На разных языках...(СИ)

Буду рядом… Буду рядом… Буду рядом…
Эти звуки подхватили кроны деревьев, зеленая листва, слабый ветер…
Они разнесли эти слова далеко-далеко. Их впитали в себя волны глубокой реки, шумевшей неподалеку.
В ее водах они и пропали. Белые гребешки волн утянули их на самое дно.
Но эти слова никуда не исчезли. Потому что они навсегда застыли в сердцах двух людей, свернувшихся в тесный клубок у потухшего костра. И пока они живы, они будут их помнить…
А пока люди спали. И были счастливы в объятиях друг друга.
Или?
Когда стало совсем светло, и холод начал особенно жалить (может, пойдет снег?), зверь нервно повел ухом. Будто услышал далекий шум…
Они были близко.
Зверь приподнялся, встряхнулся, подарил своей крепко спящей паре прощальный поцелуй и с трудом встал. К его сапогам будто привязали металлические пластины.
Но пора было идти…
Чтобы шагнуть в бездну и, наконец, перестать быть эгоистичным.
Наступило время освободить свою пару от камня на шее.
========== Глава 15. Чтобы спокойно жил ==========
Аксель проснулся от зубодробящего холода. Он приподнялся, сонно моргая и обнимая себя за плечи. Изо рта вырвалось облачко пара.
С такой погодой точно скоро пойдет снег.
Аксель огляделся, ища Ёси. Почему гонзак вдруг перестал прижимать его к себе?
После сна Аксель соображал медленно, и только через несколько секунд он понял, что Ёси рядом не было. Он исчез.
Может, пошел в кусты? Или за очередным зайцем?
- Ёси! - нервно позвал Аксель.
Тишина в ответ. Даже ветви деревьев, казалось, не шевелились.
Такое сонное безмолвие охватило лес, что Акселю стало страшно.
- Ёси! - вновь взволнованно воскликнул он.
Где-то крикнул ворон… Ничто не намекало на присутствие человека.
Аксель поколебался пару секунд, а потом принял решение искать Ёси. Ему было слишком тяжело оставлять гонзака одного. Душа этому противилась.
Поэтому Аксель, присмотревшись к округе, надумал пройти немного на север. Ему показалось, что гонзак двигался именно в эту сторону. На траве, припорошенной инеем, он заметил след сапога…
Аксель, приглядываясь к земле, уверенно пошел по выбранному пути. Потеряться он не должен был. Аксель не собирался отходить от их пристанища надолго. Если что, потом быстро вернется. Если Аксель неправильно выбрал сторону, останется лишь терпеливо ждать Ёси.
Адъютант прошел буквально метров сто, когда с удивлением обнаружил, что деревья начали редеть. Они снова остановились рядом с полем?
Но нет, Аксель вышел, скорее, на поляну. Поляну, которая заканчивалась обрывом. Где-то внизу, далеко-далеко, плескалась река… Адъютант успел заметить волны с белым гребешком. Странно… Ветра вроде нет, так откуда волны? Да и река была достаточно широкой, может, это пруд?
Аксель сделал пару шагов вперед.
Река как-то петляла, и Аксель увидел рыжий склон обрыва. Он был достаточно крутым.
Все это, конечно, было интересно, но где его Ёси?
Только Аксель об этом подумал, как, приглядевшись, заметил вдали небольшую фигурку на краю обрыва.
Не успев понять, что конкретно произошло, адъютант уже бежал. Голова его не осознала, что случилось. Зато сердце… Сердце ухнуло в район желудка и замерло мертвым грузом.
От страха перехватило дыхание. С такого расстояния невозможно было разглядеть, кто конкретно собирался прыгать вниз, но Аксель знал всем своим существом, что это был Ёси.
Поэтому он бежал, как никогда до этого. Аксель мчался так, будто от его скорости зависела вся его жизнь. Да она и зависела.
Сейчас Акселя не остановило бы ничто. Даже пуля.
И когда расстояние до обрыва сократилось, Аксель, наконец, смог окончательно удостовериться в том, что это был Ёси.
 
Белая рубашка, черные брюки, светлые волосы, изящная фигура… Это точно был его Ёси, самый дорогой и любимый.
Гонзак стоял спиной к реке и, казалось, застыл навечно. Даже ветер не шевелил его одежду.
- Ёси! - в ужасе крикнул Аксель, захлебываясь воздухом, попадающим в гортань.
Звук голоса Акселя подействовал на гонзака волшебно. Он отмер. Но лучше бы не делал этого.
Потому что Ёси вдруг неистово вскинул руки, застыл на пару секунд, а потом просто шагнул назад, ухнув в саму бездну…
Взгляд гонзака был обращен вверх. Он внимательно и будто сосредоточенно смотрел на небо.
Полный боли и страха, оглушительный крик Акселя сотряс окружающий кристально-чистый, холодный воздух. Его вопль был таким леденящим, что река застыла бы, если бы могла.
В груди у Акселя будто разорвалась граната. Сначала резкая и всепоглощающая боль, а потом абсолютное опустошение…
Но Аксель не мог сдаться. Только не сейчас!
Расстояние до реки было большим. Очень. Но Ёси падал в воду. Он должен был выжить. Аксель в это верил. Он вытащит его самолично.
Аксель ринулся к обрыву и попытался прыгнуть следом за Ёси, но ему это не позволили. Кто-то сбил адъютанта прямо на лету, повалив его на землю.
Нет, нет, нет!
Аксель зарычал, словно раненый зверь, который чувствует, что смерть дышит ему в затылок. Сейчас дорога была каждая, буквально каждая секунда! От этого зависела жизнь Ёси.
Аксель принялся бешено кататься по земле, чтобы сбросить противника, он кусался, пинался, рычал… Боролся за двоих, а то и за троих! Но все было бесполезно. Его держали крепко. И, похоже, далеко не в две руки!
Нет, нет, нет! Он должен прыгнуть как можно быстрее!
Аксель издал мученический, отчаянный вопль, совершенно нечеловеческий. Его затрясло от рыданий.
В голове Акселя билось только одно - Ёси, Ёси, быть рядом с Ёси…
- Ваше превосходительство! - жалобно пропыхтели над ним, - Пожалуйста, успокойтесь! Все хорошо! Все…
Аксель не слышал, что ему говорили. У него сейчас была лишь одна цель - ползти к самому к краю, чтобы последовать за Ёси…
Бесполезно загребая землю вместе с травой, Аксель увидел прямо перед собой засушенный бледно-розовый цветок, перевязанный белой, марлевой лентой. Она была словно перепачкана ржавчиной… Кровью?
Это был бинт?
Через крошечную секунду до Акселя дошло.
Это был тот самый кукушкин цвет, который подарил Аксель Ёси!
Кукушкин цвет… Обещание… Обещание. Обещание!
Я всегда буду рядом. Я разгадаю тебя. Я всегда буду рядом… Я…
Но сейчас… Сейчас Аксель не был рядом с Ёси. Он нарушил клятву.
Аксель должен был исправить это.
Он сделал последний, полный сил рывок в сторону края и, когда не вышло, издал такой звук, что листва, казалось, поблекла от тоски…
Аксель вырывался, словно волк, попавший в капкан, и, чтобы не сломать ему руки, те, которые удерживали адъютанта, вырубили его.
Чувствуя, что сознание меркнет, Аксель протянул дрожащую руку к кукушкиному цвету, чтобы хотя бы он всегда был рядом с ним.
Но Акселю не хватило буквально нескольких сантиметров, чтобы добраться до него. Мрак и боль поглотили адъютанта раньше, чем его пальцы достигли цели.
Аксель уже не видел, как прекрасный цветок раздавили сапогом…
***
Пожалуйста, улыбнись, останови свой плач.
Ведь я всегда буду смотреть на тебя отсюда.
Ослепленный светом город, постепенно окрашивается в белый,
Последний цвет, который ты видел в это время года.