Карахан (СИ)

— И правда, сестренка. Успеете еще друг друга во всех позах, у вас вся жизнь впереди. Собирайтесь, и выходите, две минуты уже истекли.
— Блин, ну вот каждый раз так! — неохотно покинув «огород», Алиса потянулась к полотенцу.
— Вообще-то, это в первый раз так, — пробурчал Дима. — А кто говорил, что сначала долг, а потом все остальное?
— Не знаю. Какая-то другая Алиса, у которой парня не было, и которая не знала, чем дяди с тетей по ночам занимаются, и почему без этого ни дня прожить не могут. Сам меня на это подсадил, сам и виноват.
Короче говоря, к тому моменту, как они выскочили из блока, пошла пятнадцатая минута. Коридоры лениво заполнялись студентами, оторванными от заслуженного отдыха, и не сильно спешащих на зов любимой Академии. Это дало второкурсникам преимущество, и позволило прибыть в комнату с порталами самыми первыми.
— Даэррин! — едва увидев знакомую фигуру куратора гномьей группы, Дима сразу направился к нему. — Господин преподаватель, группа "БМ-17-3" прибыла, куда направляемся, что нужно сделать?
— Успокойся, Колесников. Никуда вы не отправляетесь, и делать ничего не надо. Просто постойте здесь, и подождите немного.
— В смысле? — Алиса сдвинула брови вместе. — Так это что, была проверка?!
— Естественно, — невозмутимо кивнул Даэррин. — И, судя по тому, что прошло уже двадцать минут, а кроме вас никого нет, результаты проверки очень плохие.
— Плохие результаты? — повторила Безумная резким шепотом. — Да вы знаете, от какого важного дела вы нас оторвали? Да я уже готова была забить гол в свои ворота!
Гном непонимающе уставился на нее.
— Моя школа, — шепотом, но с гордостью заметила Катя. — Простите, господин преподаватель, мы в футбол на приставке играли. Ну, точнее, они играли, а мы делали вид, что не слышим, какие звуки Алиса издает, когда ей гол забивают.
— Просто постойте в сторонке, — устало повторил Даэррин. — Большего от вас пока не требуется.
Второкурсники послушно отошли к столу, где обычно заполнялась форма пропуска через портал. Вскоре начали появляться другие группы, и, когда БАМовцы слышали, зачем их позвали, то не было ни одного раз, чтобы кто-нибудь не сматерился. Даэррин слушал это с непроницаемым лицом, повторял просьбу постоять в сторонке, и, казалось, чего-то ждал.
Наконец, дверь открылась. На пороге стоял невысокий человек с уставшим лицом, в парадной серой форме преподавателя БАМа. Даэррин шагнул к нему.
— Господин директор!
— Спасибо, вы свободны.
Гном откозырял, и исчез. По ряду студентов пробежал удивленный шепот. Алиса повернулась к друзьям.
— Мне послышалось, или он только что обратился к нему "господин директор"?
— Тебе послышалось, — ответила Катя.
— Ну, я так сразу и подумала.
Между тем неизвестный прошелся по комнате с порталами, внимательно разглядывая лица студентов, прислушиваясь к перешептываниям, и хмуря брови. Дойдя до группы "БМ-17-3", он на несколько секунд остановился, посмотрел на Безумную, потом на Ледяную Королеву, потом на Диму. Только сейчас староста сообразил, что близнецов, как обычно, рядом не наблюдается, но быстро успокоил себя мыслью, что новый директор вряд ли наизусть помнит состав всех групп. По лицу невысокого человека скользнула легкая тень, он едва заметно улыбнулся, и вернулся на свое место у двери. А потом заговорил — глухо, без интонаций, но по какой-то странной причине его голос был хорошо слышен каждому из присутствующих.
— В ваших умах я читаю недоверие, и это вполне понятно — раньше вы были не раз обмануты людьми с недобрыми намерениями. Чтобы избежать ненужны вопросов, я сразу скажу все, как есть.
Хоть вас об этом и не предупреждали, но руководством Боевой Академии было принято решение о кардинальном изменении преподавательского состава. И, прежде всего — замены человека на посту директора на более компетентного. Меня зовут Роман Андреевич, и с этого дня я ваш новый директор. Если вы беспокоитесь за судьбу Светозара Евлампиевича, то его с почетом проводили в отставку, и назначили социальные выплаты. Также заменили еще нескольких преподавателей — дабы не портить интригу, скажу только, что вы узнаете обо всем уже завтра.
 
Теперь то, что касается ложной тревоги, по причине которой вы все были подняты с постелей. Кто-нибудь слышал о том, что происходит в Овербахе?
Он замолчал, и оглянулся в поисках поднятых рук. Но лица студентов выражали только вежливое недоумение. Луиза толкнула Алису в плечо.
— Что?
— Ты же говорила что-то про Овербах.
— И что? Я, типа, сейчас выделиться должна? Нет уж, спасибо.
— Для войны были мобилизованы все студенты магических Академий по нашей стране и не только, — продолжил Роман Андреевич. — Конкретно до нашей Академии очередь дошла только сейчас. Завтра на входных дверях будет вывешен список групп, которым в ближайшее время придется отправиться в Овербах, и принять участие в боевых действиях. Чтобы не волноваться за вас, я решил лично убедиться, что вы достойны носить гордое звание боевых магов. Не скрою, что я очень разочарован. Я ожидал более достойных результатов.
Запомните хорошенько, боевой маг должен быть готовым ко всему. Спите вы, или бодрствуете, улаживаете личные дела или занимаетесь учебой — в любой момент может случиться так, что вам понадобится во всеоружии отправиться на боевой пост. И я больше не потерплю того, что случилось сегодня. Поскольку я теперь преподаватель, то это мой вам первый урок. Будут и другие. И если кто-то полагает, что у него очень веселая, беззаботная жизнь… — пауза, — … то я постараюсь, чтобы таких из Боевой Академии вышвырнули в ближайшее время. Вам дан великий дар, множество людей доверили вам свои жизни, судьба целых миров зависит от ваших действий. Если для кого-то эта информация в новинку, если кто-то не знал об этом, или не готов — заявление об отчислении можно написать у меня в кабинете, в любое время.
Однако я не хочу начинать наше с вами знакомство угрозами. Будем считать, что сегодняшние результаты проверки — это просто досадное недоразумение. Не нужно думать обо мне, как о какой-то могущественной, грозящей вашему благополучию фигуре. Для вас я такой же преподаватель, как Казимир, Даэррин, или Куколка. То есть, мои двери всегда открыты, и если вас гложет беда, если у вас трудности с учебой или коллегами — милости прошу, обсудим, найдем решение.
Напоследок скажу еще кое-что. За последние годы некоторые наши студенты заработали себе крайне дурную репутацию неблаговидными поступками. Таких мы взяли под присмотр, и если в ближайшем будущем они не исправят свои ошибки — то мы с ними распрощаемся. Не нужно смотреть друг на друга, те, о ком идет речь, прекрасно меня поняли (Луиза вздрогнула, когда осознала, что некоторые взгляды направлены в ее сторону). Но я искренне надеюсь, что этого не случится. На этом, пожалуй, все. Возвращайтесь в общежитии, и помните, что я вам сказал про готовность ко всему. Спокойной всем ночи.
Закончив речь, он скрестил руки на груди, и так и остался стоять, пока передняя шеренга не опомнилась, и не начала выходить за дверь, за ними потянулись и остальные. Проходя мимо новоиспеченного директора, Дима отвел взгляд, но потом не удержался, посмотрел. И сразу отметил неестественно красные глаза преподавателя.
— Кого-то он мне напоминает, — задумчиво сказала Алиса, пока они шли к общаге. — Точно не скажу, но есть подозрения, что это вообще не человек.
— А кто? — простодушно спросила Луиза.
— Не знаю. Может, демон какой-то. Короче, завтра сбегаю к Рахни, и порасспрашиваю его. Надо же быть в курсе, чего ожидать. А насчет готовности ко всему, кстати, он правильно все сказал.
— Между прочим, не затей вы игры с сунь-вынь, то мы бы успели вовремя, — заметила Катя.
Безумная сделала вид, что не услышала. Попав к себе в комнату, Дима достал было телефон, чтобы посмотреть в Интернете про Овербах (до этого он тоже что-то слышал краем уха), но мобильник тут же был вырван, и отброшен в сторону.