Глэрд IX: Легионы во Тьме (СИ)

— Ты пролил кровь бога! Обрадуй меня, и скажи, что это был Раонос! — довольно рыкнул ящер, стоило мне появиться.
— Нет, к сожалению, пока до него не добрался. Всего лишь Кронос, — скоромно сознался я, — Вот этой булавой ему врезал! — сорвал с пояса моргенштерн и, скорчив злобную морду, погрозил невидимому противнику.
— Весть это добрая! Хорошая весть! Хоть что-то радостное! — выпустил довольно клубы дыма из ноздрей визави, но затем поинтересовался с немалой толикой сомнения и подозрительно так глянул, — Но как ты остался жив? А еще, он зачел тебе одно задание! И Ситрус! Неужели за то, что ты на них напал? — и расхохотался, мол, подловил.
— Нет, потому что такого профессионала, как я, Аргасс еще не видывал. И всем необходимо решать проблемы, а не плодить новые. Немного расскажу по выполненному для них, но не раскрывая секретов. Про Ситруса — умолчу, ибо это тайна, как и сделки с тобой. Не возражай, — ящер уже было открыл свою пасть, но я успел заткнуть его, — Мое слово нерушимо. Знаешь сколько они сулили за информацию о сделках с тобой? — Однорог отрицательно мотнул головой, — Много. Очень много. Затем грозили карами, но, когда я им сообщил, что их усилия будут тщетны и ничего они не добьются, только тогда успокоились. Поэтому и ты держи себя в руках. Ты ведь не они, это им можно вести себя, как беззубым старикам или безусым юнцам, не познавшим женщин. Я знаю одно, Оринус пусть и не молод, но зрел разумом и душой. Так вот, Верховный…
— Он такой же Верховный, как я… — все же сварливо влез ящер.
— Неважно! Ты хочешь узнать? Значит, слушай и не перебивай! Время дорого! И сам поймешь почему! — сердито оборвал божка, стена пламени за которым вмиг поднялась выше крон деревьев. Вот это реактивная тяга. На зависть всем, — Кронос зачел мне спасение айсы-рок, о чем объявил во всеуслышанье, поэтому секрета в том нет. И…
— Пока ты там обделывал грязные гадкие делишки разных мроков, мой алтарь уничтожил Демморунг! — взревел собеседник, вот сейчас к моей радости, не давая закончить фразу. И так дико, что с деревьев осыпалась кое-где листва. Стела замерцала тревожно колдовскими символами, небо потемнело, вокруг начал сгущаться мрак, — Рррразззз-рррууу-шшшшил! Провел ритуал очищения! И теперь я лишился одного из столпов силы на континенте! Поэтому твое задание уже…
— Мало этого! — в тон ящеру во всю глотку рявкнул я, пресекая разговоры о ненужности бесед с мертвым колдуном, так как уверенность, что передо мной не аватар, а сам божок, приближалась к ста процентам, — Ты еще всего не знаешь! Когда я ему передал твое щедрое предложение, он обозвал тебя склизкой вонючей титилихуаной, пожирателем синих коростов до сих пор тайком глотающим джигурдийских болотных глистов!
— Что⁈
Не все деревья успели «отпрыгнуть». Загорелись штук сорок по кругу. Завоняло не обычным дымом, а будто трупы сжигали. Но меня стена пламени миновала.
— А еще он мечтал спалить вот эту чащу, и когда она превратится в пепелище, то посадить тебя на твою же стелу, как на кол! И пока ты верещишь и вертишься на ней, как сопливая млеть, снимать шкуру! Медленно-медленно! Клянусь кровью!
Ящер зарычал и одновременно как-то гортанно завыл, а мне казалось, что слышал все звуки, какие могла издавать эта луженая глотка. Поток пламени за спиной визави взмыл вверх еще метров на пятьдесят. Жаром опалило лицо, как и затрещали волосы. Подумывал шлем активировать. И крепла уверенность, что однорогий сдерживался, пытаясь не спалить меня. Пусть мороз по позвоночнику и бодрил от четкого и ясного понимания и осознания своей силы — божку и двум импульсивным дедам даже пальцами щелкать пока не требовалось для превращения меня в горстку пепла, но продолжил с яростью в голосе и твердо:
— Он заявил, что не боится твою гвардию! И он их встретит — умрут все! Затем ты ответишь за нарушение Равновесия, а еще лишишься не только сотни, но, если пришлешь, то и тысячи верных воинов! Напоследок надменно так бросил, как собаке обглоданную кость: «меня только просят, а я снисхожу»!
  
— И⁈
Я выдержал драматическую пауза, а затем спокойно произнес:
— Я его убил. Клянусь кровью!
Вот здесь у Оринуса нижняя челюсть упала вниз, ее чуть скосило, язык свесился на бок. Закапала слюна. Он даже глаза вылупил и заморгал быстро-быстро, рассматривая огонь объявший мой кулак. Покемон, мать его. Но свою реактивную тягу погасил в момент. Не скрывая изумления, насколько я понимал мимику динозавра, крокодил-переросток выдохнул с клубами дыма:
— Как⁈
— Не скрою, было трудно. Но тварь пробудила во мне гнев недостойными речами и такими же поступками! — вот здесь я опять дал волю эмоциям, — Когда Демморунг приказал верным псам совершить немыслимое — разрушить твой алтарь, а затем взялся оскорблять и смеяться над тобой, то моя душа не выдержала! Да, мои нервы из туманного адамантита, но всему есть предел! Всему! Мы — честные партнеры! Поэтому рогатый зеленый сундук отправился во Тьму! За клевету! За подлость! За злобность! За паскудство!
— Агрх! — прозвучало победно и мстительно, и багряный шар унесся в небо.
— Единственное, как уже говорил, мрок успел отдать приказ на уничтожение твоего алтаря. Он сделал это практически сразу, едва я ему передал твои слова. Клянусь кровью! А нежити там скопилось больше двадцати тысяч. Он мне перед встречей продемонстрировал мертвые силы, проведя по всем коридорам, залам и пещерам. Видимо, поэтому обрел смелость. И стал не по чину дерзким!
— Млеть!
— Еще какая! Урод вызвал во мне ярость, и застила она мои глаза. В таком состоянии я неудержим, даже Кронос на своей башке ощутил ее мощь! — вновь погрозил булавой всяким гадам, — Я тогда набросился и вонзил сумасшедшему архиличу в глазницы оба своих кинжала! Пригвоздил тварь к спинке трона, а затем смотрел, как он корчился не в силах ничего предпринять и как из него вытекала нежизнь! — рассказывать про обезвреженное проклятие здесь не собирался, — Но мне пришилось нелегко! Призвал он на помощь свиту! В свирепой битве я сошелся и уничтожил паскудного генерала-драугра, двух личей, чуть ниже рангом, чем сам Демморунг. Третий смог избежать кары! Чудом! Кровавый же сам себя перехитрил — в тронный зал, где и состоялась аудиенция, он отрезал мне выход каменной зачарованной дверью в локоть толщиной, чтобы не удалось сбежать, и пока твари снаружи ломали ее в желании отомстить, я ушел через персональный телепорт! Вот так-то!
— Угрхмм… — издал какой-то невнятный звук Однорог, означающий явное одобрение мучениями вражины, затем вскинул победно кулак к небу, с которого вверх рванул столб багряного пламени, — Это добрая весть! Ты наказал сундука!
— Что мне не понравилось? — продолжил я речь, — Твое задание оказалось с душком! С гнильцой! С мрочьей плесенью! Я с тобой честен! А ты не сказал мне, что Демморунг больной на всю свою мертвую башку! Что у него там яма с копошащимися лирнийскими слизнями! И что этот колдунишка совершенно не похож на обычных архиличей — мудрых и рассудительных, которые предварительно думают и только затем делают, а не творят непонятно что и не орут всякую дичь! Ты утаил от меня главное, что он невменяем! — и обличительно ткнул булавой в сторону ящера, который от такой отповеди даже обмер.
Затем как-то виновато прорычал:
— Да откуда я знал, что он совсем обезумел⁈ И, вообще, надо было сначала вернуться мне рассказать, а вместе мы бы его…
— Мы бы к нему не смогли пробиться, — перебил, не став слушать неосуществимые мечтания динозавра, и начал нагонять жути, — Не спорю ты силен, и тебе доступно многое, что недоступно другим. Но ведь есть еще Весы и Равновесие. И он, скорее всего, был готов, — и тут сделал паузу, затем на меня, будто снизошло некое озарение, по крайней мере, по мимике Однорог должен был прочитать такие эмоции, я же продолжил, — Вполне возможно, он мог снюхаться с подлым Раоносом! И таким шагом они пытались вынудить на необдуманные действия. А затем и ослабить. Ударить больно! Чувствительно! В твое узкое место! Пробить его, и расширить брешь! Говорю тебе, сундук собрал не меньше двадцати тысяч разных сильных монстров: скорпионы, четырехрукие гиганты, маленькие драконы, личи, которых он постоянно усиливал, совсем уж непотребная дрянь, названия которой я даже не знаю. Единственное, что приходит на ум — кадавры. А здоровенных драугров не счесть, и не обычных, в этих он вливал черную жижу в зале с потонувшим великаном. Я уже не говорю про умертвия и костяки. Клянусь кровью, я их видел! Мало этого, они на своей территории.