Глэрд IX: Легионы во Тьме (СИ)
— Я не знал о таких нюансах.
— А зачем ты приказал нам молчать? — и ехидства столько в голосе. Плохо, что дер Ингертос отсутствовал. Никогда бы не принял… Уже жалел. Но что сделано, то сделано. Могу ведь и выгнать, причем сразу к Маре. Да и вариантов, где задействовать без вреда для дела суетливого алчного мэтра — вагон.
— Потому что ты утомил меня до этого своими пустопорожними разговорами. И… И веди себя согласно твоему статусу. О том, что этот доспех нужно было куда-то сдавать, я не знал. Клянусь кровью! — и пламя зафиксировало правдивость моих слов. А Турин красавец, хоть и паладин Кроноса. Он тоже улыбнулся, показывая белоснежные зубы.
Мне же хотелось орать от восторга.
И я это сделал.
Сразу мой победный ор подхватил сотник, тоже выдернувший меч из ножен и направивший острие на Сердце Иратана, маг присоединился только на четвертом выкрике. Уверен, те кто нас видел может у виска бы не покрутили, по причине отсутствия подобного жеста на Аргассе, но нехорошее бы подумали.
— Аррас! — срывая три глотки, над улицей несся древний имперский боевой клич.
Да, аррас, мать его!
Осталось все красиво объяснить Оринусу.
Глава третья
08.06.589 от основания Новой Империи, Демморунг
Мое лицо ни капли не изменилось, как и рост с телосложением. Шрам на месте. Глаза такие же яркие. Главное, успел перед погружением в катакомбы подстричься и побриться магическим способом. За двести золотых мастер пообещал два года сохранения общего эффекта. Прежде, чем переходить к волшебству несколько раз предупредил, что если я за это время передумаю, то придется отдать не менее четырех сотен за возобновление естественных процессов.
Но обращаться придется раньше, решил выбивать из любых божков тренировочное время по максимуму. А там магические процессы протекали своим чередом, как и происходило закрепление навыков, развитие мышц и наработка их памяти.
Находясь у Оринуса, задался вопросом, когда поперла щетина, а не стареет ли физическое тело от переходов с Аргасса в чертоги разных небожителей. На что был получен однозначный ответ — нет. И таким образом смотрителей Ледяного пути не обмануть, вступить раньше, чем через шесть лет на него не получится.
Но чем больше размышлял, тем сильнее укреплялся в уверенности, что так даже лучше. Только идиот бросит начинания по созданию реального базиса. Загубит на корню возможность усиления до предела без инициации себя любимого, чтобы она вывела на запредельный уровень, как Скупого звездочета. Не в Купели счастье, а в том, насколько ты подготовленным подойдешь к этому судьбоносному моменту.
Я уже сейчас многих и многих выпускников данного богоспасаемого заведения не только заткнул за пояс деяниями, но и отправил к Маре. И «дер» и «де».
Кстати, об этом.
Татуировки.
На груди количество листьев не прибавилось. Однако несколько из них, если присматриваться состояли из множества крохотных. Соотнес примерное количество — зачлись лишь убитые на землях Хаоса, в том числе и от диверсии в Гнездовище. Рядом с лесной растительностью теперь возвышался отлично проработанный горный склон во время обвала — после двухсот пятидесяти камни считать было лень. Шесть валунов среди множества мелких обломков — вырезанные поголовно кланы.
Великий ухорез и Великий сокрушитель каменных голов.
С правой груди костяная звезда исчезла. Летучий голландец теперь разросся и плыл не в штиль, а ветер наполнял рваные паруса, на месте безликого флага — полотнище Дома Сумеречных. Судно шло, окруженное плотным туманом, который отступил от него метров на двадцать. И если вглядеться в этот кисель, то становилось понятно, он целиком состоял из призрачных сущностей.
На палубе занималась своими делами команда, меж костяков скелетов находились представители всех рас и конфессий. Не хватало только орков. Что неудивительно, их отчего-то встречалось мало. А за корабельным штурвалом стоял глэрд Райс, собственной персоной.
Здравствуй новое звание — Шкипер Мары.
Итог: больше десяти тысяч разумных.
А не в этом ли крылась еще одна причина понимания мертвых? И, кстати, после убийства Винсента Шумара и костяного дракона взаимодействовать с нежитью стало на порядок проще.
Конечно, мельчайшие детали почти голографических картин становились доступны благодаря сверхзрению. Проработка изображений без магии никакому гениальному мастеру-татуировщику не снилась.
На левом плече имелись незначительные изменения. Так, в тех точках окружности, где раньше были звезды ниже главного черепа по обеим сторонам, теперь скалилось еще по одному такому же коронованному. Это говорило о том, что до уровня архилича таки дорос прислужник Демморунга, с которым у него была прямая связь.
Напротив верхней первой башки мертвого колдуна внизу, заменив собой еще одну точку, находился трехмерный топфхельм в смотровых прорезях которого будто мерцал синий огонь. Однозначно, генерал.
Вовремя я реализовал операцию «Вернуть свое родное».
На спине фигура призрачного жнеца тоже преобразилась. Закрепленный за его плечами, над ее головой поднимался мой штандарт, слева и справа от которого под углами расположились древка обоих реющих знамен — Имперского и Дома Сумеречных соответственно.
Узкую талию сущности все так же перехватывала толстая цепь, с нее слева свешивался толстый фолиант, закрытый на замок. На обложке тиснение в виде воплощения гнева Синеликой Архи.
В щупальцах земное изображение смерти демонстрировало уже четыре головы: эльфийскую, две человеческие, судя по всему, одна принадлежала хуману, вторая аристо (без родовых колец непонятно), и гномью. Ни одно лицо не напоминало никого из встреченных людей. Даже Руг поменялся.
В левой руке Жнец продолжал сжимать изогнутое косовище, с косы которого на переднем плане капала кровь, дополнительно по лезвию заструился зеленый огонь, как у добытого меча, сам материал стал черным.
Композиция на заднем плане полностью поменялось. Исчезли оба столба пламени и призраки. Последние, похоже, переместились в туман вокруг корабля. Зато появилось четкое опять же практически трехмерное изображение двузубой горы, вокруг вершин которой кружило множество черных точек — каждая до мельчайших деталей прорисованная гарпия. И тройка драконов, выстроившись клином, где во главе находился костяной, вынырнув из черной грозовой тучи, явно шла к крылатым тварям.
Хорошо, что разрушение Гнездовища и его изображение — не равно «Великому сотрясателю гор». Тогда бы точно стоило забыть о возможности заработать на ставках на себя в Поединках чести.
Еще один вопрос, почему не нашлось места ни для одного из аватаров божков? Или воплощение и они — это явления разного порядка? С «народом» понятно, убил я откровенных слабаков, которые шли в общий зачет.
С этими мыслями я надел новое термобелье, хвала Турину и его бойцам. Натянул сапоги и вышел из бани на свежий воздух. Маг занимался изучением трофеев, перекладывая их, а сотник сидел за столом и курил трубку, сосредоточенно о чем-то размышляя.
Я взял со стола ножны с мечом, вновь удивляясь им, вроде бы и элементов декора минимум. Сам металл, на первый взгляд, какое-то черненое серебро, даже не черное. Довольно простенький орнамент. Но узор приковывал взгляд, завораживал, он складывался в другие. При этом искажений — ноль. В магическом плане тоже все чисто.
Потянул рукоять. Клинок вышел абсолютно бесшумно.
И сходу провел связку, отработанную до автоматизма в школе мастерства Оринуса.
— Разящий коготь Тирра; смертельный укус Морра; колючая чешуя Ингвара, верхний и нижний ряд; двойной вихрь Аиды и панцирь Рангасса, — прокомментировал лэрг. Упражнения я выполнил из-за двух причин: еще не наигравшись с оружием, но в большей мере только для того, чтобы прозвучал главный вывод от сторонних наблюдателей, даже в мелочах закрепляя верные мысли в каждом, — Глэрд, это староимперская школа! Конечно, у тебя не так ловко выходит, как с кинжалами, особенно с «Кровопийцей», с ним ты будто родился, но базис виден. Да, виден.