузит больше, чем остальных.
Подобно Куколке, куратор гномьей группы не терпел неженок, и требовал от учеников полной отдачи, постоянно напоминая, что может наступить момент, когда придется полагаться только на свои физические силы. И, хотя он уважал Луизу за ее способности и рвение, это никак не отразилось на строгости к изучению предмета. Даэррин не хотел, чтобы кого-то из его студентов превентивно убили, только потому, что тот пропустил важное для себя занятие.
— Короче, — командир не терпел долгих разговоров. — Сами себе шпаргалки сделаем, не хуже, чем у других.
— Можно еще проще, — зевнул Гвеллин. — Сделать так, чтобы зачет вообще не состоялся.
— Это как? — у близнецов загорелись глаза.
— А вот так. Казимир ведь на работу на автобусе добирается? Небольшая авария, пробка, он опаздывает, а мы в это время идем к директору, просим у Рахни пропуск через портал, и исчезаем, типа нас срочно куда-то выдернули.