Парадокс Харди (СИ)

Шею продёрнуло острой болью – так долго Сандра стояла с запрокинутой головой.
В фургоне она выхватила планшет у водителя – и едва успела. Секундой позже, и она бы не увидела, как Найт перепрыгивает с крыши на щупальце страйдера.
Он побежал по нему почти вертикально вверх – сколько позволяло искажение гравитации, – а потом пополз, цепляясь за шероховатую оболочку, в сторону тела. Щупальце стало подниматься для нового удара.
Найт покатился по нему в сторону туловища, но не упал… Он быстро восстановил равновесие, и, балансируя на вздымающейся поверхности, побежал к началу щупальца. Меч он до сих пор не активировал.
Найт теперь был гораздо выше зданий. Без всякой страховки на головокружительной высоте.
Сандра знала, что он делал подобное много раз, но всё равно за него было до ужаса страшно.
Она выскочила наружу – теперь всё должно было быть видно…
Найт в черном костюме на белой поверхности страйдера напоминал паука, взбирающегося по телу слона – быстрый, цепкий, ловкий. Страйдер пока не чувствовал в нём угрозы и продолжал спокойно двигаться вперёд.
Найт согнул правую руку в локте, а потом резко разогнул. Сандра так хорошо знала этот жест…
Активация нейропривода.
У неё самой по руке точно пробежала искра.
Меч Найта вспыхнул голубым.
Сандра ни разу не видела оружие Гарета Найта вживую, только на видео, но отлично знала форму: очень широкое лезвие, сантиметров тридцать, не меньше, длиной около полутора метров. Будь этот меч настоящим, его невозможно было бы поднять, да и носить тоже не получилось бы из-за слишком большой длины. Но для сражений со страйдерами он подходил. И Найт владел им великолепно.
У всех «клинков» меч был продолжением руки; из-за привода они не ощущали его чем-то отдельным – но только не Найт. Его меч словно был настоящим независимым оружием, он мог «перекладывать» и «перехватывать» его в ладони, резко меняя угол; Сандре иногда казалось, что он, если захочет, сможет вообще отделить меч от ладони и перекинуть в другую руку.
Найт был чем-то невероятным. Его движения не казались такими противоестественно быстрыми, как на видео, но всё равно – это были сумасшедшая скорость и сумасшедшая чёткость.
Сандра не успевала осознать, что он сделал, – а Найт уже делал что-то другое.
Она понимала, что он уже вошёл в цикл, оттуда и бешеная скорость, но всё равно…
Казалось, что Найт вообще не пытался уклониться от щупалец или ещё как-то защитить себя. Для него это всё как будто не имело значения – он просто делал своё дело: прорубался к нервному узлу.
Даже когда он отсёк мечом чуть не треть щупальца, это выглядело так, будто он сделал это походя, сам не заметив… Отмахнулся.
Найт быстро сумел навязать свою игру. Его атаки были настолько неприятны, болезненны и опасны для страйдера – если тот вообще был способен воспринимать их именно так, – что тот был вынужден поменять направление движения, чтобы избежать ударов меча.
Щупальце задело Найта, тот упал, но каким-то чудом удержался и сразу понёсся вверх…
То, как он пользовался искривлениями пространства, было просто невероятным. Он как будто был создан именно для этого. Ни для чего другого.
Найт рубанул по основанию щупальца. Совсем отъединить его не получилось, но оно на какое-то время безвольно повисло, а потом уже не могло действовать так же быстро, как остальные.
Воспользовавшись несколькими секундами передышки, Найт поднялся ещё выше и вонзил меч в тело страйдера в том месте и под таким углом, где клинок мог достичь основного нервного узла.
Эту часть страйдера для удобства называли нервным узлом, но никто не знал, что именно это было. Знали лишь, что разрушение этого органа на недолгое время или парализовало движения страйдера, или делало их медленными и хаотичными. У страйдеров были дублирующие узлы, четыре, иногда шесть, и они через какое-то время включались в работу вместо основного. Но этой паузы «клинку» обычно хватало на то, чтобы искромсать страйдера так, чтобы он не мог уже подняться.
Страйдер содрогнулся и замер.
 
Найта скинуло с того места, где он до того стоял…
Сандре показалось, что рука его при этом выгнулась под неправильным, страшным углом…
Она стиснула зубы так, что заныли дёсны.
Её трясло.
Она думала, если бы была там, то не боялась бы за саму себя так, как боялась сейчас за другого!
Найт поднялся и начал рубить безвольно опавшие щупальца. Ему хватало трёх плавных ударов, чтобы отвалилось верхнее, на нижние хватало двух…
Всё казалось таким простым сейчас – но это было совершенно недостижимо, пока страйдер двигался.
Запах озона лился холодной волной.
Сандра только сейчас поняла, что держит руки с переплетёнными пальцами под подбородком – в почти молитвенном жесте.
Она вздрогнула, когда один из солдат сопровождения произнёс у неё над ухом:
– Ты готова? Пора.
Сандра оглянулась: у неё за спиной стояли ещё трое.
– Я не собираюсь сбегать, – произнесла она.
– Вот и отлично. Но мы проконтролируем.
– Почему так рано?
– Попробуем вывести его раньше. Если повезёт, среагирует на тебя, – солдат кивнул в сторону Найта. – Флеминг уже отправил Меррита. Он разделает тушу…
– Почему не Найт? – Сандра не понимала, почему его хотят снять со страйдера сейчас, когда всё почти закончилось.
– У него что-то с рукой. Надо его вытаскивать.
Сандра кивнула. Она тоже заметила, что рука слишком выгнулась, но потом Найт действовал так, словно всё было в порядке. Но он был в цикле – мог и не почувствовать боль. А мог уже активировать скрытые в костюме автоинъекторы с обезболивающим.
– Давай бегом! – подтолкнул солдат немного растерявшуюся Сандру. – Пока страйдер вырублен…
Они побежали.
Но чем ближе они становились, тем страшнее делалось Сандре.
Сейчас, когда страйдер был недвижим, и у Найта не было противника, был шанс отвлечь его на что-то другое… На «гарду». И Сандре было страшно от того, что Найт с ней сделает. Сейчас он даже не был похож на человека, столько в нём было силы и ярости, скорости, энергии.
И всё это обрушится на неё.
Она постаралась вспомнить, каким Гарет Найт был в постели с ней: и в их первый раз, и потом. Они оказывались в постели ещё дважды; оба раза инициатива была скорее Сандрина. Возможно, Найт хотел бы чаще, но он никогда не намекал, не предлагал и тем более не требовал.
Секс с ним был хорош, и у Сандры об одной мысли об этом каждый раз что-то сжималось в животе и даже хуже: ещё и между ног наливалось горячим, тяжёлым. И такая реакция ей не нравилось – Сандра не привыкла, чтобы собственное тело её не слушалось. Конечно, ей случалось хотеть секса раньше, но никогда раньше – секса с определённым человеком; а теперь она совершенно определённо хотела именно Гарета Найта. Хотела чувствовать именно его губы на своих губах, видеть именно эти руки в зигзагах татуировок разводящими в стороны её бёдра, слышать именно его низкие стоны, хотела быть заполненной именно его членом.
От мыслей о сексе с Найтом – нормальным Найтом – Сандре стало немного полегче, но ненадолго…
Распластанная и искромсанная мечом туша страйдера казалась тем отвратительней, чем ближе они к ней подходили. Тухловатая вонь с плантаций уже не ощущалась, потому что в носу драло от запаха озона – запаха умирающих страйдеров.
Сандра перебралась через большой обломок бетонного перекрытия, а потом увидела его.
Найт или нечто, бывшее когда-то Гаретом Найтом, стояло на коротком, как пенек, обрубленном щупальце.
Длинный чёрный силуэт на фоне перламутрово-белой стены плоти.
Меч был опущен. Найт смотрел на них, хотя по положению головы можно было подумать, что он не всматривается, а вслушивается. Он был насторожен как зверь, почуявший кровь. Но Сандра знала, что почуял он нечто другое. Её.
Найт отвёл руку в сторону, и меч погас.
Солдаты, стоявшие позади Сандры, начали медленно отступать. В том предельном состоянии, в котором находился «клинок» во время сражения, он мог на что угодно среагировать как на угрозу.