Замуж за демона? Да легко! (СИ)
— Заткнись, сволочь! Если бы пришел к брату и все рассказал, ничего бы этого не было! Теперь сиди в камере, и сдохни тут как все остальные! Что за подземелье такое? Я своей силы вообще не чувствую!
— Без понятия... — рыкнул в ответ демон, явно бросив в стену что-то твердое, по звуку похожее на камень, — я тоже не могу использовать магию. Ее словно выкачали из меня, и по ощущениям до сих пор тянут.
— Лита, — в горле пересохло, но несмотря на обстоятельства, злость придавала сил, — а давай мы его не будем слушать? Вдруг его Зарльцхейн специально к нам подсадил?
— Вот я тоже так думаю! — подтвердила нимфа, — пусть рогатый сам выбирается! И вообще... где-то тут было... Ага, вот!
И, спустя мгновение, очередной камень полетел куда-то в сторону.
— Мимо, — рыкнул Соэр, — как всегда, впрочем!
Провокация на нимфу не подействовала. Лита прекрасно понимала, что способна свернуть этому гаду шею при любых обстоятельствах и никто ее не в силах остановить. Ну, разве что решетка. И Кхан... Причем если последний вариант наиболее вероятен, то решетку вполне себе можно сломать.
Пытаясь сконцентрироваться, я тихонько позвала Волка, но дэймон словно спал или находился в полудреме...
— Не выйдет, — судя по звукам, Лита села в стог соломы и несколько раз бросила в стену небольшие обломки камней, — дэймоны в подземельях беззащитны. Они почти полностью теряют свою силу, а вместе с ней и связь с носителем. Волк скорее всего спит, так что придется самим искать выход.
В этот самый момент в мыслях пронеслось нечто чужеродное... Что-то с отблеском ехидства и победы... Волк... Это точно были его мысли. Дэймон спал, но не потому, что сильно ослаб. Думаю, его способности, как и у остальных представителей его вида, сильно ограничиваются в этом подземелье, но он совсем недавно говорил, что копит силы. Может он не хочет, чтобы Лита знала об этом? Или думает, что Соэр все поймет и постарается помешать выбраться? Ничего не понимаю!
Подползая к краю камеры, я схватилась за прутья решетки, дернула их пару раз для приличия, обреченно вздохнула и постаралась разглядеть пленных соседей.
Как только зрение сфокусировалось, я словно прозрела... Нет, камеры не стали сиять золотым светом, но... Я словно находилась в темной комнате с зажжённой настольной лампой, света которой вполне хватало для жизни. Видела грязь на полу, вымощенным уже разбитым мраморным камнем, в соседних камерах кто-то лежал, я видела груду грязной одежды, а чуть с боку...
— СВЭН! — кричать не получалось, все равно голос звучал тихо из-за невероятной жажды, но Лита и Соэр все же подскочили со своих мест. Демон, судя по звукам, успел от неожиданности удариться головой, — котик! Котенька! Проснись! А что, если он мертв?
— А ты его видишь? — удивилась Лита, — что с ним?
— Я в жопе, в отличие от вас, — голос оборотня был похож на скрип старого железного вагона, который не смазывали леший знает сколько веков, а затем пустили на не менее молодые переломанные пути.
— Это, прости меня, в какой именно? — буркнула нимфа, — в той, где грязи по колени, или в той, где трупы людей валяются? Если первый вариант, то мы с тобой соседи!
— Меня, мать вашу, распяли считай! — рыкнул бедный черный котик, действительно вися в воздухе! Несчастного оборотня сковали магическими браслетами на лапах, хвосте и шее! Золотые цепи крепились к потолку и стенам, вызывая довольно странные чувства. Глаза его мерцали в темноте, и в них отчетливо можно было разглядеть жажду убийства, — я тут вешу хвостом книзу! Прикованный к стенам! Они мне даже на шею эту дрянь надели! Скоты... Мр-р... Выберусь, сожру! Мр-р... даже ипостась сменить не могу из-за этого! С первой же попыткой по всему телу заряд магии идет такой силы, что мозги плавятся! И какая ж сволочь придумала эту дрянь? Подожди... Ты говорила про трупы? Какие такие трупы?
— Такие, которые в моей камере лежат вместе со мной. Первой свежести, кстати, — заметил демон, и судя по звукам он действительно кого-то тихонько передвигал по каменному полу, — тут трое мужчин. Молодые, в одежде Левкар, если на ощупь правильно оцениваю.
— Ты их принадлежность к полу тоже на ощупь оценил? — тихо прошептала нимфа, что-то выкидывая из своей камеры. Судя по всему — трупик крысы.
— Конечно, — рыкнул демон в ответ, — грудей нет, значит мужики!
— Могли отрезать, — серьезно заявила я, вспоминая, как Зарльцхейн при первой встрече отвел меня в подземелье, — так что не факт. А вообще какая теперь разница? Они мертвы, им уже не больно.
— Они могут встать и начать нас кушать, вообще-то, — Соэр не шутил. Судя по голосу он именно этого и опасался, — точнее меня, так как я тут живой один сижу. Повезло тебе, Лита. Ты одна хотя бы.
— Не факт, я просто не искала тел в соломе, да и сижу на чем-то мягком… Даже думать боюсь, на чем именно. В общем, что делать будем?
— Молиться!
Последнее слово было произнесено откуда-то сбоку, со стороны длинного коридора.
Зарльцхейн…
Ни звуков шагов, ни тяжелого дыхания — ничего… Словно мужчина просто взял и появился в пространстве, слушая каждое наше слово.
— Вот еще, — рыкнул Соэр, — ты уговор нарушил! Какого черта я в темнице?
— Ты сильный, — правитель Левкар вышел из тени и… Я забыла, как дышать…
Так не бывает… Это не возможно…
Шаг за шагом, он приближался к камерам Литы и Соэра, замер напротив них, и судя по всему наслаждался тем, что его не видят.
Но почему? А Свэн? Свэн его видит?
Кот словно услышал моли мысли и уставился мне прямо в глаза. Несмотря на то, что наши камеры находились друг от друга по диагонали, своим взглядом он дал понять, что не зря я кровь его пила, ой не зря.
Зарльцхейн был… Был… Он словно восстал с того света. Кожа лица в шрамах от ожогов — из-за крови Кхана? Один глаз его был скрыт повязкой, из-под которой сочилось что-то вязкое, темного желтого цвета. Кожа рук казалась облезала, он словно линял, сбрасывая все лишнее. На губах замерла ухмылка, часть волос на голове отсутствовала, а взгляд… Мне хватило лишь мгновения, чтобы ощутить ту невероятную волну силы и ненависти, что он испытывал.
Вытащив из кармана алой накидки склянку, он открыл ее, продолжая улыбаться и комнаты темниц наполнились густым розовым туманом.
Никто его не видел, кроме меня и оборотня. Кот смотрел на эту массу как на собственную смерть, затем зашелся кашлем, который в облике кота давался ему с трудом, я же мгновенно отскочила от решетки, не понимая, где взяла так много сил, и прикрыла нос мокрым грязным рукавом.
Туманные языки медленно просачивались сквозь прутья, они подступали к стенам, плавно поднимались чуть выше, словно что-то искали, затем отходили в сторону коридора и возвращались вновь.
Лита зашлась безудержным кашлем с переходом на рвоту. Соэр, судя по звукам, начал задыхаться, а оборотень, не способный спрятаться от тумана, потерял сознание.
Я замерла в самом дальнем углу и смотрела, как последняя туманная ветвь плавно нарастает в камере, как прикасается к ее стенам, как пожирает собой пол и медленно подступает к моим ногам.
Не хочу… Что это за дрянь?
Поджав ноги от страха, я продолжала прикрывать нос и рот, а затем и глаза второй рукой закрыла на всякий случай, понимая, что скорее всего это не поможет.
Туманная завеса замерла буквально в шаге от моей ноги и… плавно отступила назад…
— Почти ничего не осталось, — печально заметил Зарльцхейн, смотря на свою склянку. К моменту сбора туманности он подошел к моей камере и смотрел на то, что я делаю. Вжавшись в стену, я притворилась замерзшей, тряслась от страха, прижимая к себе ноги и искренне верила в свой неиссякаемый актерский талант! Главное, чтобы он не понял, что я его вижу! Надеюсь, брат Кхана не рассказал ему о моей особенности!
— Анна, — мужской голос раздался до ужаса неожиданно. Я тут же дернулась, но это было мне только на руку, — знаешь, я искренне полагал, что ты мертва…