Шах и Мат (ЛП)
— Как трогательно, — говорит Шахматист. — Сцена похлеще Голливудских фильмов, но не пора бы нам пролить немного крови на шахматную доску.
И на этом месте электрическое поле отключается. Фабиола устремляется ко мне, и мы становимся спина к спине, готовые к атакам черной армии под руководством Алой Королевы.
Глава 61
Подземная Кухня, Оксфордский Университет
— Вот! — Шопен Мясорубка передал Тому кухонный нож. — Нарежьте мне моркови.
— Серьезно? — сказал Том, выхватывая нож.
— Если вам нужна ценная информация, тогда придется помочь мне, — ответил Шопен. — Закончите с морковью, принимайтесь за лук. Пока мы будем готовить, я расскажу что знаю.
— Ненавижу лук. Я от него плачу, — возразил Том.
— Чтоооо? — Шопен скорчил рожу, словно младенец. — Ты от него плачешь, сахарный мой?
Том стиснул кулаки.
— Почему Инспектор Соня не помогает?
— Теперь ты канючишь, как ребёнок, — сказал Шопен. — Инспектор уснул еще пару минут назад. Он мог пораниться. Так и со мной случилось однажды, видишь? — она показывает руку, на которой не хватает пальца. — Отрезал, когда заработался допоздна однажды, потому что чуть не заснул.
— Оу. — Том отстраняется от руки с отсутствующим пальцем. — Что ты сделал с пальцем?
— Добавил в морковный суп. Было похоже на побелевшую морковку, но со своей задачей справился, — сказал Шопен. — Теперь, откуда вы хотите, чтоб я рассказал вам про историю Четырнадцати?
— Почему Четырнадцать? — Инспектор Соня успел проснуться, чтобы задать вопрос.
— Потому что в их маленьком круге доверия было Четырнадцать членов, — ответил Шопен.
— Я думал, присутствовали только Пиллар и та дюжина, — возразил Том.
— Поначалу Пиллар не был частью тех четырнадцати членов, — сказал Шопен. — Он был главой сообщества; заботился о нуждах и организовывал встречи.
— Ладно, — сказал Том. — Судя по твоим словам, было еще два пропавших человека из тех Четырнадцати.
— Ну, конечно, — Шопен яростно порубил огурец, явно наслаждаясь процессом; словно серийный маньяк отрубал части тела от жертвы. — Двое никогда не приходили.
— Тогда как ты об этом узнал? — поинтересовался Инспектор Соня.
— Они разговаривали о них. Пиллар по большей части. Он был очень заинтересован в поимке тех двух, — сказал Шопен.
— То есть, хочешь сказать остальные двенадцать не видели интереса в том, чтобы найти их?
— Главной задачей той дюжины на встречах было выслеживать тех двоих. Приказ Пиллара.
— Так те встречи назначались, чтобы присматривать за теми двумя? — спросил Том.
— Отчасти, — ответил Шопен. — У той дюжины была своего рода сделка, заключенная предварительно с Пилларом. Какой-то грандиозный план, в который я посвящу вас через минуту, потому что он реально безумный. А пока позвольте рассказать о тех двух.
— Слушаю, — сказал Том. Инспектор Соня уже храпел и Том подумал о том, что они трое самые худшие детективы на свете.
— Один из двух был наиболее важным для Пиллара, — сказал Шопен. — Из того что я слышал, Пиллар не знал как найти другого.
— Значит, расскажи о том, кого Пиллар знал, как найти, — сказал Том.
— Он очень известный человек. Когда я впервые услышал его имя, я случайно письнул в суп… но на следующий день подсунул его какому-то министру, — сказал Шопен. — Учтите, этот человек под номером тринадцать, и Пиллар не мог привести его на собрания.
— Почему?
— Потому что этот человек был воплощением зла, его охраняли преступники в далекой-далекой стране, и, кажется, Пиллар его боялся.
— Пиллар боялся этого человека? — удивился Том.
— Этот тринадцатый был частью сделки Пиллара, — объяснил Шопен. — Безумной сделки, сути которой я так и не понял. Это как-то было связано с четырнадцатым, и самим Пилларом, открывало проход в место под названием Страна Чудес.
— Страна Чудес? — Том разочарованно почесал голову, думая о том, сколько вещей произошло, а он даже не знал об этом. Быть может, тогда он был слишком наивен, никто кроме Льюиса Кэрролла не говорил с ним.
— Страна Чудес реальна? — подпрыгнул разбуженный Соня.
— Иди еще поспи, — ответил Том, сосредоточившись на Шопене. — Ты узнал, что за сделка там была?
— Всё что я понял, лишь все четырнадцать были связаны с Пилларом, и что сделка была не завершена. И чтобы завершить её, нужно было найти тех двоих.
— И убить, — предположил Том. — Пиллар всего лишь игрался с теми четырнадцатью несчастными людьми. В чем бы ни заключалась сделка, он в какой-то момент решился убить их, — он замолчал на мгновение, а потом сказал, — И поэтому он не убивал эту дюжину все те годы, начиная со Страны Чудес. Дюжина была ключом к поиску тех двоих.
— Хотите сказать, Пиллар убил не двенадцать, а четырнадцать людей? — зевнул Инспектор Соня, а Шопен ухватился за возможность и сунул помидор ему в рот. Том вынул помидор изо рта, закатив глаза на глупость своих компаньонов.
— Это единственное объяснение. Пиллар прикончил двенадцать человек, лишь убедившись в личности тех двух и как найти их.
— Ты точно Шерлок Холмс, — сказал Шопен. — Хотя Инспектору Соне больше бы подошел Шерлок Холмс.
— Не лезь к Инспектору Соне, — сказал Том. — Мы подбираемся ближе к тому, что же случилось с Пилларом. Теперь, расскажи мне о человеке, которого Пиллару удалось идентифицировать из тех двоих.
— Ты имеешь в виду тринадцатого человека, которого Пиллар захотел убить, но боялся, да? — усмехнулся Шопен, показывая серебряный зуб.
— Да, его, — сказал Том, гадая, что если Шопену удалось вырезать собственный зуб.
— Надеюсь, вы готовы к сюрпризу, — произнес Шопен.
— Поверь мне, я повидал чудеса на своем веку, — ответил Том. — Меня сложно удивить.
— Но вам все же придется, — сказал Шопен. — Потому что тринадцатым был человек по имени Палач.
Том ошибся. Это его очень удивило.
— Хочешь сказать колумбийский наркобарон? Тот, на чьи посевы совершил набег Пиллар и прикончил его армию?
— Пиллару пришлось убить всех в Грибландии, чтобы удостовериться наверняка, что Палач, тринадцатый член сообщества, мертв, — сказал Шопен. — Разве я не говорил, что смогу удивить вас?
Затем Шопен случайно оттяпал себе еще один палец.
Глава 62
Шахматный Город, Калмыкия
Позор войны размазался по моему лицу. С каждой головой, что я отрубала или каждого, кого я убивала, его кровь лилась на меня и Фабиолу.
— Я прикрою тебя, — закричала Фабиола, режа направо и налево, стоя спиной ко мне. Она сказала, так она сражалась со своими лучшими воинами против врагов в Стране Чудес.
— И, по-твоему, я должна чувствовать себя в безопасности, пока спину мне прикрывает женщина, пообещавшая убить меня? — кричу я, готовая к следующему атакующему.
— Заткнись и делай то, что умеешь лучше всего, Алиса, — ответила Фабиола. — Убивай.
Почему все думают, будто это такая честь — иметь талант к убийствам? Если я лучший убийца Страны Чудес, не думаю, что этим стоит гордиться. Сама идея убивать людей, с которыми не встречался прежде, лишь потому, что у них униформа иного цвета, смущает меня. Но я вынуждена защищаться.
— Почему пешка? — кричу я Фабиоле. Мы всё еще держимся, несмотря на то, что большинство нашей армии мертвы. Тем не менее, стратегия Фабиолы сработала. Вынуждена признать — она безжалостный воин. Она даже пронзает своих жертв еще раз, даже после убийства, на всякий случай.
— Какая еще пешка? — спросила она.
— Почему Льюис сделал меня пешкой? — я отрубаю еще одну голову. — Самой слабой в королевстве?
— Пешки не самые слабые, — говорит Фабиола. — Их просто недооценивают.
— Как это? Я ощущаю себя безмозглой машиной для убийств, которую послали на поле боя, и мои навыки годятся лишь на то, чтобы выполнять приказы.
— За всем этим сокрыта большая мудрость.