Случайный выбор (СИ)

…Марта терпеливо ждала, когда огромная очередь рассосётся, как всегда, мечтая о тёмных глазах и русых волосах шефа, потому не сразу обратила внимание на повторяющийся сигнал какого-то автомобиля.
— Марта Анатольевна, сигналил целую вечность, и всё безрезультатно. Разрешите вас подвезти?
Марта перевела взгляд с дороги на тёмную машину, остановившуюся рядом с ней. Прямо на неё смотрел тот, о ком она только что мечтала.
Марта замешкалась, но потом заметила, что к остановке приближается маршрутка, и быстро села в машину Арсения Викторовича. Пристегнувшись, назвала адрес.
— Марта Анатольевна, вы знаете, я холостяк… — загадочно начал Арсений.
— Точно сказать не могу, но думаю, что скорее всего, пока да, холостяк, — улыбнулась Марта, рассматривая свои руки, лежащие на коленях и сжатые в замок.
— «Пока»? — Арсений был не в силах скрыть своё изумление. Кажется, она подтрунивает над ним, и даже не краснеет, как обычно. — Что вы хотите этим сказать, Марта Анатольевна?
— Большинство людей создают семью рано или поздно, поэтому «пока».
— Аа, в этом плане! — Арсений в очередной раз понял, что девушка совсем не так проста. — Но я пока не тороплюсь. К чему это я? Мне всегда лень готовить, а поужинать необходимо. Прошу вас, составьте мне компанию? Завтра выходной, потому можно где-нибудь посидеть в спокойной обстановке, поговорить. Мы уже третью неделю работаем вместе, но совсем друг друга не знаем.
Арсений понимал, что последняя фраза прозвучала, по меньшей мере, глупо: Марта Анатольевна вполне может спросить о том, всех ли новых сотрудников он приглашает на ужин с целью узнать получше. Но попытка не пытка. К тому же, Марта Анатольевна в очередной раз проявила такт, просто согласившись, без лишних вопросов.
В какой-то момент Арсений почувствовал угрызения совести: получилось так, что стоило Алине уехать, как он тут же устремился к Марте Анатольевне. Но ведь ходит же Алина на обед с кадровиком, когда Арсения нет на месте? Почему он не может поужинать с Мартой Анатольевной?
Арсений понимал, что придумал детскую отговорку, но что поделать, взрослые разумные мысли сегодня сторонились его.
— Расскажите о себе, Марта Анатольевна! — попросил Арсений, когда они сидели за столиком небольшого, довольно спокойного ресторана. — Ведь мне известны только анкетные данные.
— Я из самой обычной семьи. Мама преподаёт в художественной школе, папа раньше работал машинистом на поездах дальнего следования, сейчас перешёл на более спокойную, но не менее ответственную работу, контролирует исправность машин. У меня есть старший брат Павел, он женат, живёт отдельно. Племянников пока нет. Вот и всё. А вы?
— Так уж получилось, что нет у меня ни брата, ни сестры, хотя я всегда мечтал, чтобы были, — задумчиво заговорил Арсений. — Родители историки, заняты научной деятельностью. А сам я учился на факультете журналистики, и уже с последнего курса начал работать в компании.
— А в свободное время чем вы занимаетесь, Марта Анатольевна? В выходные? — Арсений запрещал себе задавать этот вопрос, но опять не смог удержаться.
— Разным, — уклончиво ответила Марта.
— И всё же?
— В основном, волонтёрской деятельностью.
— Вот как? — всё же Арсений был удивлён, хотя ожидал чего-то подобного. — А конкретнее?
— Конкретнее… Завтра, например, мы будем работать у людей, прикованных к постели: мытьё окон, украшение комнат к празднику. В остальные дни по-разному: помощь в организации мероприятий, поиск пропавших людей, сбор продуктов и вещей для нуждающихся, и тому подобное.
— Я читал в детстве книгу «Тимур и его команда» и много слышал о волонтёрском движении, — улыбнулся Арсений. — Но впервые воочию вижу волонтёра, общаюсь лично. Как-то не доводилось. В какое время вы завтра приступите к работе? Я хочу поехать с вами.
Арсений уже махнул рукой сам на себя и перестал задавать вопросы сам себе. Он хочет продолжить общение с Мартой Анатольевной, это главное. Ничто не может остановить его.
— Вы хотите принять участие? — Марта была потрясена. А Арсений понял, что тонет в огромных светло-карих глазах.
 
— Вот именно, хочу принять участие.
В субботу у Арсения было впечатление, что он вернулся в школьные годы. Весь день он возил по разным квартирам Марту и ещё одну девушку, Наташу. Помогал им в уборке, выполняя ту работу, что потяжелее. Держал стремянку или стол, когда кто-то из девушек забирался повыше, украшая комнаты. Наслаждался звонким смехом двух бойких девчонок, сам чувствуя себя совсем юным. Как разительно отличалось это всё от времени, которое он проводил с Алиной! Хотя, разве виновата Алина? Это он, Арсений, выбирал себе в спутницы женщин, которых интересовали только они сами, а также цацки, загородные клубы, где можно поиграть в гольф или большой теннис, покататься на лошадях, дорогие рестораны и элитные вечеринки.
Сам Арсений никогда не принадлежал к тому слою общества, который у нас принято называть «элитой», но так уж получилось, что уже несколько лет вращался в этих кругах, соблюдая никому не нужный протокол. За день, проведённый в компании Марты и Наташи, он успел принести намного больше пользы окружающим, чем за прошедшие пять лет.
Вечером он уговорил девушек заехать в кафе, и там ему удалось то, к чему он так стремился: они с Мартой перешли на «ты». До этого она стеснялась, замыкалась, когда он заговаривал о том, что субординация в пресс-службе выражается не в обращении друг к другу, а в добросовестной работе и выполнении требований руководителя. Но сегодня Марта начала ему доверять, и это был настоящий прорыв.
…Пока Арсений решительно рушил преграды в отношениях с Мартой, Алина тоже не теряла времени зря. Марафон, который организовал для неё HR-менеджер Антон, набирал обороты. Решив взять от ситуации всё, Антон в какой-то момент обнаружил, что Алина не так уж похожа на Снегурочку, как ему казалось.
— Тебе удаётся что-то невероятное, Антон! — с удивлением сказала Алина в один из моментов «передышки». — Кажется, я начинаю понимать, как у тебя получилось близко познакомиться с большинством девушек компании. И знаешь, впервые мне не стыдно примкнуть к большинству. Но помни, ты обещал молчать!
— Помню, — Антон улыбнулся, не открывая глаз. — Я не охотник, для меня не является обязательным момент признания коллегами моих «достижений». Сейчас для меня важна только ты. Мечтаю о том, чтобы ты поняла: мы с тобой — те самые два сапога, которые пара. Пока ты не поняла этого, но я уверен, что поймёшь. Потому торопить тебя, давить на тебя не буду.
— И этот человек говорил мне о коварстве?
— Да, этот человек, — Антон открыл большие серые глаза, взгляд заскользил по лицу Алины, её шее, изгибу плеча. — Этот человек способен чувствовать, а не только манипулировать окружающими людьми. И этот человек ждёт, когда ты тоже начнёшь чувствовать.
— Я умею чувствовать, — потянулась Алина и прижалась к тёплому боку Антона. — Но считаю, что чувства — это лишнее, они до добра не доводят. Гораздо интереснее мыслить, моделировать ситуации, заставлять людей делать то, что нужно тебе. А кому так уж необходимы чувства?
— Мне, например.
— Это ты сейчас так говоришь, Антон, пока мы предаёмся своеобразному отдыху. Посмотрим, что запоёшь, когда вернёмся в повседневность. Наш договор в силе!
— Я знаю, — Антон потянул Алину на себя. — Но это мы обсудим по пути домой, не сейчас. Сейчас ты принадлежишь мне безраздельно.
… В понедельник Арсений был занят весь день, принимая участие в мероприятиях, которых всегда в избытке в декабре: пресс-конференции, брифинги, благотворительные концерты и спектакли… Вернулся ближе к вечеру, когда большинство сотрудников разошлись по домам.
Он проходил мимо кабинета Марты и вдруг заметил полоску света, пробивающуюся из-под двери. Не задумываясь, толкнул двери, забыв постучать. Он не видел Марту с вечера субботы, вчерашний день провёл с родителями. А сейчас вдруг понял, что ему просто необходимо встретиться взглядом с её огромными глазами и услышать высокий мелодичный голос.