Северная королева (СИ)
Одна улица, причудливо петляя и поднимаясь, вывела нас на другую, сплошь обсаженную лимонными и апельсиновыми деревьями. Воздух здесь благоухал цветочными ароматами, и я позволила себе вдохнуть его полной грудью.
Чем выше мы поднимались, тем роскошнее становились окружающие дома, булыжные мостовые были чистыми, а за каменными оградами зеленели сады. Очень часто попадались статуи Хранителей, героев и всевозможных зверей; вазоны радовали глаз пестрыми цветами; изящные арки ворот сверкали на солнце нестерпимой белизной; затейливо оформленные фонтаны выбрасывали вверх упругие струи, разлетающиеся по раскаленным камням переливающимися брызгами. Наш путь подходил к очередной остановке, и пролегал по самой красивой улице, ведущей к вершине. Светлая стена опоясывала дворец правителя, но ворота открылись перед нашим отрядом, пропуская внутрь. За въездной аркой виднелся сад: гордые кипарисы, фруктовые деревья и мягкая трава между ними манили прогуляться. На клумбах цвели многочисленные розы — символ Цветущего Дола. После городского шума, пение птиц, слышащееся из-за деревьев, казалось умиротворяющей музыкой.
Карета остановилась у высокого мраморного крыльца, я сама спрыгнула с ее ступенек, радуясь возможности размяться. Фрон галантно подал мне руку, приглашая подняться на крыльцо, и я безропотно последовала за ним.
По пути рассматривала скульптуры, расположенные по обоим краям ступеней. Это были мраморные голуби, и мне оставалось только удивляться тому, сколько разных оттенков имеет этот камень. Последняя птица была розоватой с серыми вкраплениями и больше походила на сказочную, чем на настоящую.
— Это редкая порода, почти вымершая, — тихо просветил спутник, подмечая мое изумление.
Я подняла на него глаза, и Фрон вновь заговорил:
— Таких голубей выводили в краях за морем в царстве Мэнар. Слышала о нем?
— Легендарный край за морем, ныне канувший в лету, — с оттенком легкой грусти ответила я, потому что это напомнило о родной земле.
— Да, но на его обломках возникло несколько королевств, ныне процветающих: Дел-Ри, Алтир, Моргентус.
— Все они никогда не сумеют возродить славу Мэнара, — с печалью отозвалась я. — Нельзя склеить разбитую вазу или статуэтку, чтобы вернуть ей целостность — сколы, трещины неизменно будут портить прекрасный облик.
— Главное не царства, самое важное — это люди, Ниа, такие, как мы с тобой, — на ухо сообщил мне Фрон, опаляя кожу горячим дыханием, правда, я почти не обратила на это внимания — думала о другом.
Фрон опять назвал меня по имени! Что за секрет скрывает этот мужчина под маской недалекого и распутного человека?
— Мы заходим, — Фрон резко отвернулся, переводя взор на встречающих нас рыцарей.
Высокая, украшенная переливчатым перламутром и блистающая золотом дверь отворилась, и мы ступили на белый с серыми прожилками пол.
Здесь мы с Фроном расстались, и я в сопровождении любезных до приторности служанок отправилась отдыхать. Мне хотелось кричать на весь свет о том, что я совершенно не устала. Мечтала вырваться из этих каменных стен и убежать… на север…за Разлом, туда, где на равнинах гуляют вольные ветры…
Меня привели в светлую комнату, вдоль стен которой стояли низкие диваны с расшитыми бахромой подушками, а в углу под атласным балдахином пряталась кровать, укрытая изысканным шелковым покрывалом.
Следом вошла Тоэя и начала что-то обсуждать с местными слугами. Я отошла от них к окну и выглянула в него. Невольно ахнула, восхищенная открывшимся зрелищем. Вниз, к реке, сбегали крыши многочисленных домов, будто разноцветные ступени гигантской лестницы. Река казалась диковинной лентой, а мост через нее волшебной дугой.
Спустя пару минут мне подали ледяной щербет в золоченой чаше и фрукты, тонко порезанные и красиво разложенные на дорогих блюдах.
Перекусив, я отправила Тоэю узнать, есть ли в этом замке библиотека, и где она находится. Потому как поджала губы личная служанка Беккит, я поняла, что мое повеление пришлось ей не по душе, хотя и прозвучало оно безукоризненно вежливо. Ругать себя не стала — пусть помнит, где ее место! Была слугой южной королевы, а станет прислуживать северной! Не убудет, для того и родилась! На свете существует особая порода людей, и неважно, в какой семье они появились на свет: бедной или богатой. Эти люди обладают жалкими душонками, а их предназначение состоит в том, чтобы служить и лизать пятки. Такие люди никогда не имеют собственного мнения, идут туда, куда ведет большинство, а успехов в жизни, если и добиваются, то исключительно за счет того, что лебезят перед вышестоящими. Таких людей мне не понять никогда! От того я их презираю, и Тоэя не является исключением из этого негласного правила!
Дворцовая библиотека располагалась на самом верхнем этаже, куда меня проводил молчаливый слуга, иначе я вполне могла бы заплутать в бесконечном лабиринте извилистых коридоров, крытых галерей и темных винтовых лестниц.
Само помещение оказалось небольшим, но обстановка в нем была очень уютной. Резные столы и стулья с высокими спинками и бархатными сиденьями, полки до самого потолка, уставленные драгоценными книгами и свитками. Несколько десятков экземпляров громоздились на столах. Я подошла к ним и с благоговением провела по корешкам. Сняв самую верхнюю из книг, зашелестела пожелтевшими от времени страницами. В ней были собраны различные магические ритуалы и заговоры. Я увлеклась, изучая их, стараясь запомнить некоторые. Иногда поглядывала на водяные часы, оставленные слугой. Они должны были напомнить мне о времени. Посмотрев на серебряный сосуд, заметила, что он полон воды, поэтому решила не торопиться.
Но в итоге я так сильно зачиталась, что совершенно забыла о пире, который здешний правитель эрт Белос решил устроить этим вечером в честь нашего приезда. Вода вытекла в каменную чашу, оповещая меня, что настало время поспешить. Вернув фолиант на прежнее место, второпях бросилась прочь. Идя в библиотеку следом за слугой, старательно запоминала дорогу, и мне казалось, что я успешно справилась с этой задачей. Только память меня подвела, и я свернула не в тот коридор, спустилась по другой лестнице и очутилась в пустующей части замка.
Темный коридор без единого окошка освещали факелы, и, несмотря на погожий весенний день, здесь было ощутимо прохладно. Поежившись, пошла дальше — не любила возвращаться — лучше поискать другой выход. Пока что я в этом не преуспела — все встречающиеся на моем пути двери были закрыты. Думая над тем, что за ними сокрыто, медленно брела вперед. Именно моя неспешность и помогла остаться незамеченной, когда коридор вильнул, и я услышала разговор, проходящий на повышенных тонах. Крадучись, делая короткие вдохи и едва уловимые выдохи, я подобралась ближе и выглянула из-за угла.
Путь, выбранный мной, привел в тупик, заканчивающийся дверью, которую охраняли два суровых на вид стражника.
В данный момент с ними яростно спорила женщина лет тридцати, одетая в простое домотканое платье. Выглядела она усталой, но, тем не менее, упорно отстаивала свое мнение, доказывая, что ее воспитаннице необходимы прогулки.
— Не велено… — монотонно повторял один из стражников, а другой вел себя более агрессивно:
— Пошла прочь, шелудивая шавка, радуйся, что господин пока не убил твою девчонку, а заодно и тебя!
Я нахмурилась, а женщина с отчаянием в голосе произнесла:
— Прошу вас…мы не убежим никуда, просто посмотрим, расцвели ли розы…
— Не велено… — опять пробубнил первый охранник, а второй грубо втолкнул женщину в комнату и прикрыл за ней дверь.
Я резко отпрянула, но любопытство мое, независимо от страха, становилось все сильнее и сильнее. В голове, словно вспугнутые птицы, метались вопросы. Я прикусила губу, призывая себя к порядку, потому как и личных проблем было достаточно, чтобы еще интересоваться чужими. Только вот в сердце поселилась тревога, и как от нее избавиться я не ведала.
В комнате меня дожидалась возмущенная Тоэя, впрочем вслух свое недовольство она высказывать не стала. Только на миг прищурила темные глаза, но тут же опустила их к полу и услужливо изрекла: