Алекс Бринер. Последний ранг. Книга 2

Чудовище завизжало, вскинуло голову, выгнуло спину. Его большое тело рухнуло животом на переломанное покрытие дороги, когтистые ноги заскребли, сгребая пальцами обломки.
Меч с эктоплазмой и магией гладиатора сделал своё дело.
Не дожидаясь, когда тварь сдохнет, я спрыгнул с её головы и тут же пошёл на второго монстра. Он был гигантских размеров, зато медленный. Этакий когтистый неповоротливый броне-локомотив.
Он только сейчас добрался через площадь, и его отвлекал на себя Римский, махая земляным молотом у него перед носом и ещё больше замедляя.
Ему помогал Павел Гауз, но из-за того, что мечи друида для него были неудобны и чужды, он даже нормально ударить не мог. По сути, в руках гладиатора деревянные мечи – всего лишь две заточенных палки.
«Только не будь идиотом и не используй Дуо-То», – подумал я.
И тут увидел, что со стороны соседней улицы несутся ещё два мутированных существа.
Но это были не вейги, а… крысы.
Размером с собаку, уродливые и вонючие, измазанные в чёрной слизи, они издавали неприятный скрежещущий писк и быстро неслись вперёд, перебирая когтистыми ногами. Их голые хвосты волочились следом и скребли шипами дорогу.
Плохо, очень плохо.
Значит, их тут полчище.
– Справа – мой! – гаркнула Дарья и бросилась наперерез крысе.
– Тогда слева – мой! – уже не так уверенно выкрикнул врач Ершов.
Он неуклюже стиснул деревянное копьё, вскинул его над головой и, как индеец, понёсся через обломки дороги к своей цели.
Этот врач был вторым в моём списке тех, кто может не выжить в схватке. После вейги Азель, конечно.
Пока Дарья и врач отбивались от мелочи, я присоединился к атаке Римского и Павла. Меня страховал Сергей – он точно знал, что надо делать, и явно не первый раз сражался с монстрами из червоточин.
Но с этим чудовищем нам пришлось провозиться долго.
Оно вставало на дыбы и не давало к себе подобраться, изрыгало чёрный концентрат эфира, било ногами, крутилось, бросалось на каждого. И броня у него была толстенной.
А вокруг, со всех прилегающих улиц, уже бежали крысы-мутанты. И было их тут не полчище, а море. Огромное чёрное и пищащее море!
На них сразу же переключилась Виринея, и такой я не видел её ни разу.
Девушка преобразилась.
Её волосы из синих стали зелёными и приподнялись, будто вот-вот превратятся в змей и зашипят. Её руки до самых плеч охватил огонь Эреба, а вокруг тела шлейфом расстелился мрак.
Из обеих ладоней Виринеи вырвались потоки Мертвого Пожирания. Зеленые волны энергии превратились в гигантские черепа, раскрыли пасти и принялись поглощать мелких рычащих мутантов.
Раздался хруст и визг.
Крысы окружили девушку, а она всё время что-то шептала и сейчас, как никогда раньше, была похожа на Ведьму. Нет, не на Хибинскую, а на саму себя – Ведьму, которая обязательно станет великой Тёмной Госпожой по всем законам Пути Эреба.
Я следил за Виринеей краем глаза, чтобы не упустить из виду, и опять ловил себя на мысли, что слишком о ней беспокоюсь. Для меня это переходило все рамки привычного поведения с женщинами, которые побывали в моей постели, пусть даже не осознавая этого.
Тем временем гигантское чудовище наконец-то получило удар.
Отличился ги-маг Римский. Его земляной молот двинул монстра по ноге, заставив его накрениться на один бок.
Неплохой всё же воин, хоть и в возрасте. Я бы назвал его «Меньше слов, больше дела». Хотя Сергея бы вообще обозначил как «Никаких слов, одни дела».
А вот от Павла во время сражения постоянно слышались крики:
– Ах ты, мать вашу-у-у-у-у! Руби падлу!!! Дава-а-ай!!! В лоб ему! В лоб!
И это был вечно опаздывающий очкарик, который в Академии выглядел примерным мальчиком и страдал от аллергии на всё подряд.
Правда, как бы он ни орал и ни выглядел воинственным, несколько раз ему хорошо прилетело – он получил удары лапами от монстра, но его спасла защита гладиатора.
А ещё Павел упорно пытался применить стиль Дуо-То, даже с друидскими деревянными мечами. Упорный осёл!
Ну какой с этого толк?
Но в пылу схватки с гигантом он поймал столько адреналина, что перестал осознавать реальность. Он кидался на чудовище с таким счастливым лицом, будто давно хотел оказаться в переделке или в жестокой схватке. А тут такая возможность!
  
– Не лезь монстру под ноги! – рявкнул я. – ПАША! НЕ ЛЕЗЬ ТУДА!
Но он лез, ещё как лез.
Он, кстати, тоже был в моём списке потенциальных жертв схватки, хоть и не на первых местах. Но теперь сразу переместился на пару позиций выше.
А вот двух восьмиранговых магов – гладиатора Сергея и ги-мага Римского – в этом списке вообще не было.
Они отлично сражались, хоть Римский был всего лишь учителем, а не военным. Но я не исключал, что за свою длинную жизнь он успел повидать такое, что мне и самому не снилось.
В итоге вчетвером мы всё-таки смогли вымотать чудовище настолько, что оно уже не успевало отбиваться, кидаясь в разные стороны. Я выждал момент и снова провернул тот же удар, что уже совершал с предыдущим монстром.
Взял разбег и в прыжке уцепился за его боковые наросты, а потом взобрался на хребет и всадил клинок монстру в затылок, добавляя удар из Стиля Стра-То.
Тварь, конечно, почувствовала боль, взревела, но не рухнула, а понеслась по площади, давя крыс лапами. Червоточина заметно задрожала, будто среагировав на то, что её детище, её мутировавший монстр, вот-вот погибнет.
Я вцепился в нарост на загривке гиганта и начал вытягивать меч, чтобы ударить еще раз.
Чудовище ударилось боком о ближайшее здание, протаранило его до треска, затем развернулось и понеслось обратно, опять давя визжащих крыс и чуть не затоптав Виринею. Девушка успела отпрыгнуть…
И тут на пути у монстра встал Римский.
Его земляной молот ударил тварь по морде так мощно, что гигант остановился и замотал головой.
Я успел вытащить меч и спрыгнул на землю, затем подскочил под подбородок чудовища и крикнул Римскому:
– Вбейте мой меч!
Тот сразу всё понял и приготовился.
Я подкинул оружие вверх, целясь гиганту в шею снизу. Ну а потом над моей головой пронёсся земляной молот. Он вшиб меч в шею монстра с такой силой, что ему пробило глотку, и оттуда фонтаном хлынула кровь. Я сиганул в сторону, чтобы меня не задавило, хотя порцию кровяного душа успел получить.
Гигант захрипел, встал на дыбы последний раз и рухнул набок, с оглушающим хрустом разбивая покрытие дороги.
Я перевёл дыхание, подошёл к поверженному чудовищу и выдернул меч из его шеи (с большим усилием выдернул). Внезапно натолкнулся на запыхавшегося Павла и его горящие азартом глаза.
– Вот это замес, Алекс! – выдохнул он, трясясь от восторга. – Господи! Вот это заме-е-ес! Не знаю, где ты научился так драться, но это… о-о…
Его руки дрожали от напряжения, лицо и очки пестрели брызгами чёрной слизи и кровью монстра, но он был счастлив, как ребёнок.
– Там ещё куча мелких, – ответил я, хоть и отметил про себя, что Павел довольно смелый парень, но безбашенный и с ним надо работать и работать.
Мы вместе ринулись в бой с крысами. Рядом с нами сражались Виринея и Сергей, где-то дальше звучали глухие удары копья. От крысиного писка уже трещала голова, но я всё равно услышал призыв о помощи.
Это была Дарья.
Она уже не могла отбиться голыми кулаками, как бы хорошо ни владела Стилем Стра-То. Всё же девушка была ещё первокурсницей. Её окружили десятки крыс, они разодрали на ней одежду, искусали руки.
Я рванул к ней на помощь, рубя мелких монстров направо и налево.
– Я помогу! – вдруг выкрикнул Павел и побежал к Дарье (чёрт, я совсем забыл, что для него «она ничего», а это может означать: «Она мне нравится»).
Римский заорал ему вслед:
– Куда?! Сто-о-о-й!!!
Но тот уже ничего не слышал.
Он, как умел, рубил тварей деревянными мечами и пытался копировать мои удары Дуо-То, но больше тратил силы и сам получал укусы, чем убивал врагов.