Шах и Мат (ЛП)

Глава 78
Финальная Шахматная Партия, Шахматный Город, Калмыкия
— Думаешь, одержала надо мной верх? — Шахматист лежит на полу распростершись, пытаясь сделать последний вдох. — Я никогда не проигрываю.
— Не борись, — говорю я ему. — Мир станет лучше без тебя. Теперь мир в безопасности.
— Какая ирония и ты — герой?
— Поверь мне, никто не считает меня героем. В лучшем случае девятнадцатилетней психичкой. Все мои парни погибают, либо я молча страдаю из-за них. У меня нет друзей. У меня нет идолов. Все вокруг меня сходят с ума, но знаешь что? Время от времени мне удается спасти парочку людей.
— Ты убила мою семью. Ты не должна была выиграть.
— Если и убила, мне очень — очень жаль, но это была не я. Это был кто-то другой.
— До сих пор поверить не могу, что умираю спустя все эти годы планов как добраться до тебя и Пиллара, — он кашляет и захлёбывается.
Я опускаюсь на колени рядом с ним.
— На счет Пиллара, — говорю я, — как вышло, что Палач оказался одним из Четырнадцати, когда как у Пиллара не оказалось двух пальцев, как у всех остальных детей, которых Палач продал в рабство в Грибландии?
— Что ты имеешь в виду?
— Хочу сказать, было похоже будто Пиллар был в рабстве у Палача еще ребенком в Колумбии, — говорю я. — Несмотря на то что вся временная линия пошла к чертям, Палач пытал Пиллара еще ребенком.
— Ты всё поняла неверно.
— Быть может, ты сам лгал и всё выдумал, — мне хочется верить, что Пиллар не так плох. Правда, очень хочется.
— Ты не понимаешь, — глаза Шахматиста закатываются. — Билла встречался с тайным обществом Четырнадцать в местечке под Оксфордом, на кухне. Там работает чокнутый повал по имени Шопен, который то и дело отрубает людям пальцы. Однажды он даже отрубил собственные.
— И?
— Пиллар однажды прознал, что он подслушивает. Была драка. Шопен сбежал, и отрубил Пиллару два пальца.
— Ты ожидаешь, что я поверю в эту историю?
— Я уже ничего не ожидаю, — Шахматист заставил себя открыть глаза. — Ты слишком слепа. Ты так сильно хочешь поверить в том, что Пиллар — хороший человек. Разве ты не видишь?
— Нет, не вижу, — отвечаю я. — Я никогда не видела, чтобы Пиллар желал массового убийства людей. Только монстры вроде тебя то и дело появляются каждую неделю, за чем-то подобным.
— Что если я смогу доказать тебе это? — Шахматист хватает меня за руку. Его потребность рассказать мне что-то перевесила его слабость от яда, что он только что выпил.
— Что? — он говорит, но я не могу расслышать.
— Назови моё имя, — требует он.
— Прошу прощения?
— Назови моё имя, Алиса.
— Ладно, если такова твоя последняя просьба. Ты — Шахматист.
— Не это имя. — Его хватка становится крепче. — Моё настоящее имя.
— А, это. Твоё русское имя, — я пытаюсь выговорить его. — Как же его? Ах, да, тебя зовут Возжик Столб.
— Ты не понимаешь, что означает моё имя?
— Не очень хороша в русском.
— Возжик — довольно грубая русская интерпретация имени Картер на английском, — начинает он, и мир снова начинается вращаться. — Столб означает..
— Пиллар, — заканчивая я за него. — Ты один из Четырнадцати.
— Да, — подмигивает Шахматист. Он намерен сказать мне всё. — Поэтому я сказал тебе, что я так уверен в том, что он умирает. Я разбил свою душу на две части при помощи Чешира. Он преследует другую часть, в Лондоне, не зная о моем существовании.
Несмотря на весь свой шок, я вынуждена сообщить Шахматисту плохие новости.
— Мне жаль, но ты точно недооценил Пиллара, — говорю я ему. — Думаешь, он не знает кто ты такой? Пиллар всё это спланировал. Поэтому он уехал в Лондон, бросив меня, чтобы я убила тебя здесь.
В умирающем взгляде Шахматиста загорается огонь, он шокирован услышав, насколько Пиллар гениален, что ему удалось провести его, меня и весь мир. Я была также шокирована, как и он сам, связав все узелки в одну картину. Кто этот человек по имени Картер Пиллар и зачем он делает всё это?
— Что ты хочешь мне сказать? — говорит Шахматист.
 
— Я лишь хочу сказать, что тот кто сыграл с Богом в шахматы и выиграл — не ты, это был Пиллар, — как только я произнесла это, я поняла, что больше не знаю что думать о Пилларе. Быть может, предсказание о том, что мне суждено убить его в будущем — настоящее. Черт, похоже я просто вынуждена буду сделать это.
— Будь ты проклята, Алиса! Ты и Пиллар! — Шахматист отпрянул, стоит мне подняться на ноги.
Предпочитаю, чтобы именно он прикрывал мне спину. Нет смысла быть сентиментальной. Я — плохая девчонка, которой удается делать хорошие поступки и спасать мир от худшего зла. По сути я вынуждена сделать выбор вроде убийства человека, которому когда-то причинила боль — или же это сделал Пиллар, и он каким-то образом помогает мне во всей этой истории — спасти множество жизней. В моей книге главное не то, кем ты был вчера. Главное то — какой ты стала сегодня. И несмотря на то, как всё обернулось, сегодня Шахматист оказался злодеем дня, а я всё еще пытаюсь спасти жизни. Правда серая. Бесцветная, озадачивающая, и граничит со злом. Но именно такая правда спасает людям жизнь.
— Будь ты проклята, Алиса! — Шахматист не сдавался до самой смерти, выражая свою ненависть ко мне.
Но на него у меня не было времени. Мне нужно найти Пиллара, на случай если он обернется злым гением, придется поверить, что в будущем я буду вынуждена убить его. Красный, мой ангел — хранитель, встает передо мной и гладит меня по плечу. В его руке моя Тигровая Лилия.
Записка: Я знал, что она много для тебя значит, поэтому сохранил её. Ты молодец, Алиса. Ты поступила правильно.
— Почему ты в этом так уверен? — спрашиваю я, прижимая к себе горшочек с Лилией.
Потому что я верю в тебя. И посмотри, люди во всем мире просыпаются. Ты помогла им открыть глаза. Быть может, однажды они поймут какая ты великая.
— Думаешь, я великая? — спрашиваю я. — Почему ты так сильно веришь в меня? Кто ты такой?
Я буду присматривать за тобой, пока ты не вырастешь, станешь матерью и бабушкой с морщинками на лице, артрит скрутит твою спину кренделем.
— Не лучший выбор слов, — хихикаю я.
Важны не слова, важны чувства, Алиса.
— Серьезно, — возражаю я. — Кто ты такой? Неужели ты мой будущий муж, и сейчас пытаешься завоевать моё сердце?
Чувак не отвечает.
— Погоди. Ты Джек? Прошу, скажи что ты — Джек.
Чувак снова ничего не отвечает, но он вкладывает меч в мою ладонь.
Это Вострый Меч Фабиолы. Теперь он твой.
— Кто дал его тебе? — я хватаю меч, на нем свежая кровь Фабиолы.
Она жива. Она просила отдать его тебе. Теперь, найди Пиллара, если он заслуживает смерти.
Чувак скрывается в толпе, повсюду вспышки камер, телевидение вещает новости, что мир спасен, но никто не упоминает моего имени. Как только я собираюсь разыскать Пиллара, меня останавливают проклятия Шахматиста. На этот раз, они немного иные.
— Будь ты проклята, Алиса. Ты и… твоя семейка.
Ноги прирастают к полу.
— У меня нет семьи, — бросаю я, не обернувшись. — Лорина, Эдит и моя загадочная мать мне не семья.
Шахматист смеется сквозь кашель и слезы.
— О, Господь Всевышний. Она не знает.
Я оборачиваюсь и расталкиваю людей, склонившихся над его телом, которое теперь на носилках скорой помощи.
— Чего я не знаю?
— Ты не знаешь кто на самом деле твоя семья, Алиса. — Говорит он. — Я думал ты притворяешься, но ты и вправду не помнишь свою настоящую семью.
Я хватаю его за шею и склоняюсь к нему, меня тошнит от зловонного дыхания из его рта.
— У меня есть семья? Хочешь сказать биологическая семья?
— Конечно, — в его глазах намек на победу. — Твоя семья, Алиса. Они та самая причина, по которой ты свихнулась после Цирка.
Он не переставая смеется. Словно моя боль — его величайшее наслаждение, снова возрождает его к жизни.