Глэрд IX: Легионы во Тьме (СИ)

— Убрать все стены, разделяющие нас! — отдал следующий приказ я.
«Ты в своем уме?», — прилетело от Турина.
— Он, видимо, решил сдохнуть! — донеслось из толпы.
— Не худшая смерть.
— Отлично, пусть с десяток серебряных, но я выиграл!
— А я на глэрда поставил…
Но многие и многие, кто поумнее, задумались. На части лиц благородных уже было написано ожесточение и понимание — что-то здесь нечисто.
Я же медленно и спокойно вышел в центр площади. Сурово посмотрел на обоих животных, задержав на каждом немного взгляд. И двинулся на самца. Мне звери понравились, девка сразу же почти телепортировалась за спину, настолько было стремительным ее движение с трудом отследил, но это без разгона. И несмотря на массу — по скромным оценкам около тонны двести, двигалась она абсолютно бесшумно. Приготовилась атаковать. Хвостом не била — это тоже порадовало. Не хватало еще кошачьих повадок, когда на конце костяной клинок килограмма под три-четыре весом. В итоге никакой скрытности.
Но искры, скрежет, выламываемые плиты из мостовой — красиво.
Эльфийское листья продолжали приносить пользу, я почувствовал от обоих животных нет не страх, а опасение. Они четко осязали густой запах смерти, исходящий от меня. Соответственно запредельную угрозу. Поэтому осторожничали. И если бы имелась у них возможность, то отступили бы. Потому что никакой жизненной необходимости в этой схватке они не видели, ярость же и злобу контролировали. Зачатки интеллекта меня впечатлили. Отлично. Да, варсы готовы были сражаться за жизнь друг друга и за собственные до последней капли крови, но не из-за дурной кровожадности.
Молодцы.
Материализовал ритуальный нож, резанул по правой ладони, сжал кулак. Кровь заструилась, закапала с черепа четок на плиты. Толпа же замерла, тишина оглушающая, я мог расслышать благодаря усиленному слуху звуки падающих капель.
Кап… Кап… Кап…
Размеренно, как и мои шаги.
А усиленный амулетом голос разнесся над площадью:
— Я — глэрд Райс глава Истинного Великого Дома Сумеречных, Убийца драконов и Ухорез, Кормчий Мары, Проливший кровь бога, личный враг Раоноса Кровавого, полноправный владетель, чье имя знают боги, — не стал пока раскрывать новые звания по одной причине — могло сказаться в дальнейшем на ставках. И не в мою пользу. Одновременно транслировал обоим будущим верным соратникам, как я расправлялся с разумными и неразумными тварями, чудовищами, мертвецами, аватарами, как кульминация — Арха… Самые яркие моменты моего творчества.
Самец в конце представления припал к плитам мордой, хвост приготовил к удару-уколу, чем-то напоминая скорпиона. Мощные лапы напружинены, мышцы перекатывались под броневыми пластинами и толстой шкурой, он чуть зарычал, обнажая немного клыки, мол, уходи по-доброму, вали своей дорогой. Самка же, оставаясь за спиной, немного приотстала. Тоже приготовилась к атаке. Ее мне показывал Глок.
— Так получилось, что наши судьбы пересеклись. И у вас теперь есть два пути. Первый, склониться и подчиниться, стать мне верной опорой. И вместе мы пронесем огонь аристо через тысячелетия. Вы перестанете быть безликими, получите настоящие имена! В сердца непокорных, мы посеем страх и ужас! И навсегда останемся в Вечности! — статью Раены я помнил наизусть.
Сам же транслировал, множество картинок — мы мчимся, опережая ветер, как над нами весело несется райс, преодолеваем броды, летят брызги воды, прыгаем по скалам. Разим врагов, охотимся… Учитывая, что я улавливал отклик — это было просто. Например, самец млел, преодолевая горные кручи и охотясь на козлов, не ведающих о законах гравитации. Самке же нравилось все связанное с водными процедурами от купания до брызг, а еще валяться на солнце.
— Если вы не склоняетесь передо мной и не признаете меня господином, вас ждет ничто. Вечная Тьма! — и ужас, темнота, холод, тлен, смрад, — А ваше же место займут более достойные и менее глупые! Ваш выбор?
Для толпы же выглядело это так. Я разрезал ладонь, неспешно подошел к самцу, обращаясь к животным. Протянул руку. Тот, выказывая покорность ее лизнул, закрепляя связь кровью.
  
— С этого момента и до смерти нарекаю тебя «Злым»! Ибо вижу, что жаден ты до схватки и беспощаден в бою! — сопроводил все образами, какой он могучий и сметает врагов, они бегут, как питомец ловит хитрого козла, которого преследовал неделю. Победный рык засвидетельствовал, что имя понравилось. С меньшей решимостью, довольно осторожно ко мне подошла и самка, слизнула кровь шершавым языком, гораздо больше моей отнюдь не маленькой ладони, — А ты красива, грациозна, быстра, коварна, смертоносна, поэтому будешь Бестией! — показал мадам, что я вкладываю в это имя и в эпитеты. Ее рявк был не менее внушительным, чем у самца, но еще в нем читалось некое превосходство и укор для напарника: «видишь какая я божественная, что признал даже человек. Так что — цени!». Вполне возможно, это действовали эльфийские умения, а может и мое разыгравшееся воображение и присущий большинству из нас антропоморфизм.
Все действо заняло времени ровно столько, сколько я произносил речь. Можно было управиться гораздо быстрее. Общение мыслеобразами превышало на порядок передачу информации, нежели любым другим доступным мне способом. И уж точно обычную голосовую.
Но тогда нужного эффекта для толпы я бы не достиг.
Еще до того, как барьер спал вой и стон пронесся над площадью. Проиграло процентов девяносто, не меньше. И в горестных воплях тонули дико радостные:
— Я же говорил нужно ставить на Райса! Он в прошлый раз…
Отметил, что больше всех веселились черноягодцы.
— Это наш глэрд! — кричал вроде кто-то из Выдр.
Вера в мою победу и убеждение в ней окружающих, могло сказаться негативно на послезавтрашнем тотализаторе. И не в лучшую для меня сторону.
Многие благородные повскакивали с мест, ругались на все лады не лучше черни, но безадресно, грозили небесам. Лицо герцога мне не понравилось. Бледнее, чем раньше. В глазах лихорадочная работа мысли. Глэрд Рихан — его наместник над Демморунгом, был мрачнее тучи. Турин закусил нижнюю губу, в его взгляде читалась ненависть и некая обреченность.
Тутаглу на трибунах взяли в оборот эрглглэрд Нихан, который отчего-то находился именно здесь, а не среди лучших людей Империи на помосте, незнакомый толстяк вместе с двумя среднего роста аристо. Рядом стояло два эльфа. Глока они не заметили. Самозванец цедил сквозь зубы:
— Ты обещал! Мы заплатили… И что? Мы сделали ставки! Кто нам вернет золото? А поединок? — он боялся. И правильно.
— Глэрд не вступил с ними в схватку разумов! Должен был, но не вступил! — твердо стоял на своем Тризан, — Я вам обещал, что он ее не переживет! Райс не стал с ними честно сражаться! Использовал какие-то эльфийские штучки!
— Это не наши умения! — вынес вердикт один из остроухих, — Я бы почувствовал. Там для покорения такие силы пришлось бы привлекать, все бы поняли.
А вот это интересно. Чем я тогда воздействовал?
— Дилетанты! От него несет Марой! А варсы очень и очень хорошо чувствуют такое! — вмешался толстяк, — Их Ее детьми прозвали не за то, что они сеют смерть, а потому что чуют мертвых и места, где убивали! Он их запугал!
— И где же ты был раньше со своими умозаключениями? — брызнул слюной Тризан.
— Я? — толстяк ткнул себя в грудь пухлым большим пальцем с двумя перстнями, — Не ты ли…
— Тихо, — оборвал всех неожиданно расплывшийся в довольной улыбке Нихан, — Не получилось с ними, тем лучше. Сейчас может все и решится.
Мой же дальнейший план полетел к чертям.
После покорения животных, хотел произнести пламенную речь перед массами с призывом вступать в ряды. Шоу же превратил бы в собственную кузницу кадров. Требовалось множество людей от обычных разнорабочих до будущих капитанов и командиров. Дел громадье, эрин Брукус не переставал жаловаться по магосвязи. И я был уверен, что с помощью сегодняшнего представления хотя бы немного закрою этот вопрос. На Аргассе, впрочем, как и отчасти на Земле в ранее средневековье, очень многое было завязано на лидера. Он должен во всем превосходить окружающих и постоянно демонстрировать свою исключительность. Что я и делал.